Два врага - Владимир Кривоногов

После того, как Ксения второй раз за эти длинные сутки испытала на себе последствия ударной волны, она поняла, что очень устала. Захотелось прийти в гавань и плюхнуться на шконку не раздеваясь, и спать, спать, спать.

Но хандрить и грезить нельзя, наругала себя девушка, особенно в открытом море. До берега еще далеко.

Она вновь обернулась, чтобы посмотреть в разбитый иллюминатор на то, как три российских вертолета утюжат пришельцев и удовлетворенно вздохнула. Она еще вернется. К тому буйку! Может быть, Шин сможет найти воздух на погибшей подводной лодке. Она доставит Баева в порт, немного отдохнет, восстановит боекомплект и все равно вернется, неуверенно пообещала себе Ксения.

Три «вертушки» кружили и кружили, как растревоженные сентябрьские осы над разоренным гнездом. Они плевались и плевались огнем, стреляли ракетами, бросали бомбы. Пилоты вошли в раж от такого обилия врагов в прицелах и с упоением и даже с некоторым чувством рутины делали свою работу.

«А еще и девчонок спасли, – подумал майор Мельников, уходя с тангажем на нос. – Надо бы с Бабая Пыпина коньячка стрясти. Пару бутылочек. И тушенки ящик!»

– «Рыбка», «Рыбка», это борт полсотни семь. Прием.

– На приеме «Рыбка»! – быстро отозвалась Ксения.

– Держите прежний курс. Мы их здорово пощипали, если не сказать больше! Но не уничтожили. Так что путь к берегу пока перекрыт. Преследования, по всей видимости, не будет, но задерживаться в этом секторе не советую. Прием.

– Спасибо вам, ребята! – закричала Ксения. Голос девушки предательски дрогнул: – Спасибо, мальчики!

– Запомни, «Рыбка», меня Димкой зовут. Мы еще пяток минут огород поокучиваем, а потом на базу уйдем. Так что поторопитесь. Второй патруль далеко отсюда. Мы не сможем быстро вернуться, но хорошую фору мы вам обеспечили.

– Спасибо, Дима!

– Обращайся еще, красавица! До связи!

– До связи, – проглотила подкативший комок Ксения.

Она всерьез задумалась. Запас топлива еще был, даже чуть-чуть с запасом. Ближайшая человеческая колония это платформа «Лихоманка». Сил нет, как не хочется туда идти, но видать придется. Ксюша открыла карту на навигационном дисплее, уменьшила масштаб и, прикусив губу, сверилась с направлением на меридиан, вычислила магнитный азимут – найдя истинное направление. Затем выставила электронный маркер на курсовом планшете. Все вроде бы правильно. Теперь только пилить и пилить.

Там, далеко за горизонтом, летчики во главе с Димкой добивали последние сгустки врагов. С такого расстояния даже в бинокль ничего не рассмотришь.

Но инорги не хотели сдаваться. В какой-то момент над уровнем моря появился подозрительный зеленый горб некоего большого существа. Иван Плясов его сразу приметил, даже своему пилоту направление для атаки сообщил. Ми-35 довернул, стабилизировал рысканье после виража. Оператор поймал неизвестного монстра в целеуказатель бомбометателя, нажал на гашетку.

– Пошла бомбочка! – успел крикнуть Плясов. Ларингофон с готовностью передал радостный возглас пилоту.

В это мгновение все и произошло.

Закругленное зеленое образование перед тем, как словить пятисот килограммовую бомбу, выстрелило по приближающемуся летающему аппарату землян. Как будто бы кто-то с силой надавил на гигантский тюбик с зубной пастой. Струя яркой неоновой биологической жидкости выплеснулась по направлению движения вертолета. Плотная, химически активная масса под углом в сорок пять градусов летела навстречу, перекрывая траекторию движения.

Пилот мгновенно среагировал на изменение ситуации – дернул ручку управления резко вправо и на себя, уводя вертолет от опасного столкновения, и даже преуспел – основная масса пронеслась мимо. Но часть биомассы попала на борт и лопасти «вертушки». Вращательное движение лопастей частично отбросило «зубную пасту», но несколько крупных капель попали на броню, левое крыло с подвеской и боковое стекло кабины оператора вооружения и дальше по левому борту.

– Вот же мразь! – закричал Плясов, наблюдая, как активная паста пузырилась и на глазах разъедала поверхность бронированного стекла. – Командир в нас попали! Уходим!

– Вижу! – напряженно ответил пилот. – До берега за десять минут дотянем.

Плясов бросил полный тревоги взгляд на левый балочный держатель. Там вещество принялось разъедать ГУВы.

– Командир! Скидываем подвеску!

– Поздно, Ваня, падаем!

Ровный звук работающего двигателя сменился на более высокое прерывистое завывание. Борт тряхнуло и в расширенных зрачках летчиков отразилась отлетевшая в сторону лопасть несущего винта.

Желчная биомасса пришельцев разъедала металл и пузырилась на его поверхности. В результате возникшего дисцентрика, вертолет жутко завибрировал и с мгновенной потерей высоты и нарастающим креном устремился вниз, к неспокойному морю. Еще сопротивляясь, может быть, при помощи сильного бокового ветра, боевая машина за секунду перед падением выправилась и, зацепив оставшимися лопастями морскую воду, превратила ее в мелкую белую взвесь, похожую на пар.

Вертолет уткнулся кабинами экипажа в высокие волны, загребая поломанными лопастями, запрокинул хвост с вращающимся компенсирующим винтом и перевернулся.

В таком положении Ми-35 заглубился, но еще не затонул.

Оператор вооружения Иван Плясов с разбитым в кровь лицом, поломанный и еле живой, находясь в каком-то пограничном состоянии сознания, через мутную кровавую пелену спокойно наблюдал, как забортная вода толстой струей поступает в кабину через прожженное инопланетной кислотой бронированное стекло.

– Вот же мрази! – еще раз повторил Ваня и потерял сознание.

Видимо, навсегда…