Игры Высоких - Дмитрий Курмаев

– Нет, не в состоянии. – Голос у Эллинэ стал злым. – Прекрати вести себя как ребенок! Ты помнишь Катарину в свой первый день на Острове? Хочешь стать таким же?

– Не сердись, – попросил Андрей и поцеловал ее. – Я пока практически ничего не знаю о вашем сумасшедшем мире. И не задаю вопросов, ведь ты сама просила меня об этом…

– Извини, – сказала Эллинэ. – Я просто боюсь… Боюсь потерять тебя.

Осторожно, чтобы не сделать ненароком ей больно, Андрей сдвинулся пониже. Он лизнул и обхватил губами один ее сосок, затем другой. Эллинэ тихо застонала, положила ладонь ему на затылок и настойчиво толкнула его вниз. Они уже снова хотели друг друга.

…На другой день Андрей вновь увидел Катарину. Она сидела рядом с Сархеном и держала его за руку. Глаза у нее были красными, словно она проплакала всю ночь. Эллинэ за столиком не было. Андрей вяло помахал монголу и Барби рукой и побрел на пляж.

Солнце наконец скупо улыбнулось из-за туч. Ветер утих. Вода была очень холодной, но Андрей, энергично работая руками и ногами, плыл и плыл, зарываясь лицом в волны. На берегу его ждал монгол.

– Не хочешь окунуться? – спросил Андрей.

Он пожалел, что не захватил с собою полотенца.

– Боюсь большой воды, – отрицательно покачал головой монгол. – Госпожа приказала поговорить с тобою.

– О чем? – Андрей, поколебавшись, натянул штаны прямо на мокрое тело. Стоять перед Сархеном голышом не хотелось.

– Она сказала, у тебя есть вопросы. Задавай. Я отвечу. Госпожа разрешила.

– Вопросы и ответы… – задумчиво проговорил Андрей. – Вина ты, конечно, не захватил?

– Захватил, красного, – улыбнулся монгол. – Но только один кувшин. Госпожа пообещала «снять голову», если больше одного.

– Она это умеет, – подтвердил Комков. Он невольно вспомнил книгу. – Чур, сегодня кувшин кидаю я.

Сархен кивнул, соглашаясь.

Задать вопросы оказалось не так просто, сначала их нужно было сформулировать – хотя бы для себя самого.

– Где мы, где находится остров?

– Это начало Облачной Дороги, – помедлив, сказал монгол. – Мир Океан. Здесь острова Высоких. Их дом и их крепость. И здесь Высокий замок.

– Угу. – Андрей аккуратно отхлебнул вина. В этот раз он сумел не облиться. – И что такое Облачная Дорога?

– Путь, – сказал монгол.

Андрей передал ему кувшин. Ежу понятно, что путь. А как по нему ходить?

– А кто такие Высокие?

– Пастыри миров.

Вот так вот. Путь. Пастыри миров… Краткость – сестра таланта. Как хочешь, так и понимай.

– Кто Темная Богиня?

– Меч, пронзающий миры. Та Кто Повелевает. Оружие. Смерть.

Ну что ж. Это не было для Комкова новостью.

– А кто Мятежная Сестра?

Монгол опустил голову. Лицо его исказилось.

– Несущая Свет. Дарующая Жизнь. Светлая Госпожа…

Голос у Сархена сделался странным, словно ему было больно говорить.

– Что не так? – спросил Андрей. – Она…

– Она любит смерть больше Темной Богини. И она умеет делать жизнь невыносимой, хуже смерти… Мать ошиблась, когда выбирала сестрам предназначение… Это Элизабет изуродовала Катарину. И теперь только в присутствии Госпожи, когда Остров оживает, Катарина вспоминает, что была человеком…

– Хорошая девочка… – пробормотал Комков.

Монгол присосался к кувшину.

– Ну-ну, оставь хоть глоток, рыло узкоглазое, – попросил Андрей.

– Надо было брать два, – с сожалением сказал монгол, отдавая кувшин. На «рыло узкоглазое» он не обратил никакого внимания.

Андрей вылил в себя остатки, привстал и, размахнувшись, запустил кувшин в океан.

– Для первого раза неплохо, – одобрил Сархен.

– Я старался. – Андрей смотрел на мелькавшее среди волн длинное горлышко. Кувшин тонуть не собирался. – А почему здесь нигде нет часов?

– К чему мерило времени тем, чей срок ограничен лишь желанием жить?

Андрей присвистнул:

– Постой, а сколько лет Темной Богине?

– Что, испугался? – усмехнулся монгол. – Они еще молоды, очень молоды. И Темная Богиня, и Мятежная Сестра. Для богинь, конечно.

– И на том спасибо, – сказал Андрей, не скрывая облегчения. – Ну-с, а что у нас тут принято надевать на бал? Галстук повязывать обязательно?