Порядок в танковых войсках - Андрей Земсков

— Ясно, товарищ майор!

— Только смотри, вот этот мостик и не то речка, не то ручей у меня вызывают сомнение. Как бы там местность не была заболоченной. Там будь аккуратнее. Сначала вылези, сам погляди, пешком пройдись. И не лезь сразу всей ротой. Сначала пусть один танк пройдет, а дальше смотри, можно ли соваться. Командир полка обещал поручить саперам и разведке осмотр маршрутов, но, сам понимаешь, что до рассвета времени мало и надеяться лучше на себя.

— Есть, товарищ майор.

— Ладно, раз вопросов нет, тогда иди, ставь задачи командирам взводов. Скоро выдвигаемся.

Иван уложил карту, на которую нанес маршрут, в планшет и бодрым шагом пошел к своей роте. Экипажи уже стояли около машин. Он собрал командиров взводов, объяснил маршрут, передал приказ соблюдать светомаскировку и радиомолчание. Для лучшей маскировки на машинах развесили маскировочные сети, так, чтобы их не сорвало при движении, и дополнительно прикрепили ветки с листвой. Танки стали издалека похожи на поросшие кустарником холмики.

«По машинам!» — понеслась по дивизии команда. Командиры рот и взводов, высунувшись в люки, подняли руки с флажками. В двадцать два двадцать полк начал вытягиваться в колонну. Дождались, пока по дороге пройдет колонна другого полка и колонна зенитно-артиллерийского дивизиона, а затем начали движение. Летняя ночь была относительно светлой, и по возможности шли, стараясь не пользоваться фарами. К утру рота капитана Терехова вышла к заболоченной низинке, по которой протекал не то большой ручей, не то крохотная речка. Сия водная преграда хоть и была обозначена на карте тоненькой синей извилиной, но названия не имела.

Как и предполагал опытный комбат, низинка была хоть и не широка, но заболочена. Танкистов встретили разведчики на двух мотоциклах. Увидев приближающиеся танки, разведчики выбежали навстречу, размахивая руками.

— Стой! Стой!

Иван поднял над головой красный флажок. Ротная колонна остановилась.

— В чем дело, разведка?! — крикнул Иван.

— Это ваши танки, капитан, должны здесь пройти?! — спросил командир разведчиков. — Речка — ерунда, только вот берега болотистые. Танки могут завязнуть. А мост, сами видите, только крестьянскую телегу и выдержит.

Разведчик махнул рукой в сторону хлипкого низенького мостика, который действительно не внушал доверия.

— А объезд есть?! — поинтересовался Терехов.

— Поблизости нет! Там направо в пяти километрах есть мост, но он тоже танки не выдержит, а налево — болото. Вокруг болота довольно большой крюк получится.

Капитан Терехов задумался над тем, что делать в такой ситуации. До рассвета оставалось всего два часа. Сразу после восхода солнца ожидали появления если не немецких пикировщиков, то, как минимум, разведчиков. А танки нужно было еще и замаскировать. Немцы старались за счет авиации компенсировать превосходство русских в бронетехнике. Можно было бы, конечно, уложить гать из бревен, благо заболоченная полоса была небольшой — всего полсотни метров в ширину. Но это опять же требует много времени. Ну что же, придется рискнуть, решил Иван и подозвал командиров взводов.

— Мужики, снимаем бревна с машин и укрепляем мостик, а затем пробуем проскочить на скорости.

— А мостик выдержит? — засомневался один из взводных.

— Одну машину, если на скорости, да если бревнами укрепить, то выдержит. Может, даже три-четыре машины так проскочат, а остальные этот мостик просто в щепки разнесут. Вся рота так не переправится, а через болотину идти, так точно увязнем, — сказал другой.

— Главное, чтобы хоть одна машина оказалась на том берегу, — ответил Иван. — Остальные перетащим тросом. К мостику дорога подходит по насыпи, там мы проедем. Высота насыпи около моста менее метра. Втянуть туда танк не так уж сложно. Может быть, даже своим ходом можно, если в иле не увязнет. Наводить переправу, класть гать или ждать саперов — нет времени. Надо до рассвета замаскировать машины, а то «лаптежники» в гости пожалуют — мало не покажется.

Экипажи сняли с танков бревна и, как могли, укрепили ими опоры и настил хлипкого мостика. Первым пошла машина капитана Терехова. Механик-водитель отвел машину назад метров на двести и, как следует разогнав тридцатидвухтонный танк, с грохотом пронесся на другой берег, разнесся в щепки перила с левой стороны. За ним последовал танк командира первого взвода. С каждым проносившимся танком мост гремел и раскачивался все больше. С него начали отлетать доски и бревна, и вот, наконец, на девятой машине мост рассыпался. Танк с громким плеском рухнул в воду. В разные стороны полетели тучи брызг вместе с бревнами и досками. Двигатель заглох. Механик-водитель завел его снова и попытался въехать на оставшуюся от моста насыпь, благо речка была не глубже полуметра и имела песчаное дно. Однако мешали выехать оставшиеся от моста остатки опор. Танкистам пришлось снять комбинезоны и сапоги, а затем двуручными пилами спилить остатки опор под основание — прямо в воде около дна. Танк подцепили тросами и быстро вытащили на берег. Затем убрали остатки опор на другом берегу, и речку пересекли оставшиеся четыре танка.

На переправу ушло чуть больше часа. Пока переправлялись оставшиеся танки, Иван уже намечал в роще позиции. К рассвету вся рота стояла под деревьями, укрытая маскировочными сетями. И не зря — как только взошло солнце, в небе появилась «рама» — двухкилевой разведчик Focke-Wulf FW-189, успевший получить весьма дурную репутацию. Вслед за ним по разведанным целям почти всегда или наносили удар бомбардировщики, или начинался артиллерийский обстрел. Да и сама «рама» имела неплохое пулеметное вооружение.

Однако, полетав над рощей и деревней, «рама» удалилась. Часа через два в небе появились три десятка бомбардировщиков Heinkel He-111, но и они, пролетев на большой высоте, направились куда-то на север.

День в целом прошел спокойно. Танкисты выкопали укрытия для танков и, загнав их туда, замаскировали. Механики-водители продолжили возиться с машинами. Командиры изучали карты и местность. Во второй половине дня появился взвод саперов и начал вместо разрушенного мостика строить новый, который мог бы выдерживать тяжелую технику. Под утро по нему должны были пройти гаубичный дивизион, мотострелковый полк на грузовиках и два пеших стрелковых полка. Войска подтягивались скрытно, по ночам, прячась днем в лесах и населенных пунктах. Командование явно готовило что-то грандиозное. По данным разведки, подобные приготовления проводили и немцы.

Однако противник, находившийся в цейтноте и спешивший деблокировать свои окруженные группировки до того, как они будут уничтожены или капитулируют, торопился, и немецкие войска двигались к фронту и ночью, и днем, не имея возможности позволить себе такую роскошь, как скрытность. И если русская авиация, чтобы не выдать районы сосредоточения войск и направление ударов, демонстративно проявляла активность на ложных направлениях и особенно не «светилась» на основных, то районы сосредоточения немецких войск постоянно охранялись истребителями.

Несмотря на то, что в начале войны русские ВВС имели некоторое численное превосходство, теперь количество самолетов выровнялось за счет больших потерь авиации в первые дни войны. Основной причиной была более высокая подготовка и больший боевой опыт немецких пилотов. И хотя русские летчики тоже успели немного набраться боевого опыта, превосходство в воздухе все же пока было на стороне противника. Сказывалось и слабое войсковое ПВО, особенно отсутствие самоходных зенитных установок, которые могли бы непосредственно сопровождать передовые части.