Кулак войны - Андрей Левицкий

– Все нормально, – Вальцев усмехнулся. – Это ведь единая банковская система Синдиката. Я перед отъездом проверил. Твой счет зарегистрирован, «банк-клиент» работает и в полном порядке. Само здание банка могут разгромить, это не важно. Все равно сервера в Канаде и Австралии.

– Отлично, – Марк выдохнул. Его это действительно беспокоило. – Теперь про Графа. Все знают, что он меня ненавидит. Не думаю, что переживу встречу с ним, но рискнуть придется…

Вальцев поднял руку вверх, потом указал ею на свою банку. Косински успел съесть свою порцию, а вот его собеседник еще смаковал пудинг.

Марк знал, что Вальцев чертовски не любил, когда его отвлекали от еды. При этом сам мог и с девушки сдернуть, если ему что-то нужно было срочно.

– Я доел, – сообщил хакер и потянулся к одноразовому стаканчику с чаем. – Слушай, Граф – он тут внизу король. Ты с ним что-то не поделил когда-то, но ничего мне про это не рассказывал.

– Потому что не твое дело, – ответил Марк.

– Было не мое дело, было. А сейчас чувство у меня такое, что стало и мое тоже. Давай, рассказывай, что у тебя там с королем подземного Стратфорда приключилось. Может, в этой истории найдется ключ к выходу из паршивой ситуации.

– Ладно, – пожал плечами Марк. – Слушай.

Он тоже взял чай, отхлебнул. Несмотря на то что напиток оказался лишь чуть теплым, а по вкусу напоминал концентрат ржавчины, просто пить что-то не совсем холодное и при этом никуда не бежать было приятно.

– Восемь лет назад мне подогнали работенку. В одном месте мы принимали ящики с оружием у солдат и спускали их под землю, в другом – просто поднимали их наверх и передавали людям в штатском.

– Ну, простая схема, – отметил Вальцев. – В простоте – красота.

– Да, – подтвердил Марк. – И выгода. За вечер мы поднимали столько, сколько обычно и за месяц не заработаешь. Мы не интересовались, кто отдает оружие, кто принимает. Там были и винтовки, и пистолеты, и пулеметы, и гранатометы. Броники, различное навесное, патроны, гранаты. В общем, за полгода мы так перетаскали оружия, которым можно вооружить целую армию.

– Неплохо, – с уважением кивнул Вальцев. – Что случилось потом?

– Потом нас встретила вверху военная разведка. Крутые ребята. Наших всех скрутили, а я убил двоих и свалил.

Вальцев кивнул. Он не сомневался в способности Марка сбежать от спецназа военной разведки, убив при этом двоих из них так же, как Марк не сомневался в том, что его приятель способен вскрыть любую компьютерную защиту и подключиться к чему угодно, у чего есть провода, а также к тому, у чего их никогда не было.

– Всех, кто был со мной, убили. Выстрелы в затылок, следы пыток, – Марк злобно оскалился. – При этом пустили слух, что я ссучился. Мол, это я сдал схему Синдикату, и в результате вылез живым и здоровым. При этом до меня дошла информация, что и Синдикат всех собак повесил на меня. Мол, это я лично организовал схему, лично воровал, лично передавал оружие террористам. Пара младших офицеров вроде как пустили себе пули в затылок, и вроде как оставшиеся все чисты перед законом.

– Сколько назначили за твою голову? – спросил Вальцев. Он улыбался, ему нравилась история.

– Много, – Марк замер, прислушиваясь. Несколько секунд они молчали, но снаружи не доносилось никаких звуков – и Марк продолжил: – Два раза я чудом вылез из дерьма, когда свои же приходили, чтобы повязать меня и отправить Синдикату. Прошел слух, что если доставить меня мертвым, то потом, кроме официальной награды, доплатят еще столько же неофициально. И я начал копать.

– Копатель из тебя тот еще, – с сомнением отметил Вальцев.

– Деньги у меня были, упрямства не занимать, и оставалось несколько человек, обязанных мне жизнью. Кроме того, мой неведомый враг через неделю после того инцидента возобновил поставки оружия, потому что был очень наглым и очень жадным, а на складе, который разведка не нашла, лежало еще на три поставки винтовок и автоматов.

– Кто это был?

– Тот, кого ты знаешь под именем Граф. На тот момент он был полковником Синдиката Бобом Кернвудом. Его род восходит то ли к Марии Стюарт, то ли к Ричарду Львиное Сердце. Все, с кем я разговаривал из Синдиката, утверждали, что ему осталось несколько месяцев до получения генеральских погон. Он был своим в системе. Прадед-генерал, дед-адмирал, отец-генерал, дядя-генерал. Голубая кровь, и очень такой… светский, короче говоря. Любил шикарно одеваться. На форму какой-то аксельбант вешал, «паркер» золотой в руках, печатка на пальце с короной. Понтовый, короче, мужик. Еще заядлый картежник, покерист. Да и вообще, странненький, с крышей у него не совсем порядок. Хотя это я уже потом понял…

– Да ты бы видел, как он уже здесь расцвел! – замахал руками Вальцев. – Павлин павлином. Он мне на глаза пару раз попадался, он хоть и важная шишка, но иногда по тоннелям проходит, ну и я сюда по делам спускаюсь. Наблюдал его, в окружении охраны, конечно. Одевается как клоун на балу. А еще, говорят, Граф роскошь любит, у него там в логове сплошь хрусталь с золотом. Говорят, чуть ли не светские рауты там у себя устраивает. Прикинь, все эти местные подземные бандюганы, шлюхи… во фраках на вечеринке. Пир во время чумы, декаданс. Нет, шучу, конечно, такого нет, но вообще он сдвинутый мужик.

Марк продолжал:

– В общем, – продолжал Марк, – я в, конце концов, решил что в крайнем случае просто прибью его. Я тогда носил бороду…

– Да ладно.

– Это было модно – бритая голова, тату на затылке, борода. Тату я не делал, остальное – ну, мне не сложно, к тому же у нас была какая-никакая, а команда, и выделяться не хотелось. В общем, я сбрил бороду, купил форму офицера Синдиката, нашивки, погоны, кепи. И превратился в лейтенанта. Пробрался на территорию базы – дело было на севере от Стратфорда. Добрался до дома, где квартировали старшие офицеры. Вскрыл дверь в апартаменты полковника, дождался его, оглушил, связал…

– А дальше?

Марк некоторое время молчал. Потом зло рассмеялся:

– А что дальше? По моему, как ты говоришь, «дурацкому кодексу» я должен был его убить. Так и собирался. Но потом мне пришла мысль, что было бы неплохо, если бы он вначале написал, как все в действительности было. Он отказался, я ему отрезал два пальца. Постепенно, минут за сорок.

– Ты пытал его, – ткнул пальцем в собеседника Вальцев. – Это нехорошо. Но история интересная, давай дальше.

– Из-за него убили моих друзей, он инсценировал самоубийство нескольких офицеров Синдиката – и я не говорю о том, что он снабжал оружием террористов. Кайфа я от этого не ловил, но Боб был для меня все равно что ходящий и дышащий покойник. Я не воспринимал его уже как живого человека. В общем, в итоге он взял ручку – представляешь, это было металлическое перо, которое скрипело и оставляло кляксы, – бумагу и написал полное признание под моим контролем. Все рассказал по чести, я по некоторым деталям мог проверить.