На пути "Тайфуна" - Александр Калмыков

Число погибших жителей блокадного города Куликов оглашать вслух не стал, и написав его карандашом на листке, показал только Сталину. Тот сразу вздрогнул, и вопросительно посмотрел на капитана.

- Возможно, еще больше, - тихо произнес Куликов. - Это только официальные данные.

Глубоко задумавшись, Сталин неторопливо прошелся по кабинету, и только побелевшие пальцы, сжимавшие чубук трубки, выдавали волнение верховного главнокомандующего.

- Борис Михайлович, можете забрать только одну дивизию из 4-й армии. Например, 316-ю генерала Панфилова, и до конца октября на большее не рассчитывайте. Вполне возможно, что нам даже придется посылать подкрепления на Волховский фронт. Товарищ Куликов, зачитайте нам рекомендации нашего агента.

Доклад, в котором были опущены многие детали, предназначенные только для верховного, капитан прочитал в полной тишине, но когда он закончил, все снова закрутилось. Жуков сразу же отбыл в штаб Западного фронта готовить подробные планы обороны, предварительно позвонив туда, и отдав некоторые распоряжения. Василевский добавлял на карту новые подробности предстоящего наступления. Шапошников спешно согласовывал с начальником тыла РККА Хрулевом планы материально-технического обеспечения предстоящих операций. Нужно было успеть к началу заседания ГКО, которое было назначено на шесть часов утра, и все очень спешили.

Сталин поморщился, и отвернувшись от присутствующих, потер глаза руками. С середины июня он почти не спал, но выспаться в ближайшие дни ему точно не придется. Сейчас перед ним на столе лежал отчет советского посла в Иране о беседе с министром иностранных дел Сохейли. Новости были нерадостными. Еще 16 числа иранское правительство обещало разорвать отношения со странами "оси", но официальное объявление о разрыве опять откладывалось на несколько дней. Это значило, что вывод из Ирана нескольких дивизий пока придется отложить.

- Товарищ майор госбезопасности, - позвал он Куликова, сразу дав понять, что его за заслуги повысили в звании, - пойдемте в другой кабинет. У вас еще много сведений, которые вы хотите мне сообщить.

***

Утро началось со звонка. Я стал искать ненавистный будильник, и только нащупав в темноте трубку полевого телефона, вспомнил, где и когда нахожусь.

Звонил комбат. Против обыкновения, сегодня Сергей был короток - Сашка, давай скорее ко мне, - и все. Видимо, ему действительно некогда.

Гадая, что же такого могло случиться, я быстро собрался, умылся холодной водой, и отправился к командиру, взяв с собой одного сопровождающего.

Около блиндажа, носившего гордое наименование штаба батальона, толпилось на редкость много людей.

- Получай пополнение - приветствовал меня комбат. - каждой роте по десять человек, но так как из твоей забрали двух водителей, то бери себе двенадцать. И поторопись, тебе я первому предоставил право выбирать. Остальные ротные ждут, а нам еще надо обсудить план сегодняшнего наступления.

Большинство бойцов пополнения недавно вернулось из госпиталя, и лишь небольшая часть были новобранцами, правда, успевшими пройти курс молодого бойца.

Быстренько отобрав себе солдат, я передал очередь второму ротному в звании лейтенанта. У третьего ротного, который был всего лишь младлеем, выбора уже не было, и мы вошли в блиндаж штаба батальона, в котором уже находилось несколько командиров.

Карта комбата, в отличии от моей, была напечатана типографским способом, хотя многие отметки были добавлены от руки. На ней было нарисовано несколько стрелок, ведущих от наших позиций в сторону железной дороги. Убедившись, что все вошли, Иванов начал зачитывать приказ.

- Нашему батальону вместе с приданной нам минометной батареей и артвзводом поставлена задача - голос Сергея сейчас был жестким и не терпящим возражений - Переправиться через реку Западная Двина, и наступать из района Фомино вдоль речки Грустенька в направлении станции "198 км". Исходные позиции для атаки - лес в 800 метрах юго-восточней станции. Здесь же находятся огневые позиции артиллерии. Задача артиллерии - подавить огневые позиции в районе станции и сопровождать атаку. Готовность к атаке - 10-00. Задача пехоты - во взаимодействии с артиллерией захватить станцию, и удерживать ее, обеспечивая свой левый фланг. Не допускать контратак противника с направления Сысоево.

Строго оглядев нас, и убедившись, что мы прониклись сказанным, комбат продолжал уже обычным человеческим голосом.

- По данным разведки, численность противника на станции не больше полуроты, хотя туда могут подходить эшелоны с подкреплениями, так что расслабляться не стоит. Другие батальоны нашего полка должны будут выбить противника из Соболева, продвинуться по дороге в двух километрах справа от нас, перейди железную дорогу, и овладеть селом Клюкуново. Слева от нас части 186-я дивизия выходят на рубеж Ново-Тихвинское[8]. Как вы видите на карте, до линии железной дороги они не дойдут, и с этой стороны враг сможет нас контратаковать. Но это маловероятно. К счастью для нас, с этой стороны дорога проходит между двумя болотами, и позиция для обороны очень удобная. Вопросы есть?

- Товарищ командир, - обратился я - раз мы продвигаемся днем и без зенитного прикрытия, то надо все станковые МГ установить на грузовики или повозки, и приготовить к стрельбе по воздушным целям.

- Сделаем, кивнул Сергей. А передвигаться днем без авиационного и зенитного прикрытия приходится потому, что ситуация на нашем участке фронта быстро меняется, а чтобы начать наступление нужно согласование штабов всех уровней. Да, вы же еще не в курсе. Сегодня ночью, вернее уже утром, новым командующим фронта назначен товарищ Жуков. Он позвонил нашему командарму, и приказал выдвигаться на правый берег и овладеть населенными пунктами, занятыми небольшими гарнизонами противника. Командарм поставил задачу нашему комдиву, а товарищ Кончиц прибыл в штаб полка, и лично объяснял нам план операции. Все, можете идти, времени мало.

Сегодня нашей роте пришлось идти в арьергарде наступающего батальона. Впрочем, наступающего, это громко сказано. По данным полковой разведки до самой станции противника не было, и пока это был обычный переход, немногим больший, чем учебный шестикилометровый марш-бросок.

Так как мы выходили последними, то наша рота смогла спокойно позавтракать, и все бойцы наполнили фляги крепко заваренным чаем. Солдаты тщательно готовились к походу, перематывая портянки, и заменяя износившуюся обувь на новые немецкие сапоги, которых у старшины было в достатке. По настоянию Авдеева и под его чутким руководством я тоже обмотал ноги портянками, за что был потом ему очень благодарен. Противогазы и лишнее снаряжение, которое могло нам не понадобиться, мы оставили. И так приходилось тащить с собой много боеприпасов.

Пока мы собирались, к переправе подошли минометная батарея и две сорокапятки, а вслед за ними наступила наша очередь. Из-за малочисленности батальона было невозможно поддерживать стандартный порядок построения походной колонны. Но это было нестрашно, так как большие болота, между которыми мы проходили, затрудняли возможность внезапного нападения противника. Поэтому я ограничился тем, что послал в тыловой дозор взвод Стрелина, и по пять человек в боковые дозоры.