Город Перестановок - Грег Иган

– Знаете ли вы, что Дарэм занимается распространением страховки среди Копий?

– Знаю, что он страховой агент. Он сам сказал. Если он – не профессиональный программист, это не значит, что…

– А известно ли вам, что он также пытается продавать своим клиентам долевое участие в неком убежище? Месте, куда можно уйти – или отправить клона – на случай, если политический климат сделается неблагоприятным?

Мария заморгала.

– Нет. Что вы имеете в виду, говоря «убежище»? Суперкомпьютер, находящийся в частной собственности? Он пытался собрать деньги, чтобы создать консорциум…

– Деньги он определённо собирал, – откликнулась Хэйден ровным голосом, – но сомневаюсь, чтобы ему удалось собрать достаточно для приобретения аппаратуры, необходимой для предоставления обещанных услуг.

– Так вот в чём вы его обвиняете: организация делового предприятия, успех которого вам показался сомнительным?

Хэйден не ответила.

– А вы говорили с ним об этом? Всему, что вы рассказали, может найтись несложное объяснение. Может, какая-нибудь слабоумная Копия неправильно поняла его рекламную речь о «фонде бессмертия»?

Слабоумная Копия? Ну… какие-нибудь сканы, сделанные после наступления старческой деменции, могли не поддаться действию алгоритмов восстановления когнитивных функций.

– Конечно, мы обращались к нему, – пояснила Хэйден. – Он отказывается сотрудничать, не желает обсуждать этот вопрос. Поэтому мы и надеемся, что вы сможете нам помочь.

Оптимистическое сопротивление Марии было поколеблено. «Если Дарэму нечего скрывать, с какой стати он отказывается от защиты?» Она сказала:

– Не вижу, чем бы я могла вам помочь. Если вы думаете, что он обманывает своих клиентов, обратитесь к клиентам. Вам нужны их показания, а не мои.

Последовала неловкая пауза, затем Хэйден ответила:

– Показания Копий не имеют юридической ценности, так как они – лишь разновидность компьютерных программ.

Мария раскрыла было рот, но быстро поняла, что любые объяснения выставят её совсем полной дурой. Чтобы отчасти сохранить лицо, она заметила про себя: положения закона в отношении Копий настолько отдают фарсом, что любому нормальному человеку не так-то легко о них помнить. Хэйден продолжала:

– Дарэму можно предъявить обвинение в мошенничестве по отношению к распорядителям имущества через предоставление ложных данных консультирующим программам. Прецеденты есть: это чем-то напоминает публикацию ложных объявлений об организации акционерных обществ, заставляющих автоматизированные программы-брокеры покупать у вас акции. Но остаётся вопрос с уликами. Мы можем опросить Копии в качестве неофициального источника информации, чтобы понять, как построить расследование, но их рассказы нельзя представить в суде.

Мария вспомнила, что в одной из серий «Мутной семейки» возникла сходная проблема. Бабетта и Ларри Мут обнаружили, что их банковские счета кто-то обчистил, а информационный след необъяснимым образом воплотился в разоблачительную сцену из ледяных фигур на заднем дворе их кибернетического пригородного домика. Она толком не помнила, что там выяснилось в конце; наверное, десятилетний Лерой сотворил что-то не вполне законное, зато безупречное с моральной точки зрения, чтобы заставить воров выдать себя перед властями…

– Не знаю, что я, по-вашему, должна рассказать, – заметила Мария. – Меня Дарэм не обманывал. И об этой схеме мне ничего не известно.

– Но вы вместе с ним над ней работаете.

– Уж точно нет!

Хэйден сухо пояснила:

– Вы разрабатываете для него планету. Зачем, по-вашему?

Мария секунду тупо смотрела на собеседницу, потом чуть не рассмеялась.

– Извините, я не слишком хорошо объяснила, как обстоит дело. Я разрабатываю планету, которая могла бы существовать в «Автоверсуме», в самом широком смысле слова «могла». Эта возможность чисто математическая. Но она слишком велика, чтобы запустить её на реальном компьютере. Это не какая-то виртуальная…

Хэйден перебила:

– Я это прекрасно понимаю. Это не значит, что клиенты Дарэма смогут уяснить разницу. Технические детали «Автоверсума» – не слишком распространённая информация.

Это верно. Мария заколебалась. Но…

– Всё равно бессмыслица получается. Для начала, у этих людей есть консультанты, учёные, которые сразу скажут, что, если им кто-то сулит планету в «Автоверсуме», это бред сивой кобылы. И с какой стати Дарэму предлагать им планету в «Автоверсуме», покрытую первозданной слизью, когда он мог бы предложить стандартный набор виртуальных сред, в тысячу раз более привлекательных и правдоподобных?

– Думаю, он предлагает и то и другое. Он нанял в США архитектора для работы над виртуальной частью.

– Но зачем – и то и другое? Почему не ограничиться виртуалкой? Ни одну Копию нельзя загнать в «Автоверсум», а если загонишь, она там умрёт на месте. Нужно пятьдесят – шестьдесят лет исследований, чтобы перевести человеческую биохимию на язык «Автоверсума».

– Они этого не знают.

– Они могут это выяснить за десять секунд. Забудьте даже о консультантах: потребуется один вызов программного добытчика знаний, всех расходов на пять долларов. Зачем ему распространять ложь, которую так легко разоблачить? В чём преимущество планеты из «Автоверсума» перед составной виртуальной реальностью – с точки зрения Копии?

Хэйден совсем не была обескуражена.

– Вы специалист по «Автоверсуму», вот вы мне и скажите.

– Не представляю, – Мария встала. У неё начиналась клаустрофобия – она терпеть не могла чужих людей в доме. – Вам чего-нибудь налить? Чай, кофе?

– Нет. Но вы продолжайте…

Мария помотала головой и снова села: у неё было предчувствие, что, если она выйдет на кухню, возвращаться не захочет.

Она не понимала, с какой стати Дарэм отказывается общаться с полицией, если только он не втянут во что-то достаточно сомнительное, чтобы его, как минимум, могли выкинуть за это с работы. «Ну и хрен с ним». Может, он не собирался её обманывать, но подвёл по-крупному. Завершив работу, она не получит за неё ни цента. Если Дарэм просто обанкротится, другие кредиторы не смогут добраться до трастового фонда; но если эти деньги получены преступным путём…

«Лоренцо Великолепный. Да уж!»

Хуже всего, что, судя по всему, Хэйден считает её сознательной сообщницей. И если Дарэм намерен и дальше молчать, Марии придётся самой очистить себя от подозрений.

«Как?»

Прежде всего нужно выяснить подробности насчёт жульнической схемы и прояснить собственную в ней роль. Мария спросила:

– Что именно он обещал этим Копиям?

– Убежище. Безопасное место от любых общественных реакций, потому что они не будут связаны с внешним миром. Никаких телекоммуникаций, отслеживать нечего. Он их потчевал длинной речью о грядущих тёмных веках, когда немытое большинство перестанет мириться с тем, что им правят бессмертные богатеи, а злые социалистические правительства конфискуют все суперкомпьютеры для управления погодной.