Интервенция - Алексей Щербаков

— Ребята, нечего тут… Богатых домов полно. А это — пусть в Смольном решают, что и как. Мы ж не вяземцы[22]какие.

На выходе стояли суровые латыши и деловито изымали то, что по ходу дела прихватили революционные массы. Возле них уже выросла небольшая куча всякой всячины — шкатулки, портьеры, часы и еще всякая-разная мелочь.

На площади же шло представление. Толпа, состоящая по большей части из солдат и матросов, образовала узкий проход, по которому под конвоем выталкивали каких-то интеллигентов. Наверное, это и было то самое Временное правительство. Матрос, таща Джекоба за собой, протиснулся в первые ряды — как раз когда мимо следовал какой-то нервный господин в пенсне.

— У-у! — Матрос скорчил жуткую рожу.

Господинчик отшатнулся.

— Мы… Мы требуем гарантии безопасности от этой толпы! — Запищал он.

— Все нормально, ничего они плохого не хотят, — не без юмора ответил невесть откуда возникший анархист. Теперь он достал из кобуры свой маузер и имел очень боевой и самоуверенный вид. — Вы, видимо, господа, просто никогда не видели близко народа. А ведь туда же — править вздумали…

Собравшиеся, хоть и в самом деле, корчили разные рожи, были настроены добродушно, им хотелось, скорее, повеселиться, чем причинить кому-тот вред.

Потом началось более интересное.

— Гляди! Бабы! — Изумился матрос.

И в самом деле, из дворца потянулись тетки и девицы, одетые в военную форму — и даже с погонами. Одни из них были явно напуганы происходящим, а другие — строили глазки направо и налево.

— Это че?

— А это типа женский батальон, они тоже Зимний охраняли.

— Флот всегда впереди! — Рявкнул матрос и, метнувшись вперед, выдернул двух весьма симпатичных девиц.

— Эй, ты тут насилие не разводи! — Попытался встрять латыш из конвоиров.

— Какое насилие? Правда, девчонки?

Те и в самом деле, разглядев удалого морского волка, девицы улыбались отнюдь не испуганно, а совсем даже наоборот.

— Ну что девчонки, как вы относитесь к тому, что анархия — мать порядка? — Спросил он.

— А у вас все такие? — ухмыльнулась она.

— А вы думали! Эй, самокатчик, айда, погуляем за счет буржуев. В том ресторане много еще чего осталось…

— Эй, шеф, посыпайтесь. — Над Джекобом склонился Риккардо. — Тут интересные дела. Вроде как — в первый раз в качестве врагов с людьми столкнулись, а не черт-те с чем.

Ага, рано радовались. Направляясь к месту происшествия, Джекоб испытывал не то, что бы радость, но некоторое облегчение. Люди — это все-таки понятно. Черт с ними, пусть даже они и в самом деле используют тут какую-то чертовщину. Но появление людей дает шанс добраться до какого-то ихнего центра. Магической башни или что там у них. Но дело оказалось не таким простым.

Случилось происшествие возле все той же Сенной площади. В семь утра патруль услышал крики, доносившиеся из одного из дворов на берегу канала. Кричали по-английски — и в крике слышалась смертная мука. Солдаты ринулись во двор. Под низкой аркой в луже крови лежали три человека в американской военной форме. Их головы были разрублены мощными ударами. Один из солдатов был жив.

— Этот парень стоял в арке, — хрипел умирающий. — Он на плохом английском предложил нам что-то купить, нечто очень ценное. Мы зашли. Он протянул нам какой-то сверток. Джек стал его разворачивать — и тут этот парень выхватил топор и с жуткой скоростью повали нас всех. Я стоял в стороне и попытался уклониться… А парень тут же ушел вон в ту арку…

— Вот что он говорил, слово в слово. — Пояснил Джекобу сержант, командующий патрулем. — Еще он успел сказать, что парень по виду — типичный ботаник. Длинный, тощий, очень плохо одетый, в драном длинном пальто. Но дело-то вот в чем. Парень и в самом деле ушел туда, куда показал солдат. В грязи следы остались. Но там… Впрочем, пойдемте.

Трупы уже убрали, но лужа крови осталось. Двор был абсолютно пуст, в нем никто не жил. А за аркой… Там была глухая стена высотой метра в четыре. Несколько окон, выходящих на этот задний двор, были забраны решетками. Уйти отсюда было просто некуда.

Джекоб отер холодный пот. В памяти зашевелилось что-то знакомое. Подсказка пришла от Васьки.

— Интересно, это тот, который старушку-барыгу грохнул? — Жизнерадостно спросила она.

Вашу мать! А ведь все идеально подходит. Плохо одетый «ботаник» с топором. Живущий где-то возле Сенной площади. Знакомое дело. Благо, «Преступление и наказание» в Америке те, кто полагал себя интеллектуальной элитой, знали чуть ли не наизусть.

— А ты… Читала Достоевского? — Спросил Ваську журналист.

— Ничего я не читала. Я анекдот слыхала. Идет, значит, этот тип по Сенной, пьяный в стельку и с окровавленным топором. Его мент спрашивает:

— Что, опять бабушку порешил?

— Ага, — тот отвечает.

— И много взял?

— Пять рублей.

— И не стыдно тебе — за пятерку бабушку жизни лишать?

— А что? Между прочим, шесть бабушек — это бутылка портвейна!

— Погоди. Но ведь это все писатель выдумал… — Только и мог сказать на это Джекоб.

— Так я разве что говорю? Я тебе просто анекдот рассказала. Но анекдот этот я раз сто слыхала. Любят его в нашем городе.

В своем «номере», кроме Риккардо, Джекоб застал еще и Тони.

— Все косишь? — Поприветствовал его журналист.

— Ага. Слушай, у меня к тебе вот какое дело. Ты не можешь меня пристроить к себе, а? Ну, там шофером, что ли? Ты не беспокойся — в госпитале таких как я, рады спихнуть. Которых и в строй вроде как не положено, и там оставлять напряжно.

Как оказалось, лежащие в госпитале солдаты как-то очень уж быстро стали проникаться местным духом. В том смысле, что они сделали сенсационное открытие: оказывается, медицинский спирт можно пить! После этого данная жидкость стала испаряться с чудовищной скоростью. Спирт пытались прятать. Но если учесть, что контингент в корпусе был тот еще, прятать жидкость было пустым делом. Находили. К тому же, именно «те еще» и оказались в первую очередь на госпитальных койках, едва выяснилось, что быть солдатом миротворческого корпуса в этом городе чревато… В общем, никакие запоры не помогали. за первым открытием последовали и другие. Такие, к примеру, что спирт содержится и во многих лекарствах. А потом какие-то парни из Гарлема дотумкали и до вовсе гениальной штуки: если спирт развести в половину водой и шандарахнуть шприцом по вене, то с пяти кубиков ходишь пьяный в дымину.

— Ну вы, ребята, даете! — Прокомментировала Васька. — У нас даже самые последние алкаши до этого не доходят. Хотя способ, конечно, давно известен. Это называется — догнали и перегнали Россию!