Корунд и Саламандра - Алла Гореликова

– Нельзя вам никуда ехать, – сердито повторяет Антипыч. – Вы и ко мне чудом добрались.

– Прям уж чудом, – Васюра пожимает плечами и косится на Ожье. Тот спит. Вопреки ожиданиям Васюры, дед-магознатец не стал сидеть над ним и шептать на раны, как делает это старший королевский лекарь. Антипыч попросту сгреб со своей лежанки постель, застелил тонкий травяной матрас новехоньким лоскутным одеялом и велел: «Укладывайте свово паренька». А потом укрыл все еще спящего Ожье по плечи пестрым, тоже лоскутным покрывалом и довольно кивнул: «Вот и спи себе, внучек».

– Спокойно мы до тебя добрались, Василий Антипыч, – повторяет Васюра.

– Спокойно… Ох, тезка, ты и дурень! Дурачков Господь хранит, вот в чем счастье твое. Не подумал ведь, что у княжьего колдуна ученик имеется?

– Да что он может, ученик, – неуверенно, уже ощущая, что говорит глупость, возражает Васюра.

– Все может, – строго отвечает Антипыч. – И если б ему цельная ночь не нужна была, дабы силу учителя в себя принять и с нею разобраться, были б уже вы все у княжьих палачей в гостях. Ученичок-то, тезка, все дороги рано утречком перекрыл и уже с каждого из вас портрет снял и взял след.

– Так я ж след спрятал, – шепчет Васюра.

– Спрятал, – кивает Антипыч. – От дороги до моего дома вы бесследно добрались, и у меня он вас не найдет. Молод еще и глуп. А вот когда отселя высунетесь – унюхает вас за здорово живешь. И ближнему заслону княжьему цель укажет. Нету вам пока что безопасной дороги. Или не веришь старику, тезка?

– Верю, – мрачно соглашается Васюра. – Только ведь Гордий, когда нас на дорогах не выловят, поймет, где мы прятаться можем. И выходит, у тебя отсиживаясь, мы тебя же ему и подставим?

– Да ты меня, Василек, за дурачка считаешь! – Антипыч тоненько смеется. – Зря, милый… Дедушка Антипыч не только тебя, еще и деток твоих уму-разуму поучит!

– Извини, Василий Антипыч, – вздыхает Васюра. – Научишь, так только рад буду.

– Вот и ладно, – кивает дед. – Так что сходи, тезка, ребятишек своих на чердак наладь. Там сено у меня сохраняется. Коняшек пускай покормят, неча им траву вокруг ощипывать… да там же и отдохнуть пристроятся. После такой-то ночи, что у вас была, без отдыха нельзя.

– Хорошо, Василий Антипыч. – Васюра тяжело встает, ощущая, как наливаются неподъемной тяжестью уставшие мускулы. – Спасибо.

– Вась, – окликает его Антипыч, когда он взялся уже за дверь. – И сам с ними отдохни. Покараулю я паренька твово, раньше времени не проснется.

– Не хочу я отдыхать, – возражает Васюра.

Антипыч мерит гостя понимающим взглядом. Кивает:

– А не хочешь, так возвращайся. Посидим, побеседоваем…

Ожье шевелится, стонет. Антипыч наклоняется к нему, гладит по голове, задерживает ладонь на потном лбу, бормочет:

– Спи, внучек, спи. Спи…