Этот бессмертный - Роджер Желязны

В течение следующих двадцати минут новоявленный шаман делалмножество уколов во что-то, находившееся внутри гроба. Движения его былимедлительными и полными торжественности. Один из стражников отложил в сторонумеч и стал помогать ему.

Барабанщики продолжали отбивать на своих барабанах прежнийритм.

Толпе стало интересно, и она притихла.

Потом наступила абсолютная тишина.

Моурби повернулся к племени.

– Сейчас Мертвый поднимется! – торжественнопровозгласил он.

– Восстанет! – завопила толпа.

– Сейчас он придет, чтобы принять новую жертву!

– Сейчас он придет… – вторила толпа.

– Воскресни, Мертвый! – заорал Моурби,повернувшись к катафалку.

И он воскрес!

Огромный и необъятный!

Похоже, что он весил не менее полутора центнеров.

Он сел в своем гробу и стал озираться. Потом потер грудь,под мышками и поясницу. Выбравшись из своего огромного ящика-гроба, он тяжелооблокотился о катафалк. Моурби теперь казался рядом с ним карликом. На великанебыла только набедренная повязка и огромные сандалии из козьей шкуры. Кожа егобыла белая, мертвенно-белая… белая, как медуза…

– Альбинос! – прошептал Джордж, но голос его былслышен в каждом углу площадки, потому что это был единственный звук.

Моурби бросил взгляд в нашу сторону и улыбнулся. Он взялМертвяка за руку с короткими тупыми пальцами и вышел из барака на площадку.

Мертвяк отпрянул назад, испугавшись света факелов, но затемснова двинулся вперед. Когда он подошел поближе, я с интересом начал изучатьего лицо.

– На его лице нет следов разума, – тихо сказала«Рыжий Парик».

– Вы видите его глаза? – спросил Джордж, щурясь.Его очки были разбиты в драке.

– Да, они розоватые.

– У него есть складка эпикантуса?

– Гм… Да.

– Ха-ха. Он монголоид и, держу пари, полнейший идиот.Вот почему Моурби так легко управляется с ним. И посмотрите на его зубы!Похоже, что они подпилены!

Я присмотрелся. Мертвяк оскалился, потому что началосматривать яркую верхушку головы «Рыжего Парика», и я увидел уйму отличныхострых зубов.

– Его альбинизм является главной причиной ночногообраза жизни.

Смотрите! Он уклоняется от света факелов! Он чрезвычайночувствителен ко всей видимой части спектра.

– А что вы можете сказать о его гастрономическихнаклонностях? – поинтересовался я.

– Они приобретены в процессе воспитания. Многиепримитивные народы пили кровь своего скота. Некоторые сохранили этот обычайвплоть до начала двадцатого века. Вы обратили внимание на тех лошадей, мимокоторых мы проходили? Кровь, как вам известно, очень питательна, если только высможете предохранить ее от свертывания, и я уверен, что Моурби наверняка держитэтого идиота на подобной диете с самого детства. Поэтому, он, конечно, вампир –так он был воспитан.

– Мертвый воскрес! – закричала толпа.

– Мертвый велик!…

Моурби медленно огляделся и внезапно направился к нам,оставив вампира одного среди площади с идиотской ухмылкой на лице.

– Мертвый велик! – произнес он, подойдя к нам иухмыляясь точно так же, как и его воскресшее дитя. – Он изумителен, не такли?

– Что вы сделали с этим несчастным существом? –спросила Рыжий Парик.

– Почти ничего, – махнул рукой Моурби. – Онродился уже подготовленным для такой роли.

– Что за инъекции вы ему делали? – спросил Джордж.

– О, перед тем, как выпустить его на этот поединок, янакачал его новокаином. Отсутствие реакции на боль только усилит его ореолнесокрушимости. Кроме того, я сделал несколько гормональных уколов. Запоследнее время он набрал вес и поэтому стал несколько неуклюж. Так что уколыпослужат некоторой компенсацией излишнего веса.

– Вы говорите о нем и относитесь к нему, словно кмеханической игрушке! – взорвалась Диана.

– А он и есть игрушка, к тому же бесценная. Вы здесь,Гассан? Готовы?

– Да, – кивнул араб, снимая плащ и бурнус.

На его руках вздулись огромные мышцы; он несколько разсогнул и разогнул пальцы и вышел вперед. На плечах и спине Гассана я заметилнесколько рубцов.

– Великий воин Гассан! – провозгласил Моурби.

– Великий воин Гассан! – взревела толпа.

– Велика его сила!

– Велика его сила! – орала толпа.

– Но Мертвый все же сильнее!

– Но Мертвый все же сильнее!

– Он сломает Гассану кости и расшвыряет их попиршественному полю!

– Он сломает Гассану кости… – бушевала толпа.

– Он выпьет кровь из его глотки! – Моурби закатилглаза от удовольствия.

– Он выпьет кровь из его глотки!!! – толпа уже некричала, а визжала.

– Неодолима его сила!

– Велик Мертвый!

– Сегодня ночью, – тихо произнес Гассан, – онна самом деле станет мертвым…

– Мертвый! – воскликнул Моурби, как только Гассанвстал рядом с ним.

– Я приношу тебе в жертву этого человека!

Затем Моурби отошел в сторону и дал знак стражникам, чтобыони оттеснили нас к самому краю площадки.

Идиот улыбнулся еще шире и медленно двинулся к Гассану.

– Бисмилла! – сказал Гассан, делая вид, что онповорачивается к нему спиной.

Через мгновение Гассан нагнулся, зачерпнул горсть земли и бросилв Мертвяка, затем быстро развернулся и нанес сильный удар ногой в челюстьвампира.

Огромная белая голова отклонилась, самое большее, на десятьсантиметров. Улыбка так и не сошла с его лица. Затем вверх взметнулись обекороткие руки и схватили Гассана под мышки.

Араб вцепился Мертвяку в плечи, оставив на коже ярко-красныецарапины, но тут же отдернул свои пальцы. И там, где они были погружены вмертвенную плоть чудовища, выступили алые капли крови.