Право на существование - Валерий Увалов

Мы обменялись приветствиями с членами экспедиции и, взяв по подносу, направились к автомату выдачи. Пока я выбирал продукты из меню, Лукашевич задал очередной вопрос:

– Понимаю, что это не совсем ваша специализация, но я бы хотел узнать ваше мнение о боевых характеристиках фрегата.

Я определился с ужином и нажал на кнопку выдачи. Аппарат зажужжал и начал печать заказанных продуктов. Пока я ожидал завершения процесса, ответил Лукашевичу:

– Что ж, начну по порядку. Защита, по-моему, удалась. Концепция размещения баков с топливом на носу корабля полностью себя оправдала. Конечно, при столкновении с более крупным кораблем противника такой вариант будет не столь эффективен, но, по крайней мере, лучше мы сейчас не придумаем. А для борьбы с плазменными орудиями главного калибра у меня есть одна идея.

Лукашевич прервался с манипуляциями над своим автоматом выдачи и вопросительно посмотрел на меня.

– Всему свое время, господин капитан. – Я улыбнулся краешками губ. – Пока что это всего лишь идея. Как только я проверю реальность ее применения, тут же сообщу.

– Откуда у вас все это берется? – по-доброму возмутился капитан. – И зачем вам все это нужно?

Наконец из приемника выехал поднос с едой, и мы направились к одному из столиков. Устроившись на стуле, я поймал вилкой картофелину и продолжил:

– Позвольте, я закончу о корабле, а после отвечу на остальные вопросы.

Лукашевич кивнул и сам налег на какой-то салат.

– Мощность двигателей, конечно, уступает противнику, но это наши последние образцы, и пока что с этим ничего не поделаешь. Тяги малых двигателей коррекции вполне хватило в маневренном бою…

Здесь капитан меня перебил:

– А мне вот не хватило. Если бы тяга была побольше, я бы смог подвести Левиафан ближе к врагу. Ну и, соответственно, сократилось бы время нахождения под огнем противника.

Я потыкал в сторону капитана вилкой и проглотил тщательно пережеванную пищу.

– Думаю то, что мы так близко подошли к вражескому кораблю, – это большая редкость. В случае эскадренных боев у вас не будет такой возможности. Поэтому считаю, что такой тяги достаточно.

После моих слов капитан поджал губы.

– Возможно, вы правы. – Через мгновение Лукашевич добавил: – Я подумаю над этим.

– Работу торпед я не видел, – продолжил я, – поэтому ничего не могу сказать. Система ПРО также показала себя отлично, здесь у меня нет никаких вопросов. А вот с пушечным вооружением нужно что-то делать. Слишком малый радиус применения и слабая убойная сила.

– Я с вами согласен. – Капитан потянулся за чашкой с напитком. – Их кинетические орудия просто на голову превосходят наши. Допустим, мы сможем решить проблему с убойной силой установкой орудий большего калибра. Но скорость снаряда не увеличится, а значит, и радиус применения не изменится.

Я кивнул, продолжая налегать на еду.

– Да, так и есть. Особой выгоды от установки пушек большего калибра мы не получим. При разработке Левиафана я со своим инженерным отделом думал над этой проблемой.

– И что же?

– Дело в том, что противник использует электромагнитный способ запуска снарядов. После долгих дискуссий мы пришли к выводу, что это наилучший вариант решения данной проблемы.

– Но мы же не можем создавать настолько совершенные орудия, как противник? – с удивлением произнес капитан. – Да и мощности реакторов не хватает. Насколько я знаю, они используют термоядерные реакторы, а мы строить такие компактные пока не умеем.

– Все верно. Но нам этого и не нужно. – Я умолк, отправляя кусок куриного мяса в рот.

– Так, что в итоге вы предлагаете?

– Вы правильно заметили, что мы не можем создавать такие совершенные электромагнитные пушки. Поэтому предлагаю разместить два электромагнитных разгонных канала вдоль всего корпуса. Тем самым увеличить длину разгона снаряда. И такое решение уже в наших технологических возможностях. Установить дополнительный реактор, который будет накачивать конденсаторы одного орудия, пока охлаждается ствол второго.

– А наводится всем корпусом?!

– Так точно, господин капитан. На больших расстояниях с этим проблем не будет. Но пушечное вооружение башенного типа тоже нужно оставить. Только увеличить его калибр.

Лукашевич задумался и некоторое время пережевывал пищу. Я тоже молчал. Ужин уже почти закончился, когда капитан сказал:

– Вы знаете, а в этом что-то есть. Пока корабли не сблизились и времени на маневр уклонения достаточно, мы можем вести прицельный огонь. – Он замолк на мгновение и, посмотрев мне в глаза, улыбнулся: – Мне нравится, я уже хочу испробовать такой корабль в бою. Когда построите?

Я чуть не подавился от такого заявления и со смехом ответил:

– Я не всемогущ, дайте с Левиафаном разобраться, а потом уже к постройке новых кораблей приступать.

– Ладно, ладно, – добродушно произнес капитан и поднял обе руки перед собой. – Так в чем же ваша мотивация?

– Да как вам сказать, – пожал я плечами. – Меня так воспитало мое государство. Я чувствовал ответственность за людей моей страны, а теперь и за человечество в целом. Как бы пафосно это ни звучало. Я отлично помню фото черных пятен из космоса. – Прервавшись на секунду, я сжал кулаки. – В конце концов, если не я, то кто?! Уверен, что они придут, и, если я хоть что-то могу сделать, чтобы остановить их, я это сделаю.

Капитан смотрел на меня хмуро и внезапно задал вопрос:

– Сирота?

На что я кивнул. В этот момент раздался оживленный гомон со стороны недавней группы курсантов. Мы с капитаном обернулись, но тут же прозвучал сигнал вызова из корабельного коммуникатора связи капитана. Я тоже зафиксировал нешуточную активность в корабельной сети и сам полез разбираться. Причина такой бурной реакции была найдена довольно быстро. Но, не успев что-либо обдумать, я услышал капитана.

– Вы уже знаете?

– Да, – кивнул я.

– Нам нужно срочно возвращаться. Работы по демонтажу закончим в пути. – Договорив эти слова, Лукашевич тыкнул пальцем в небольшой плоский прибор на тыльной стороне ладони, поднес левую руку ко рту и произнес: – Боевая тревога!

Тут же по кораблю разнеслись звуки сирены. Курсанты сорвались с мест, пытаясь занять свои боевые посты, а все в команде марсианской экспедиции просто вертели головой, пытаясь понять, что происходит. В это время я отдавал приказы паукам, работающим снаружи, возвращая их внутрь. А в голове застыла картинка с красными точками, где-то за орбитой Плутона.