Тайна генерала Каппеля - Герман Романов

Да, вот еще – позиции на дальних подходах занять нужно с артиллерией, вот так и задержим каппелевцев. Занять Усть-Куду, Олонки и деревню Пономарево стоит – не пустить их на Московский тракт, пусть по «железке» до Иркутска топают и через Ангару на приступ идут. Если потреплем их там хорошенько, может, на штурм города и не решатся идти?!

Чита,

главнокомандующий войсками

Российской Восточной окраины

генерал-лейтенант Семенов

– Неисповедимы ЕГО пути!

Григорий Михайлович истово перекрестился на икону, настолько было велико его потрясение, вызвавшее бурный прилив сил. Запоздавшее известие о смерти главнокомандующего восточным фронтом генерал-лейтенанта Каппеля на деле оказалось весьма вовремя полученным, он не успел о том оповестить своим приказом войска и население. Информацию о чудесном выздоровлении главкома только что передал капитан Судзияма, представленный к его штабу офицером связи от японского командования. Японцам удалось перехватить все сообщения чехов и даже, судя по всему, дешифровать их секретные депеши.

– Что, суки чешские, огреблись по самую задницу?! Жив русский дух, жив, и ЧУДО случилось потому!

Атаман в радостном возбуждении потер руки, гоголем пройдясь по кабинету. Воскресший главком немедленно и бесцеремонно загнул славянских «союзников» в интересную позу, как на старинных японских гравюрах о прелестях плотской любви, которые он перед войной с германцами рассматривал – случайно в руки попались, когда отряд хунхузов, китайских бандитов и разбойников, на границе прищучили.

Новости не просто принесли облегчение и сняли напряжение последних месяцев, они буквально вдохнули надежду, что бедствия позади, а откатившиеся от Омска остатки армий, наконец, остановились. И, судя по всему, собираются дать красным серьезное сражение, а не откатываться к Байкалу, спасая жизни, потому что потеряли боевой дух и волю к победе.

– Что-то здесь не так, – задумчиво пробормотал атаман, подойдя к повешенной на стене карте, посередине которой расплылось узкой синей лентой отображение «священного моря».

Одного взгляда хватило, чтобы понять несообразность происходящего. На это также указывало несколько строчек, на которые Григорий Михайлович сразу обратил внимание. Даже ему, окончившему лишь обычное военное училище, пусть и казачье, и даже не помышлявшему поступить в Академию Генерального штаба, стала видна бросающаяся в глаза ошибка главнокомандующего – распыление и без того малочисленных войск сразу по двум направлениям. Ведь после победы под Зимою, опрокинув и уничтожив выставленный красными заслон, главком повел на Иркутск свою армию не целиком, а оставил на той же станции сильный арьергард, никак не меньше авангарда по численности. Пусть белые полны решимости драться, но шесть тысяч не остановят втрое большего противника, преследующего по пятам. А главные силы в 7–8 тысяч бойцов будут штурмовать Иркутск, в котором врага чуть ли не вдвое больше.

Что это?

Неправильно информировал Сыровы или непонятный замысел самого главнокомандующего, которого он постигнуть пока не в состоянии. Но такой опытный генерал, как Каппель, не мог допустить столь бросающуюся в глаза ошибку, слишком он талантлив, чтобы распылить свои силы без какого-то расчета.

Но какого?

Вопрос, заданный самому себе, так и повис в воздухе – Семенов переключил свои мысли на иное – признает его Владимир Оскарович как главнокомандующего войсками Российской Восточной окраины?

В участи адмирала Колчака атаман не сомневался – по суду ли, без суда, но большевики его казнят, как только белые подойдут к городу, если уже, как они сами любят выражаться, «не отправили его в Могилевскую губернию, в штаб генерала Духонина». Оставлять в живых Верховного правителя России, способного объединить против большевиков все силы под своим руководством, совершенно немыслимо для комиссаров. Такую ошибку они никогда не сделают, и отбить адмирала не получится, слишком важна для красных его смерть.

– Но ведь казнь Колчака не оставит нас без знамени, – Семенов даже охнул от ошеломившей его мысли. – Чего же лучше – вот он, главнокомандующий генерал-лейтенант Каппель. Чем не знамя для нас после всего произошедшего?! Если возьмет Иркутск и золотой запас отобьет у большевиков, то наши шансы станут высоки как никогда. Так-так…

Атаман в задумчивости зашагал по кабинету из угла в угол, напряженно размышляя. Он прикинул и так, и эдак – по всему выходило, что нужно усмирить собственные амбиции, ведь воскресший генерал-лейтенант Каппель – главнокомандующий армиями Восточного фронта, пусть из них на пару нормальных дивизий солдат не наберешь. У него самого «армия» куда меньше по численности, и без поддержки каппелевцев Забайкалье никак не удержать. А двух главнокомандующих в такой ситуации быть не может по определению. Так что лучше самому встать под начало Владимира Оскаровича добровольно – у того авторитет гораздо весомее, и генеральскую фронду, возникни такая, подавит. А вот у него самого такого не выйдет – не тот у него вес, чтоб в такой ситуации кочевряжиться.

Но как ему сообщить генерал-лейтенанту Каппелю о своем решении, если чехи телеграф в своих руках прочно держат?

– Ваше превосходительство, – вошедший адъютант имел обрадованный вид, потеряв свою обычную невозмутимость. – Срочная телеграмма из Сретенска! Красные партизаны прекратили штурм города и в полном замешательстве уходят в тайгу. Достоверно установлено и перепроверено – сегодня был убит их командующий Шилкинского фронта «товарищ» Погодаев. Наши казаки их преследуют, приводя в еще больший беспорядок. Руководства боем со стороны большевиков практически нет!

– Отлично! Немедленно подготовьте приказ доблестным защитникам города! Всех отличившихся представить к наградам незамедлительно! Оповестить о победе через газеты население!

Атаман Семенов снова испытал в своей душе приступ ликования, наконец капризная фортуна снова стала улыбаться белому движению. И понял: это судьба, он принял правильное решение добровольно подчиниться восставшему из мертвых главнокомандующему.

– Мне срочно нужна телеграфная связь с генералом Каппелем! Просто необходима! Поговорите с капитаном Судзиямой, может, японцы нам помогут?! Проклятые чехи!

Зима,

командующий Нижнеудинской группой

генерал-лейтенант Сахаров

– Ну вы и хитрец, Владимир Оскарович, такое удумать никто из нас не в состоянии! И полностью правы, отмечая, что подобное лечится только подобным! Сейчас мозги у всех сибирских крестьян в полный разнос пойдут! Макиавелли, право слово, а слог и стиль каковы? Ведь собственноручно писал, кто бы мог подумать?!

В голосе генерала Сахарова слышалось не только полное одобрение, но едва скрываемое восхищение. А ведь еще вчера он воспринял приказ и обращение главнокомандующего Восточным фронтом к войскам и народу чуть ли не в штыки. Кипы листовок были срочно отпечатаны в бывшей чешской походной типографии, что занимала целый вагон. Вот его и еще одну теплушку, заполненную рулонами газетной бумаги, и реквизировали у «союзников» первым делом. Те даже не сильно возмущались, лишь хмуро поглядывая на русских и передавая им ценное оборудование, конфискованное раньше в уральском городке и поставленное на «колеса» предприимчивыми интервентами. Теперь «братушки» впервые испытали на собственной шкуре известный большевицкий лозунг «экспроприируй экспроприаторов», или, проще говоря, «грабь награбленное».