Каллокаин - Карин Бойе

На развитие шведской, как и американской, поэзии очень повлияло творчество одной тихой и болезненно застенчивой женщины, которая при жизни не стремилась к литературному успеху, но после смерти стала классиком мировой литературы. В США это была Эмили Дикинсон, в Швеции – Карин Бойе (1900–1941).

Карин Бойе была ровесницей века. Родилась она в Гётеборге. Дед ее, Карл Иоахим Эдуард Бойе, владелец текстильных фабрик, был в этом городе прусским консулом, так что в жилах ее текла и немецкая кровь. Семья, однако, ассимилировалась и уже во второй половине XIX века стала вполне шведской. В школе Карин оказалась лучшей ученицей и далеко обогнала свой класс. Семья переехала в Стокгольм, потом в небольшой городок, предместье столицы. С юных лет она много читала. Она и ее друзья увлекались тогда книгами Метерлинка, Киплинга, Герберта Уэллса. Но больше всего повлияла на девушку поэзия Рабиндраната Тагора, которая, быть может, и затронула в ее душе поэтические струны. Интерес к индийской мифологии подогрел и роман известного датского прозаика, лауреата Нобелевской премии по литературе Карла Йеллерупа «Пилигрим Каманита». Карин начала учить санскрит, обратилась к буддизму, но этот период оказался недолгим, и девушка вернулась в лоно христианства, на сей раз до конца своих дней. Однако проблемы дефиниции Бога, высшего существа, волновали ее в течение всех последующих лет. Порою Карин даже сомневалась, не пантеистка ли она, писала о том, что «есть два бога: один, которого сотворили мы сами, исходя из наших представлений о нем, и другой, нам неведомый, который создал нас и присутствует в нас, направляет наши деяния и нашу волю, является мировой волей».

Подобные метания порождали у девушки сильные эмоциональные кризисы, во время одного из которых, в 1921 году, она начала писать стихи, вполне зрелые и составившие вскоре первую ее поэтическую книгу – «Облака». Стокгольмский издатель Бонниер, к которому девушка пришла с матерью, потому что не решалась идти одна, взял рукопись и без всякого энтузиазма сказал: «Сейчас стихов пишется много, но поэзию никто не покупает». Познакомившись с рукописью, однако, Бонниер в письме выразил восхищение талантом молодой поэтессы и предложил издать книгу ее стихов и даже выплатить небольшой аванс. Книга вышла в свет в 1922 году и вызвала теплые отзывы рецензентов. За ней через два года последовала вторая книга стихов – «Сокровенные земли» (1924).

Карин в это время училась в университете города Упсала, штудировала греческий (мечтая «читать Платона в оригинале»), а также скандинавские языки и историю литературы. Еще студенткой она вступила в пацифистскую организацию «Клартэ», в руководство которой входила, в частности, знаменитая Сельма Лагерлёф. Там она познакомилась с молодыми поэтами, будущими классиками шведской литературы. Это были Гуннар Экелёф, Нильс Ферлин, Харри Мартинсон. Один из молодых членов «Клартэ», психоаналитик Лейф Бьёрк, стал мужем Карин Бойе. В конце 20-х годов они вдвоем посетили Советский Союз. В 1927 году вышла в свет третья книга стихов Карин Бойе, «Сердца».

Брак, увы, оказался непрочным и распался. Карин впала в тяжелую депрессию, несколько раз пыталась покончить с собой. Спасла ее работа, причем работа литературная: Карин Бойе стала издавать авангардный литературный журнал «Спектр». Здесь публиковались стихи названных выше поэтов ее круга, эссе о современной европейской поэзии. Занималась она и переводом. В ее переводе на шведский публиковались в том числе знаменитый роман Томаса Манна «Волшебная гора», рассказы Стефана Цвейга и поэма Т. С. Элиота «Бесплодная земля». За переводы в те времена платили неплохо.

В те годы Карин Бойе подолгу жила в Берлине и наблюдала зарождение германского нацизма. Она начинает писать прозу, публикует романы «Кризис», «Астарта», «Слишком мало». Герои, вернее, героини этих книг – сильные женщины, обреченные жить рядом со слабыми духом мужчинами в ибсеновских «кукольных домах», которые вовсе не исчезли после того, как были изображены великим норвежским драматургом.

В 1935 году выходит самая известная книга стихов Карин Бойе «Ради древа». Отход поэтессы от классического стихосложения, обращение к свободному стиху критики встретили по-разному. Лишь с годами стало ясно: это одна из лучших поэтических книг за все годы существования шведской литературы, а Карин Бойе – одна из наиболее ярких представительниц «новой волны» в шведской поэзии.

В 1940 году появляется и еще один ее шедевр – завоевавший мировую известность роман-антиутопия «Каллокаин», повествование о зловещей «сыворотке правды», используемой тоталитарным режимом для контроля за мыслями граждан. Впечатления от недавних поездок в гитлеровскую Германию и Советский Союз эпохи Большого террора дали ей достаточно материала для изучения тоталитаризма. В романе описывается то, что ныне назвали бы торжеством глобализма: всемирное государство, контролирующее своих граждан и их мысли, а также поощряющее доносы. В конце 60-х роман был переведен на русский язык и опубликован в «Библиотеке современной фантастики». В начале 80-х по шведскому телевидению показывали снятый по роману сериал «Каллокаин» режиссера Ханса Абрамссона. Критики ныне числят этот роман в ряду со знаменитыми антиутопиями Замятина и Олдоса Хаксли.

Увы, тоталитаризм в те времена был не фантастикой, а явью: расползалась по Европе «коричневая чума», гитлеровцами была захвачена Дания. Карин Бойе, вместе с группой шведских писателей, участвовала в Днях шведской культуры в оккупированном Копенгагене, вылившихся в акцию протеста против попыток приобщения датчан к «арийскому духу». Поездка эта произвела на нее тяжелое впечатление. Экспансию гитлеровцев она воспринимала как апокалипсис.

23 апреля 1941 года, находясь в тяжелейшей депрессии, она вышла на прогулку в окрестностях предместья Гётеборга, Аллингсос, где она ухаживала за умиравшей от рака подругой Анитой Натхорст. Взойдя на невысокий холм, она долго сидела на большом валуне и смотрела на мир, в котором не находила уже никакой радости. На следующий день ее окоченевшее тело обнаружил местный фермер. Карин Бойе приняла снотворные таблетки и впала в сон, которому суждено было стать вечным. После смерти писательницы наиболее близкие ее друзья ушли из жизни практически одновременно, как будто это она удерживала их на земле. Ее другая подруга, Марго Ханель, с которой они много лет жили в одном доме, узнав о ее смерти, тоже покончила с собой, а вскоре умерла и Анита Натхорст. Валун, ставший смертным ложем Карин Бойе, теперь служит ее мемориальным камнем. Там всегда лежат свежие цветы, и еще они лежат у подножия бронзового памятника писательнице у входа в городскую библиотеку Гётеборга.

Посмертная книга стихотворений Карин Бойе, «Семь смертных грехов», вышла в 1941 году. С тех пор ее стихи и роман «Каллокаин» регулярно переиздают. За пределами Швеции она даже больше известна как автор этого романа-антиутопии, чем как поэт. В ее же родной стране популярность стихов Карин Бойе среди читателей можно сравнить с популярностью творчества Марины Цветаевой. Даже судьбы их чем-то похожи. Многие говорят, что Карин Бойе умела слушать тишину. Строка из ее стихотворения – «сердце, учись молчанью» – стала в Швеции идиоматическим выражением.