Кризис Империи - Дэвид Аллен Дрейк

Пока он раздумывал, причальные вахты закрепили корабль, и кормовой грузовой люк начал открываться. Немного быстро для обычной радиопроверки. Кто-то в кабине связи, должно быть, наступал на пятки и дал кораблю добро, когда он только еще проходил сквозь поле доступа.

Самуэльс ухватился за поручень шлюза, подтянулся и стал набирать код. Индикатор остался темным. Автоматика шлюза не реагировала.

Первый из десятиметровых грузовых контейнеров начал подниматься из открытого кормового трюма. Бормоча сквозь зубы проклятья, Самуэльс на руках стал передвигаться в его сторону. Он репетировал выражения, которые собирался проорать в лицо судовой команде за несоблюдение порядка действий при разгрузочных работах.

Пока он скользил над обшивкой транспорта, контейнер плыл наискось, прямо к грузчикам базы, которые побежали прочь от надвигающейся на них массы. Ни страховочных концов, ни амортизирующих кранов, ни присосков против рикошета в сторону работающих механизмов доков. Хилдред Самуэльс громко матерился внутри своего шлема и решил, что отберет кое у кого лицензию.

Пластиковый контейнер раскололся раньше, чем ударился о внутреннюю стену базы. Вместо туманного облака улетучивающейся атмосферы и штабелей упакованных грузов из контейнера посыпались люди в скафандрах. Люди, вооруженные пульсаторами.

Налетчики быстро рассредоточились. Они стреляли в разбегающихся грузчиков. Один из стрелков повернулся к приближающемуся скутеру и сбил мичмана, который управлял им, одним выстрелом. Другой увидел подбирающегося к ним Самуэльса и вскинул винтовку.

Самуэльс исполнил виртуозный пируэт и перекинул тело за комингс люка. Стрелок опоздал на одну секунду. Очередь стеклянных шариков из его пульсатора простучала по корпусу в полуметре от гермошлема Самуэльса и разлетелась сверкающими осколками в сторону от него.

— Охрана! Охрана! — Самуэльс нажал кнопку командирской частоты своего радиопередатчика. Эта частота перебивала все остальные сигналы. — Всем секциям. Вооруженное вторжение на причале четырнадцать. Идет бой.

Тут же завыли сирены боевой тревоги.

Чтобы не дать нападавшему возможности изменить позицию и выстрелить по нему еще раз, Самуэльс с силой оттолкнулся от комингса и кинулся к скутеру, где был убит мичман. Он не думал о бегстве — ему требовалось орудие для тарана.

Четыре очереди стеклянных шариков понеслись к нему с разных сторон. Три прошли мимо, но последняя пробила скафандр где-то возле икры. Он ощутил в этом месте внезапный холод — от воздействия вакуума, шока от удара и испаряющейся крови. Не мешкая, Самуэльс ухватился за ручки скутера и включил двигатель. Облачко красного тумана и липких волокон расползалось вокруг его колена.

Пятая очередь простучала по баку с горючим и взорвала его, сделав машину совершенно непригодной к дальнейшей службе. Самуэльс представлял собой отличную высоко поднятую мишень, прямо как на стрельбище. Он приготовился к следующему выстрелу, который — это совершенно ясно — поразит его прямо в грудь.

— Будь ты проклят! — провизжал кто-то по каналу ближней радиосвязи. Маленький серебристый скафандр промелькнул мимо него, он несся по направлению кучки налетчиков. Мелькнул прозрачный со всех сторон акриловый шлем с пучками серой и черной шерсти внутри. Рука, которую капуцинец завел себе за спину, совершала там какие-то непонятные неистовые движения. Прежде чем капитан первого ранга смог разобрать, что же делал капуцинец, налетчики, сам капуцинец и створки контейнера исчезли в желтой вспышке.

Позже Самуэльс понял, что механик воспользовался электростатическим сварочным аппаратом, чтобы попеременно прожигать крохотные отверстия в небольшом зеленом баллоне с аварийным запасом кислорода и в топливном баке своего реактивного ранца. Только капуцинец смог бы произвести мгновенные вычисления, чтобы знать, не глядя назад, сколько прожигающих прикосновений надо сделать для того, чтобы пробить оба бака точно в момент окончания своего длинного прыжка. И только капуцинец мог дать ответ, почему антисоциальный гений решил пожертвовать собой ради спасения жизни офицера-человека, который ему совсем не нравился.

Но эта мысль пришла позже. Прежде чем успело рассеяться облако пламени и газов, Самуэльс сорвал винтовку с одного из мертвых налетчиков и рванул скутер к открытому грузовому трюму.

Другие контейнеры в трюме тоже раскрылись, и еще большее количество одетых в скафандры людей устанавливало переносную плазменную пушку. Это была двадцатимегаваттная модель, с тепловым выбросом, достаточным, чтобы повредить не защищенные силовым полем корпуса кораблей, стоявших в доках. Самуэльс вскинул пульсатор, выстрелил, пробил гермошлемы двух артиллеристов, а когда подъехал ближе, начал стрелять короткими очередями, не позволяя остальным поднять головы.

Время от времени он всаживал струйку шариков во все еще закрытые контейнеры в глубине трюма. Иногда его старания вознаграждались облачками воздуха, иногда свежими кристалликами крови.

Как раз в тот момент, когда он по инерции въезжал в люк и выпускал последние заряды, первые морские пехотинцы ворвались на территорию четырнадцатого причала.

Эсминец, стоящий в доке напротив, развернул свою плазменную батарею и всадил заряд плазмы в дюзы планетарного двигателя транспорта. Отдача от взрыва потрясла обшивку корабля. Самуэльс громко молился, чтобы командир орудия эсминца не пытался сделать второй залп, чтобы полностью уничтожить бандитский корабль. И чтобы команда пирата не попыталась скрыться, предприняв гиперпространственный прыжок. И то, и другое, предпринятое внутри ангара, прорвет силовые поля, защищающие жилые и рабочие помещения базы, и как следует выпотрошит хрупкие внутренности Джемини.

Вибрацию плазменного удара заглушил низкий зловещий гул, от которого у Самуэльса заболели барабанные перепонки. Он слышал подобный звук всего дважды, и только на испытаниях. База Джемини намеревалась произвести аварийный запуск всех крейсеров и эсминцев прямо через свою внешнюю обшивку.

Боковым зрением Самуэльс видел прозрачные гибкие переходы, примыкающие к носу и корме судов, закрепленных на кильблоках, которые дрожали от топота сотен ног. Матросы, артиллеристы, инженеры, штурманы, офицеры, программисты, боцманы, магнитчики, капитаны, коки и прочие неслись сломя голову на свои боевые посты.

Адмирал Костюшко чересчур серьезно отреагировал на десант налетчиков в доках?

Возможно.

Но почему именно сейчас? Самуэльс держал ситуацию на борту фальшивого транспорта почти под контролем.

Или базе где-то нанесли еще худшие повреждения? Святая Тримурти! Джемини собирается эвакуироваться!

— Мы захватили эту палубу, капитан первого ранга, — доложил сержант морской пехоты.

— Так. Отведите людей в укрытие. Джемини собирается запускать эскадры.

— Слушаюсь, сэр!

«Самуэльсу прибыть в рубку, — произнес имплантант в его ухе. — На двойной тяге, сэр».

— Иду, — отозвался он на командирской частоте. — Какова ситуация?