Узы крови - Алексей Осадчук

– О, мессир, столичный магистрат – это многоликое и многорукое чудовище! – улыбаясь, произнес Захарий Берон. Тот самый финансист, которого мне порекомендовал Часовщик и который появился у ворот моего особняка рано утром. – И как любое чудовище, оно очень прожорливо и всегда голодно.

Несмотря на свою полноту, этот маленький рыжий мужчина был очень подвижным. Казалось, ему было сложно усидеть на одном месте. Стоит ли говорить, что подобное поведение было нетипичным для местных.

– Насколько я понимаю, меню этого чудовища в основном состоит из золота и серебра, – понимающе кивнул я, на что Захарий громко рассмеялся.

– Именно, ваша милость! Именно!

Оказывается, Захарий уже пытался навестить меня, но мы с ним разминулись. Я съехал из доходного дома за день до его визита.

Сегодня утром это чуть было не произошло снова, но Жак и Гуннар замешкались с каретой, чему, в конечном итоге, я был только рад.

Когда мне наконец подали карету, я предложил Захарию подвезти его и заодно по дороге поговорить о наших делах, на что он дал согласие.

Разговор вышел продуктивным. Финансист согласился попробовать поработать на меня. Затем разговор с векселей и цен на зерно плавно перешел на цель моей поездки в магистрат. Скрывать мне было нечего, поэтому я и подробно пересказал все то, что мне вчера выложил Жак о своем товарище.

Услышав, что я хочу встретиться с прево Эрувиля, Захарий очень сильно удивился. Оказалось, что попасть к прево очень сложно, да и в нашем случае встречаться с ним не имеет смысла. Такими делами обычно занимаются птицы более низкого полета, но, как оказалось впоследствии, с не менее приличными аппетитами.

Захарий посоветовал нам обратиться к одному стряпчему, который занимается подобными делами, и вот спустя почти неделю Берон снова прибыл ко мне, а Жак вместе с Гуннаром и стряпчим отправились забирать из Эрувильских катакомб его боевого товарища.

Мы как раз сидели с Захарием в моем кабинете, попивая бренди из моего винного погреба, и я делился с ним своими впечатлениями о местных бюрократах.

После недолгого молчания я спросил:

– Я так понимаю, у вас есть для меня новости?

– Все верно, мессир, – кивнул Берон и, открыв свой пухлый саквояж, достал из него тонкую стопку бумаг. – Вот все, что мне удалось приобрести. Векселя графа Фердинанда де Грамона на без малого пятьдесят тысяч серебряных крон. Часть из них были выданы под залог баронства Вальф.

Я, внимательно осмотрев и просканировав каждый лист, спросил:

– Каковы расходы? И есть ли еще на рынке такие векселя?

– Это с учетом моих комиссионных, – ответил Захарий и положил на столик полный отчет о своих действиях, а потом добавил: – Касаемо второго вопроса… Они есть, но я рекомендую немного подождать с их покупкой и сосредоточиться на других векселях из того списка, который вы мне дали. Несмотря на то, что я действовал осмотрительно, есть вероятность того, что цены на эти векселя могут вырасти. Спекулянты быстро пронюхают, что у кого-то появился интерес к бумагам Фердинанда де Грамона.

– Разумеется, – кивнул я. – Вам виднее. Вот, прошу…

Я достал из ящика стола два увесистых кошеля и протянул их Захарию.

Тот спрятал деньги в саквояж и поднялся. Уже пожимая мне перед уходом руку, он произнес:

– Все равно не вижу смысла тратить такие суммы на покупку «мертвых» векселей. Но, как уже говорил, – это не мое дело.

Я лишь многозначительно улыбнулся и легонько дернул за сигнальный шнур. Спустя мгновение дверь в мой кабинет открылась, и на пороге появился лакей.

– Проведи господина Берона, – приказал я.

Когда за моим брокером закрылась дверь, я подумал, что пора проехаться по столичным ювелирам и продать несколько драгоценных камней. Коллекционные предметы я пока решил не светить. Даже вестонские монеты старой чеканки привлекут нежелательное внимание. Таким образом, остаются драгоценные камни.