Угрюмый герой - Харитон Мамбурин

— Всё чисто.

— Ты уверен? — в тяжелом голосе Тавара Харама набатом звучали требовательные нотки.

— Уверен, господин Харам, — худощавый пожилой орк со смешно всклокоченными седыми волосами и легким тиком левого глаза вытянул из рукава платок, промокая им собственный вспотевший лоб, — Чистая бумага, обычные чернила. Проверил всё. Могу даже назвать породу дерева, из которого делали эту бумагу.

— Не нужно. Благодарю. Больше тебя не задерживаю, — отпустил подчиненного босс. Дождавшись, пока маг закроет за собой дверь, Харам повернулся к работающему писчим пером мне со словами, — Удивлен, приятно удивлен, мастер Мадре. Не ожидал, что вы действительно просто хотите передать какие-то документы.

— Я мог бы устранить господина Кирана своими руками, если бы желал ему зла, — пожал я плечами, упаковывая написанное письмо в конверт, тут же скрепленный местным боссом его собственной сургучной печатью, — Не имело никакого смысла в таком случае травить бумагу или чернила.

— Почему же? — вскинул густую бровь Тавар, кивая на остывающую печать, — Имело и еще какой. Всё-таки встреча, если состоится, то пройдет под эгидой клана Флагна. Уверяю вас, очень немногие удивятся, если клан решит прикрыть столь… проблемный актив. Всё-таки господин Киран бросает тень на кровь правящего рода. Сейчас я вызову своего заместителя, он лично доставит ваше предложение из рук в руки господину Кирану.

— Замечательно, — сдержанно улыбнулся я, — В письме, что вы запечатали, есть упоминание о том, что я понимаю необходимость длительной проверки предоставленной информации, так что вашему подручному не будет необходимости ждать срочного ответа, если только внезапно не последует категоричный отказ.

— Вряд ли такое развитие событий возможно, мастер Мадре. Очень вряд ли. Вы произвели на меня хорошее впечатление как своими навыками, так и поведением. Меня особенно впечатлило, что вы не стали предпринимать никаких действий по поиску иного выхода на интересующего вас орка.

— От добра добра не ищут, господин Харам.

— Очень взвешенная точка зрения. А теперь, когда у нас появилось свободное время, не расскажете, как там мои дети? Они с небывалым усердием налегли на домашние тренировки. Очень интересно, как вы этого добились.

Добился я этого не просто, а чрезвычайно просто — избив обоих подростков. Не сам, конечно же, это бы не дало никакого эффекта. Нужно было лишь нанять с Арены пару свеженьких «мертвецов», только прибывших из далекого города, мрачных, отчаявшихся и неумелых. Эти совершенно ничего не умеющие ребята с громадным удовольствием согласились за небольшую сумму в пару барганатов подраться с Хладром и Квидром. Бои проходили в масштабе «двое на одного» и в итоге парочка криворуких неумех с удовольствием отмудохала каждого из пацанов. Без тяжких увечий, всего лишь палками, обмотанными тряпьем, но зато от души. А потом, за еще пару монет, повторяли экзекуцию, внезапно нападая на братьев сзади.

Что интересно, наблюдавшая за происходящим Стелла быстро стала шёлковой, ну а сами братья избавились от последних подростковых иллюзий на тему красоты конфликта. Когда тебя, беспомощного, несколько раз избивает совершенно посторонний орк за пару монет, то это здорово отрезвляет. Поправляет картину мира.

— Я, пожалуй, возьму ваш метод на вооружение, — задумчиво пробормотал Тавар, пощипывая себя за мочку уха, — Унизительно, но действенно.

— Молодые имеют отдаленное представление о том, как устроен мир. Боль, унижение, разочарование, последствия неудач — есть много горьких якорей и болезненных уроков, помогающих им узнать реальность на вкус. Получить свой фундамент раньше, чем его бесплатно даст жизнь, так сказать.

— Результаты я вижу, мастер Мадре. Они мне нравятся.

Вежливую и культурную беседу внезапно прервала вломившаяся в помещение орчанка. Относительно неожиданно, так как производила женщина достаточно шума, чтобы он проник даже сквозь толстые двери кабинета Тавара, но детально разобрать, о чем она там волнуется, было сложно. Впрочем, вломившись, женщина тут же отрапортовала о своей беде, испуганно косясь на меня.

Беда оказалась моя. Стелла встряла.

Серая зона криминалитета — понятие очень расплывчатое. Вор не выходит каждую ночь на дело, обыскивая контрабандиста далеко не всегда можно найти что-то запрещенное, а наемный убийца вовсе не стахановец, что ежедневно отмывает руки от крови. У многих преступников есть легальная работа, даже семейная жизнь. Почти все, кроме совсем уж серьезных структур, преступают закон лишь эпизодически, по случаю. Вот и рекомендованные Таваром Харамом технари, вполне честно доставившие все затребованное Заграхорн оборудование, вполне честно получили за него очень кругленькую сумму, а затем, на радостях, решили присовокупить к этой сумме саму Стеллу, передав связному от местного босса, что девушка решила их обмануть, заплатив меньше. Свидетелей для расчетов, в виде того же связного, та не догадалась привлечь.

Они требовали доплатить, упирая на то, что у Стеллы с собой оказалось лишь 12 000 из 25 830 барганатов.

— Мастер Мадре! — проскрежетал наливающийся багровым Тавар, моментально выходя из себя, — Это излишне, но всё-таки спрошу — у вас есть способ проверить, правдивы ли слова этих… господ? Хоть как-нибудь?

Ну да, тут речь шла о неуважении, проявляемом лично к нему. Даже если бы Стелла с какой-то радости решила надуть технарей-доставщиков, то они были обязаны явиться к нему с жалобой, а не устраивать киднеппинг.

— Всего у девушки было около 75 тысяч, — пожал я плечами, — Скорее всего, я знаю код к ящику, где они лежат.

Действительно, она хранила деньги в том же отделении, в котором ей их и оставила бабка. Все, за исключением названной нечистыми на руку технарями полной суммы. Сам Тавар Харам на «Солнышко» пролезть бы не смог, но я вскрывал ящик в присутствии еще одного его доверенного лица. Связной же, сопровождавший Стеллу в ее походах за покупками, нервничая и бледнея подтвердил, что лишь осуществлял наблюдение, не вникая в переговоры технически подкованной провожатой. Его самоустранение сыграло тут свою роль.

Пообещав взглядом проштрафившемуся подчиненному короткую и плохую жизнь, фаршированную анальными карами, орк разгневанным колобком повернулся ко мне:

— Мне нужно время, мастер Мадре. Эта банда дорого заплатит за свое поведение. И Крайб тоже. Он не оправдал моего доверия.

— Есть предложение, господин Харам. Я могу сходить к ним сам.

Это Хараму не понравилось. Очень. Низкий, почти моего роста, невероятно широкоплечий, он с отчетливо различимым хрустом сжал свои ладони-лопаты, глядя на меня с нескрываемым раздражением. Его можно было понять. Честь и положение главного босса Мадженты против бесполезной жизни полукровки пилота. Несравнимые величины. А оскорбление было нанесено именно ему, пусть и из-за чужой безалаберности.