Леман Русс. Великий волк - Крис Райт

Так вот в чем дело. Сгинул примарх Первого легиона, и новость об этом только сейчас достигла Фенриса. Русс оплакивал брата, а не кого-то из воинов своего очага.

— А что с Кровавым Воем?

Вопрос Хальдора мог показаться дерзким, но Леман лишь рассмеялся. Он повел плечами, начиная выходить из оцепенения.

— С Йорином? — переспросил Русс, сверкнув во тьме клыкастой улыбкой. — Да, Йорин… Ты не услышишь его сагу за длинным столом, как и сказания тех, кто последовал за ним, — Волчьих Братьев из Тринадцатой. Их истории не для пиров, и ты слишком юн, чтобы слушать их, щенок.

Он проницательно взглянул на воина. Лицо Русса наполовину скрывалось в тени.

— Лев никому не говорил. Никогда. Он мог поведать Империуму о нашей хвори, ухудшить мое положение, но даже в гневе ничего не рассказал. — Примарх поразмыслил над этим. — Он умел хранить секреты. Увидел наш изъян, но стерпел это, поскольку был по-настоящему благороден. Получается, Лев и правда оказался лучше нас. Первый среди всех, лидер образцового легиона. Если я и был в долгу перед ним, то за его молчание.

Леман прислонился к стене пещеры.

— Но Льва больше нет, и эпоха примархов еще ближе подползла к завершению. Правда, я пока здесь, так? — Он снова ухмыльнулся. — Все еще цепляюсь за жизнь, как ворон за кусок падали. Впрочем, однажды я уйду, когда почувствую, что уже пора, но до тех пор буду торчать здесь и следить за вами — бандой дикарей, которым нужда твердая рука.

Русс опять рассмеялся.

— Как там тебя зовут?

— Хальдор Пара Клыков.

— У тебя почетное прозвище? Уже?

Юноша поднял на ладони два клыка с продетой через них бечевой, которые носил на шее.

— Вырвал их у зверя, когда был в глуши.

Примарх одобрительно хмыкнул:

— Неплохо. Но смени их на кости врага, как только выпадет шанс.

— Сменю! — пылко ответил Хальдор. — Этот день близится — на рассвете мы уходим в пустоту.

— Ах да, — понял Леман, — ты же из стаи Эски, свежая кровь.

Он тяжеловесно поднялся и закутался в меха. Оставаясь великаном, Русс теперь двигался подобно старику, измученному холодом и тьмой. Пара Клыков вскочил на ноги и поспешил уступить ему дорогу.

— Тогда я понимаю, как ты отыскал путь сюда, — сказал примарх, взяв Хальдора заскорузлой ладонью за плечо. — Тебе уже сказали, кто ты есть?

Конечно же, сказали. Хальдору твердили это снова и снова, вколачивали в него истину с первых дней обучения. Со временем он устал от бесконечных повторений простого факта.

— Первый воин, который вступит не в легион, — почти бездумно произнес юноша. — Первый воин, который вступит лишь в орден.

Русс кивнул:

— Хорошо. Значит, чему-то тебя все же учат.

Он направился вниз по туннелю, глубже в недра горы. Пара Клыков замешкался, не зная, должен ли идти следом.

— Господин, желаете ли вы…

— Нет, не нужно. — Леман остановился на мгновение. — Вернись к огню. Поешь, повеселись. — Примарх наполовину обернулся. — Но я скажу тебе то же самое, что говорил Йорину, хотя это не помогло ему. Все должно остаться так, как было в старом мире. Я не хочу, чтобы новые войны смыли наши воспоминания. Если доживешь до седой шкуры, припомни это. Все, что мы делаем, отзывается в будущем.

Он повернулся уходить, но вновь помедлил и прищурился.

— Ты знаешь имя своего топора? — спросил Русс.

Над Вратами Охотника занималась серая заря. В глубинных чертогах гремели кузни, распахивались ангары, гасли огромные пустотные щиты над Вальгардом^[34].

Со звездолетов на орбите спустились пассажирские челноки в сопровождении «Громовых ястребов». Во время погрузки боевые машины бдительно кружили над платформами, расчерчивая небеса белыми инверсионными следами.

Все девять Кровавых Когтей, мучась головной болью, направились к своему челноку. Никто не спал прошлой ночью, что было видно по их красным глазам, — пир затянулся до утра, там непрерывно звучали сказания и похвальба, не кончались мясо и выпивка. У высокого стола Эски случилась драка между Серыми Охотниками, в которую ближе к концу ввязался Браннак, оглашая своды пещеры могучим ревом.

— Так куда ты ходил? — спросил Эйрик, потирая ладонью висок под копной рыжих волос.

В открытом ангаре стоял лютый мороз, с востока уже задувал штормовой ветер. Орбитальный транспортник ждал бойцов с открытыми люками, его покрытый инеем корпус окутывал пар. Вокруг толпились сервиторы, которые подсоединяли заправочные шланги, выносили из трюмов пустые ящики из-под снаряжения и затаскивали внутрь новые.

Хальдору не хотелось объяснять. Перед ним стоял выбор — промолчать или сказать слишком многое, но в любом случае события прошлой ночи уже казались ему сном. От мьода, еще не вышедшего из организма, кружилась голова.

— Воздухом подышать, — ответил Пара Когтей, топая по длинной аппарели.

Как только стая расселась по порядку в пассажирском отсеке, загрохотали ускорители, и челнок, плавно вылетев из ангара, начал подъем в атмосфере Фенриса. Хальдор впервые в жизни посмотрел на Клык сверху, увидел, как отдаляются горы, превращаясь в скопление неровных белых рубцов. Под ним расстилался весь необъятный Асахейм, и чуть позже воин заметил изломанную береговую линию, в которую вгрызался мировой океан. Где-то на этих вечно меняющихся просторах затерялось прежнее племя юноши, ведущее бесконечную войну за выживание.

Транспортник состыковался с ударным фрегатом «Куа», и уже скоро бойцы заняли тренировочные клетки, где бились между собой точно так же, как на протяжении долгих лет в залах Клыка. В качестве сержанта и наставника на первое задание с ними отправился Серый Охотник Варак Каменная Челюсть. Этот угрюмый ветеран роты явно предпочел бы сражаться рядом со старыми товарищами, добиваясь повышения в Волчью Гвардию. Он нещадно гонял Кровавых Когтей, его долгие учебные занятия изматывали воинов не меньше, чем прежние упражнения под Горой. За шесть недель путешествия в варпе каждый из них заработал шрамы, из юношей выбили немного дерзости, и они стали походить на приличную стаю.

К месту назначения корабль прибыл раньше запланированного. Когда «Куа» достиг гигантской аграрной планеты Фолес X, слуги облачили бойцов в доспехи. Все воины были вооружены цепными мечами, за исключением Барака, владевшего прямым силовым клинком, и Хальдора с его топором.

Фрегат занял орбиту над северным континентом. С лязгом распахнулись ангарные отсеки, «Громовые ястребы» устремились в пустоту, и космодесантники внутри них вцепились в страховочные фиксаторы. Начался головокружительный спуск.

Десантный корабль набирал скорость, металлическая обшивка содрогалась. Хальдор, под которым тряслась и лязгала палуба, ощутил, как внутри пробуждается жажда смертоубийства. Пара Клыков радостно завопил, давая выход зарождающемуся неистовству. К нему присоединилась вся стая, и вскоре бойцы достигли пика беспримесного исступления. Близилась первая проверка того, достойны ли «когти» оказанного им доверия.