Ходячие мертвецы. Восхождение Губернатора - Джей Бонансинга

Последние десять минут Брайан мечтал о… о спокойствии. О чашке чая, маленьком домашнем садике… о сочном стейке и картошке фри… Он бы многое отдал хотя бы за один день нормальной жизни. Почему он раньше этого не ценил?

В зеркале что-то промелькнуло. Показалось? Брайан оглянулся.

Странно. Он совершенно точно видел темное пятно в отражении и почувствовал что-то затылком – что-то похожее на поцелуй холодных губ. Должно быть, это просто игра воображения, но ему действительно показалось, что он видел в зеркале какой-то промельк. Лишь на мгновение. В тот момент, когда они повернули на юг.

Обернувшись еще раз, Брайан не увидел позади ничего, кроме пустых переулков, удалявшихся и исчезавших за поворотом. Он пожал плечами и вернулся к своим путаным мыслям.

По обеим сторонам дороги на мили и мили тянулись только разрушенные фермы вперемешку с бобовыми полями и валунами, гравием, песком и глиной. Это – старая земля, доисторическая, усталая, политая трудовым потом многих поколений. То там, то сям Брайану попадались на глаза остовы старой техники, погребенные в сорняках и грязи.

Филип взмахнул рукой, чтобы привлечь внимание Ника, и указал вправо. Брайан проследил за жестом брата и увидел какой-то дом. Похоже, Филип решил там заночевать.

Силуэт дома, словно вырезанный из черной бумаги, поднимался высоко над полями и неровной линией леса. Если бы Филип не указал на него, Брайан никогда бы его и не заметил. Но теперь он видит то, что так зацепило Филипа: дом похож на великолепный пережиток девятнадцатого, а быть может, и восемнадцатого столетия. Вероятно, это бывшая усадьба плантатора.

Внезапно в зеркале опять мелькнула вспышка света. Только Брайан повернулся, чтобы увидеть источник, как свет снова исчез. Творилось что-то странное.

* * *

На следующем повороте путники выехали на пыльную проселочную дорогу. Когда они приблизились к дому, одиноко стоявшему у обширного подножья горы в полумиле от шоссе, Брайан непроизвольно вздрогнул. Его охватило ужасное предчувствие, хотя старинный дом и впрямь казался неплохим местом для ночлега.

Перед ними, в окружении персиковых деревьев, предстал массивный двухэтажный кирпичный особняк с декоративными башенками и мансардами, вырастающими из крыши. Вокруг царила атмосфера ветшающей итальянской виллы. Подъездная дорожка длиной в пятьдесят футов была оформлена как портик с колоннами, балюстрадами и сводчатыми окнами, оплетенными лозами коричневого плюща и бугенвиллии. В меркнущем свете она походила на корабль-призрак некой армады времен гражданской войны.

Когда они подъехали к парадному входу, Филип остановился и обернулся к дочери:

– Подожди здесь секунду, солнышко.

Ник и Брайан тоже слезли с мотоцикла.

– Бита у тебя с собой? – спросил Филип, не оглядываясь.

– Ты думаешь, здесь кто-то есть? – немного удивился Ник. Ему казалось, что здесь уж точно никого быть не может.

– Есть только один способ узнать.

Филип подождал, пока Ник обойдет свой мотоцикл и достанет из багажника биту.

– Вы двое, останьтесь с Пенни, – велел Филип.

– Филип… – Брайан хотел рассказать об этих таинственных вспышках, но передумал, увидев испуг в глазах Пенни.

– Да что с тобой такое творится, твою мать? – раздраженно спросил Филип, взглянув на брата.

Брайан сделал глубокий вдох и ответил:

– Я думаю, что нас кто-то преследует.

* * *

Прежние жители виллы давно уехали. Внутри все выглядело так, словно дом опустел еще задолго до начала эпидемии: старинная мебель в пожелтевших чехлах, повсюду пыль и затхлый запах. Только высокие напольные часы с маятником все еще тикали, отсчитывая секунды. И повсюду – изыски, снова и снова напоминавшие о прошлых столетиях: декоративная лепнина, французские двери, винтовые лестницы и два массивных камина, каждый размером с вместительный шкаф. Под одним покрывалом обнаружился рояль, под другим – фонограф «Виктрола», под третьим – дровяная печь.

Филип и Ник осмотрели верхние этажи в поисках мертвецов, но там было пусто.

Кухня оказалась на удивление маленькой – еще один пережиток девятнадцатого века, когда только слуги марали руки, готовя пищу Полки огромной кладовой были заполнены пыльными консервными банками. Крупы и злаки уже испортились и кишели червями, но обилие фруктов и овощей ошеломляло.

* * *

– Ты видел зомби, дружище, – шепотом сообщил Филип, когда братья уселись перед потрескивающим огнем в парадной комнате. Они нашли поленья в сарае на заднем дворе и теперь грели продрогшие кости впервые после отъезда из Атланты. В тепле и безопасности, наевшись консервированных персиков и бамии, Пенни уснула мгновенно. Сейчас она дремала под роскошным одеялом в детской на втором этаже. Ник спал в соседней комнате. Но обоих братьев одолела бессонница.

– На кой черт мы кому-то сдались? – добавил Филип, сделав глоток дорогого хереса, найденного в кладовой.

– Говорю тебе, я видел то, что видел, – возразил Брайан, нервно раскачиваясь в кресле-качалке с другой стороны от камина. Переодевшись в сухое, он снова чувствовал себя человеком.

– Возможно, это был автомобиль, – продолжил Брайан. – Хотя… может, и фургон, я не уверен.

– Ну, допустим, кто-то и вправду нас преследует. Но кому это может понадобиться?

Брайан задумался.

– Может быть, они настроены дружелюбно…

– Кто знает… – Филип смотрел в огонь, и его мысли блуждали где-то далеко отсюда. – Врасплох нас не застать, можешь быть спокоен.

– Наверное, ты прав.

Брайан знал, что Филип прав. Местоположение виллы – просто идеальное. Из дома, стоящего на холме, видно все окрестности. К тому же Филип решил расставить небольшие ловушки по периметру двора, чтобы никто не смог к ним подобраться незамеченным.

Кроме того, здесь отличный задний двор, трактор заправлен топливом, полно места для «Харлеев», мили плодовых деревьев, до сих пор покрытых съедобными, хотя и сморщенными от холода плодами, и достаточно древесины, чтобы топить печи и камины в течение нескольких месяцев. Единственная проблема – отсутствие оружия. Они обыскали всю виллу и обнаружили в сарае лишь ржавые старые косы и вилы, но никаких пистолетов и ружей.

– Ты в порядке? – спросил Брайан после затянувшегося молчания.

– В полном.

– Уверен?

– Да.

– Филип?

– Что еще?

– Можно сказать кое-что?

– Ты уже говоришь, – Филип не отрывал глаз от огня. Он тоже переоделся в сухую майку и сухую пару джинсов. Через дырку в носке торчал большой палец ноги, и вид искривленного ногтя на этом пальце раздирал Брайану душу. Из-за этой трогательной, такой домашней мелочи брат сейчас казался почти уязвимым – возможно, впервые за все время их путешествия. Если бы не Филип, все они наверняка были бы уже мертвы.