Фаза Монстра - Евгений Малинин

Постояв с минуту, Колиньш глубоко вздохнул и негромко поинтересовался:

– Ну, профессор, чем еще порадуете?..

И на голос командира лайнера Отто Капп не обернулся. Потянувшись влево, он переключил какой-то сенсор на панели управления, а затем так же негромко сообщил:

– Центральный астероид трансформируется.

– То есть как это трансформируется?.. – не понял навигатор.

– Меняет свою форму... – пожал плечами профессор, словно трансформация астероида в Солнечной системе была самым обычным, тривиальным делом.

– Но!.. Это же невозможно!! – воскликнул Колиньш. – Вы сами установили, что это обычные астероиды – каменные обломки с вкраплениями железа, как же они могут трансформироваться?!!

Вот тут профессор оглянулся и внимательно посмотрел в растерянное лицо командира. И на его лице показалась слабая улыбка:

– Поздравляю вас – вы еще можете удивляться! Хотя, право, не понимаю, почему вы сохранили эту способность? Эти «каменные обломки» с самого момента своего появления вытворяют невероятные, невозможные вещи, так что пора перестать удивляться, надо просто принимать как факт все, что мы наблюдаем. Вот, пожалуйста, смотрите, что происходит с центральным астероидом.

Еще одна четверть демонстрационного экрана засветилась, и на ней появилось изображение неровной, частью сколотой, частью оплавленной каменной глыбы. Ее размеры было трудно определить, поскольку отсутствовали какие-либо возможности сравнения, зато форма астероида передавалась с вполне достаточной точностью.

– Я вам демонстрирую запись процесса, начавшегося двенадцать минут назад. Изменения еще не кардинальны, но не заметить их невозможно.

Профессор коснулся еще одного сенсора на клавиатуре компьютера, и изображение пришло в движение. Первые две три секунды астероид просто медленно вращался вокруг вертикальной оси, казалось, на экране демонстрируют некий учебный фильм по астрономии. Затем Колиньш уловил изменение в яркости и частоте бликов, отбрасываемых сколами на глыбе, и было непонятно, то ли меняется наклон этих сколов, то ли уменьшается скорость вращения астероида.

Прошла еще пара минут, и Колиньш понял, что каменная скала действительно меняется едва заметно для глаза. Астероид чуть сплющился по оси вращения, и одновременно его поверхность начала заметно выравниваться... выглаживаться!

– Да, я вижу!.. – невольно произнес он. – Интересно, что из этого получится?..

Профессор не ответил, а на экране продолжало происходить странное, почти не улавливаемое глазом превращение. К концу двенадцатой минуты астероид превратился почти в правильную фигуру, напоминающую два конуса, сопряженных основаниями, с сильно закругленными вершинами! Изображение замерло.

– Пока это все, но мы можем попробовать экстраполировать этот процесс... – проговорил профессор, не оборачиваясь.

– Попробуйте... – согласился навигатор.

Длинные пальцы профессора пробежали по клавиатуре компьютера, и изображение на экране снова пришло в движение. Только теперь это движение было более стремительным. Сразу стало заметным, как астероид продолжает сжиматься по оси вращения, как все более выглаживается его поверхность, одновременно приобретая ровный антрацитово-черный цвет. Скоро он превратился в не лишенный изящества эллипсоид, а его вращение практически прекратилось. А затем на его поверхности стали вспухать небольшие наросты и выступы. Спустя минуту прекратился и этот процесс, и Валдис Колиньш ахнул:

– Но!.. Но ведь это...

Он не договорил, за него это сделал профессор Отто Капп:

– Это боевой звездолет класса «Глубокий космос – 3» из состава Звездного патруля Земного Содружества!

– Но!.. Как такое может быть?!!

– Не знаю... – задумчиво ответил профессор на возмущенный возглас командира лайнера.

– Я знаю! – неожиданно заявил тот. – Все очень просто – ваша компьютерная программа построила... прошу прощения, «проэкстраполировала» то, что вы в нее заложили!

Отто Капп обернулся и с улыбкой посмотрел на Колиньша:

– Ну что ж, у нас есть возможность сравнить экстраполяцию с тем, что происходит в реальном времени. Прошу!

Его пальцы снова пробежали по клавиатуре, и третья четверть экрана засветилась ровным светом. На ней появилось изображение центрального астероида – два корявых, покрытых безобразными наплывами и впадинами конуса, соединенных своими основаниями. Вот только его вращение показалось навигатору несколько более быстрым, чем то, которое он наблюдал в первые двенадцать минут трансформации.

Пятнадцать минут Валдис Колиньш не отрываясь и почти не мигая наблюдал за изменениями, происходящими с тем, что совсем недавно выглядело как обычный каменный астероид, и наконец вынужден был согласиться, что летящая в открытом космосе скала превращается в боевой звездолет!

Колиньш поднял руки, дрожащими пальцами потер виски и глухо пробормотал:

– Бред какой-то!..

Затем его взгляд упал на лохматый затылок профессора, и странная, но яркая мысль молнией мелькнула в его мозгу.

– Послушайте, профессор, а почему вас самого, похоже, совсем не удивляет это превращение?!! Можно подумать, что вы ожидали что-нибудь именно в этом роде!! Или, может быть, вы даже уже видели что-нибудь в этом роде?!!

Тут Колиньш неуклюже отступил на пару шагов и прошептал:

– Кто – вы, профессор?!!

Отто Капп развернулся в своем кресле и молча смотрел прямо в широко распахнутые глаза навигатора. Взгляд его был грустен. Потом он опустил голову, вздохнул и негромко проговорил:

– Не накручивайте себя, молодой человек, не распаляйте свое воображение. Я не видел ничего подобного, а вот ожидал... всего чего угодно! Ну, подумайте сами – в Солнечной системе пропадают звездолеты, гибнут боевые корабли, разгромлены периферийные научно-исследовательские станции, а правительство Земного Содружества молчит! Да что там правительство – молчат средства массовой информации!! Если бы на Землю напал какой-то, пусть даже неизвестный враг, если бы внеземные звездолеты вторглись в пределы Солнечной системы, на самой Земле и во всех освоенных землянами мирах уже давно вовсю кричали бы об этом!.. Но нет ни одного сообщения, ни одного слова об идущей войне. Почему?!!

Профессор поднялся из кресла и выпрямился во весь свой гигантский рост и требовательно посмотрел на командира лайнера, но тому нечего было ответить на этот простой вопрос. И потому профессор ответил сам:

– Да потому, что Высшему Совету, безусловно, знающему, что происходит в Солнечной системе, неизвестно, кто именно вторгся в нее. Он понятие не имеет, что это за враг, как он выглядит, откуда пришел и каким образом добрался до Земли! Председатель Совета уже давно объявил бы о нападении врага, но он не может признаться, что не знает – кто этот враг, он не может указать землянам на врага, он не способен организовать отпор этому врагу.