Кремль 2222. Марьина роща - Андрей Посняков

Молодой человек впервые с начала беседы употребил это название – «Кио», кибернетический организм, при всем при том назвал все приметы Расты.

– Т‑26 на кио, переделанную для удовольствий… ммм… – маркитант пощелкал пальцами. – Вначале надо посмотреть танк. Хотя, собственно, это не моя проблема. Ждите, друг мой.

Отойдя в сторону, сутулый свистом подозвал мальчишку, одного из тех лохматых пацанов непонятного вида, что во множестве ошивались при рынке. Где‑то что урвать, где‑то побыть на подхвате, в общем – принеси‑подай‑сбегай. Шепнув что‑то пацану на ухо, торговец неожиданно направился к Даргу. Шагал быстро, с озабоченным лицом, словно бы что‑то важное вспомнил.

А ведь и впрямь – важное!

– Кстати, я свою посредническую долю не уточнил. Уважаемый, мне что‑то с танка достанется или деньгами?

– Пулемет отдам, – беззаботно пообещал сын вождя. – Устроит пулемет‑то?

– Рабочий?

– Был бы рабочий – не отдал бы. Но, думаю, починить можно.

Пока Дарг с маркитантом обсуждали детали, вернулся давешний лохматый мальчишка. Пришел не один, а в компании с каким‑то длинноруким толстяком в темно‑зеленом френче с блестящими золотистыми пуговицами, в фуражке с красным околышем и в круглых очках. Одутловатое тщательно выбритое лицо пузана напоминало физиономию евнуха.

– Ф‑фу‑у‑у, – меся сапогами грязь, толстяк, наконец, добрался до прилавка. Сутулый тотчас же указал ему на околачивавшегося неподалеку Дарга. Пузан кивнул и, повернувшись, направился в указанную сторону. Подойдя, вытер выступивший на лбу пот большим носовым платком и улыбнулся:

– Здравствуйте. Вы девочками интересуетесь?

– Допустим.

Сын вождя вел себя осторожно, этот жирняга с бабьим лицом ему почему‑то очень не понравился. Особенно – очки, старинные и словно бы покрытые пленкой, так, что совсем не было видно глаз.

– Позвольте представиться – Верников, Вениамин Петрович. Погода сегодня… брр! – Верников почему‑то поежился, хотя день стоял на удивление теплый… правда, вот задождило малость. – Значит, говорите, танк? Ну, его мы после посмотрим, а сейчас, если не возражаете – к изделиям.

– Куда? – «включил дурака» сын вождя.

Толстяк скривил тонкие губы:

– Ну… вы же особого рода девочек предпочитаете. Или я не прав?

Дарг махнул рукой:

– Идемте.

– Прошу!

Показывая дорогу, Верников зашагал первым. Округлые плечи его безвольно повисли, обширный живот тяжело колыхался в такт шагам. Нет, вряд ли такой способен на неожиданное и быстрое нападение. Скорей – на какую‑нибудь подлость. Сейчас вот возьмет да предложит попить… наверняка – яду!

Выйдя на тропинку, ведущую вокруг рынка, толстяк зашагал к видневшимся невдалеке ангарам. Чавкала под ногами глинистая жижа, а пару раз пришлось обходить разлившиеся коричневатые лужи. Верников, как видно, устал, и остановился у невысоких кустиков – отдышаться.

– Отдохнем, мил человек. А то притомился малость… Ой, кто это!

Как по заказу, из кустов выбрались двое существ в серых старинных пиджаках и таких же брюках, заправленных в высокие сапоги. Обликом существа сильно напоминали вормов, и Дарг резко насторожился – от этой публики можно было ожидать всего.

– А, здравствуйте, здравствуйте! – сняв фуражку, Верников неожиданно раскланялся. – Какая встреча! Вот, бывает же. Вы как здесь?

– И вам не хворать, Вениамин Петрович, и вам. Мы тут по торговым делам.

– Так тут все по торговым делам, други мои. Вот и мы с молодым человеком – тоже.

Толстяк обернулся все с той же улыбкою:

– Позвольте, уважаемый, представить вам моих коллег. Тот, что справа – Антон Венедиктович, слева – Панфилий Вероникович.

Сын вождя сухо кивнул, вормы же принялись кланяться:

– Очень, очень приятно.

– Ничего, если мы немножко переговорим? – Верников виновато развел руками. – Всего пару минут не больше. Обождете?

– Да говорите, – Дарг пожал плечами.

Толстяк снял очки, быстро протерев их от грязи носовым платком, и тут же протянул руку:

– Вот спасибо! Большое спасибо вам. Большое человеческое спасибо!

Увалень. Как есть – увалень. Этакий сердечный – душа и сердце – человек, непонятно как выживающий в это страшное время.

Впрочем, судя по глазам – понятно, как. Когда Верников снял очки, Дарг, наконец‑то, смог разглядеть его глаза. Желтые, с черным вертикальным зрачком, глаза мутанта, пылающие лютой нечеловеческой злобой!

– Спасибо… Самое искреннее спасибо…

Вот тут уже Дарг был начеку, и не пропустил выскользнувшие из рукавов френча осьминожьи щупальца, вмиг обвившее его руку и шею.

Не пропустил! Полоснул кинжалом… трофейным кинжалом дампов.

Какая‑то зеленоватая вязкая кровь хлынула наземь. Дико закричав, пузатый мутант проворно метнулся в кусты, вормы же вытащили пистолеты.

– Живьем, живьем брать! – скрывшись в кустах, злобно закричал Верников… или кто он там был.

Видя такое дело, молодой человек тут же бросился наземь, пополз средь густой желтоватой травы.

– Вениамин Петрович, можно, мы будем стрелять ему по ногам? – оглянувшись, осведомился один из вормов.

– Хоть коленки прострелите, – перевязывая раны платком, толстяк цинично усмехнулся и повысил голос: – Эй, вы там, друг мой! Не думайте, что можете так просто уползти. Вы же не змея и не земляной червь. Лучше сдавайтесь – возни меньше. Что затихли? У вас ведь нет огнестрела, да? А кинжал не поможет, нет. Так что сдавайтесь, не думайте. Смею заверить – зла я на вас не держу. Заодно и поговорили бы. Вы ведь не только девочками интересовались? И еще кое‑кем…

– А вы его знаете? – спросив, Дарг тут же откатился в сторону. Однако, выстрелов не последовало. Вормы не стреляли – не мешали толстяку говорить. Вне всяких сомнений, именно он был у них за главного.

– Если вы имеете в виду капитана Мирона, друг мой, то – да, знаком, и даже очень, – продолжал Верников. – Могли бы поподробней поговорить.

Дарг все же был бойцом. Опытным воинов, приемным сыном вождя нео. Схватка являлась его стихией, он рос и воспитывался для войны, как и любой воин. Вот и сейчас сын вождя оценил обстановку мгновенно. Вооруженные огнестрелами вормы и мутант‑толстяк… явно заговаривающий сейчас зубы. Отвлекал, ясное дело. От кого? Не факт, что их всего трое, вовсе не факт.

Откатившись к зарослям чертополоха и папоротников, юноша обернулся… и явственно увидел покачнувшиеся кусты. Да‑а… одним кинжалом тут не обойдешься… хотя… И не из таких еще передряг выкарабкивался! Тем более, есть куда бежать – родная Марьина Роща – во‑он она, рукой подать, рядом. Один быстрый и наглый рывок… Дарг приподнялся…