Блицкриг Берии. СССР наносит ответный удар - Анатолий Логинов

Приблизившиеся к берегу на сто кабельтов тяжелые крейсера, линкоры «Харуна» и поврежденный, но не потерявший боевых возможностей «Конго» открыли огонь главным калибром по берегу, стремясь подавить огонь береговых батарей русских. Русские практически не отвечали. После непродолжительного обстрела корабли подошли на более близкое расстояние и сразу же были обстреляны русской береговой батареей. Четыре стомиллиметровые пушки не могли долго противостоять сосредоточенному огню четырех тяжелых кораблей и замолчали. Когда же первая волна десантных лодок устремилась к берегу, батарея вновь ожила и вместе с открывшими огонь замаскированными русскими полевыми батареями изрядно проредила атакующих. Лодки с десантом повернули назад. В это время над японцами вновь появились русские истребители и бомбардировщики, добавившие хаоса и разрушений. Стало ясно, что операция не удалась, к тому же погода в точном соответствии с прогнозом начала портиться, и генерал Ямасира решился на отступление.

Еще несколько судов было потоплено русскими бомбардировщиками, получил повреждение крейсер «Юбари», и только установившаяся нелетная погода спасла конвой от полного разгрома. Пробираясь сквозь шторм, конвой с трудом добрался до Хакодате.

СССР. Остров Полонского

На этом близком к Японии острове дислоцировались всего рота и батарея из состава 9-й пулеметно-артиллерийской дивизии, а также пограничная застава численностью до отделения пограничников. Большие силы держать на острове считали нецелесообразным, ибо он не представлял особой стратегической ценности в отличие от более крупного, расположенного рядом Шикотана.

Японцы же, планируя вернуть себе Курилы, решили создать на этом острове опорную базу. Таким образом они убивали сразу двух зайцев – рассекали оборону Южных Курил на два изолированных участка и получали великолепный аэродром подскока и военно-морскую базу прямо в сердце русских позиций. Кроме того, на этом острове еще в начале сороковых годов был создан скрытый подземный аэродром. Имелась надежда, что русским обнаружить его не удалось.

Для захвата не слишком большого острова был выделен десантный отряд флота и усиленный полк из состава 7-й пехотной дивизии. Конвой в составе тяжелых крейсеров «Кинугаса», «Како», «Аоба» и «Фурутака», минного заградителя «Цугару» и двух транспортов в охранении четырех эсминцев подошел к острову в то же время, когда началась атака авиации на остальные острова Южных Курил. Поэтому над островом не оказалось ни одного русского самолета, и эскадрилья японских бомбардировщиков беспрепятственно бомбила русские позиции. Но русские сумели хорошо замаскировать свою артиллерию, и шесть 85-миллиметровых пушек открыли огонь по приблизившимся к берегу кораблям. Они даже смогли нанести серьезные повреждения крейсеру «Аоба», добившись попадания в кормовую башню главного калибра и уничтожив катапульту. Конечно, долго продержаться против 22 8-дюймовок и 16 120-миллиметровок крейсеров батарея не могла. Но одобрительный кивок от вице-адмирала Сигэёси Иноуэ героические русские артиллеристы заслужили.

После подавления сопротивления батареи к берегу устремилась первая волна десантных катеров «Дайхатцу» с моряками Специальных десантных морских частей. Одно из орудий ожило и успело потопить один и повредить пару катеров, прежде чем было обезврежено сосредоточенным огнем крейсеров «Како» и «Фурутака».

Высаживающиеся моряки попали под внезапный и мощный огонь русских пулеметов и залегли прямо у кромки прибоя. Стоявшие на катерах крупнокалиберные пулеметы и 25-миллиметровые пушки пытались подавить огонь русских, но создавалось впечатление, что пулеметами вооружены все русские солдаты. Поэтому десантники вызвали огонь крейсеров и минного заградителя. Подойдя насколько возможно ближе к берегу и став на якорь, японцы открыли прицельный орудийный огонь. Понятно, что такая стрельба увеличивала возможности потерь от «дружественного огня», но иначе русских было не подавить. При поддержке артогня десантники сумели захватить несколько клочков берега, на них высадились дополнительные силы, в том числе пехотинцы и 70-миллиметровые батальонные пушки. Силы атакующих росли, русские продолжали сопротивление, постепенно слабевшее из-за потерь. Медленно и методично высаживающиеся японцы овладели всем побережьем, а уцелевшие русские отошли в глубину острова. Их преследовали вновь высадившиеся роты, так как первый и второй эшелоны десанта понесли огромные потери. К концу дня практически все русские были убиты или ранены. Раненых, взятых в плен и молчавших во время допросов, из уважения к их мужеству, предали смерти офицеры морской пехоты и армии – зарубили катанами.

Трофеями японцев стали несколько десятков исправных пистолетов-пулеметов, самозарядных карабинов и пулеметов оригинальной конструкции. По одному образцу захваченного оружия и найденных боеприпасов отправили на десантном судне «Акитсу-мару», на который загрузили раненых, в метрополию.

Всю ночь пехотные патрули прочесывали остров. Несколько раз в полной темноте разгорались короткие, но жестокие перестрелки с уцелевшими русскими солдатами. Некоторые были убиты, двое подорвали себя гранатами, а трое были захвачены в плен. Один русский попытался сдаться в плен, но был зарублен обозленным его трусостью унтер-офицером Кобаяси. Допрос и казнь пленных отложили на утро.

Утром погода испортилась, и стало ясно, что ни самолетов, ни транспорта из метрополии ждать не стоит. Под штормовым ливнем японцы поспешно обустраивались, разворачивая палатки и раскапывая разрушенные землянки на линии обороны. Легче было тем подразделениям, которые ушли в глубь острова. Они смогли с комфортом расположиться в небольшом военном городке, оставшемся после русских. Корабли, которые должны были вернуться на базу, из-за шторма задержались около острова, укрываясь в его бухтах.

Утром третьего дня саперный отряд армейцев нашел-таки изрядно заросший вход в подземный аэродром. Оказалось, что вход был разрушен подземным взрывом, и саперы начали тяжелые раскопки. Для ускорения работ им прислали две пехотные роты. Шторм затих, и предполагалось, что на следующий день самолеты уже смогут летать, поэтому часть саперов вместо раскопок приступили к расчистке посадочной площадки на равнине в центре острова.

Погода немного улучшилась, и корабли поддержки уже могли отправляться в путь, но полученный приказ задерживал их у острова до прибытия транспорта с зенитными и береговыми орудиями. Общеизвестная слабость русского флота не могла помешать русским под прикрытием авиации, чью силу испытали на себе уже все остальные группы японских войск, попробовать отбить остров, высадив морской или даже, чем не шутят западные демоны, воздушный десант. Поэтому группа кораблей должна была временно усилить оборону острова. Работы на острове были в самом разгаре, когда над ним пролетело два русских скоростных и высотных самолета, очевидно разведчика. Однако больше никаких действий русские не предпринимали. Вскоре к острову подошел долгожданный транспорт с подкреплением.

А вечером, перед заходом солнца, над островом появился огромный четырехмоторный реактивный бомбардировщик, сбросивший всего-навсего одну бомбу. Открывшие огонь 75-миллиметровые зенитки не успели даже прицелиться, так велика была его скорость. С уходивших от острова кораблей наблюдатели увидели вспышку ярче тысячи солнц, внезапно возникшую в небе, настолько яркую, что все, кто смотрел на нее, временно ослепли. Затем в том же районе вырос светящийся, напоминающий гриб столб, а до кораблей долетели страшный, ураганной силы ветер и грохот, кажется, совсем не ослабленный расстоянием. С земли к грибу тянулся черный на фоне закатного неба столб, а наверху, вокруг шляпки гриба появилось белое кольцевидное облако. Через некоторое время гриб начал терять форму и медленно опускаться.