На Границе Кольца - Расселл Д. Джонс

Другая порция ловушек... Дед видел тело Златы, распростёртое в грязи. Он заставил себя не думать об ученице – сосредоточился на защитных заклинаниях противника. Сложные формулы, составленные с расчётом на Стража Границы.

Наконец рухнул последний заслон. Крыбыс заметил врага, но не успел отойти – и был тут же отброшен в сторону. Рухнул, словно мешок с гнилыми овощами, и не спешил подниматься. Он не мог видеть Обходчика, однако без труда представлял, что происходит.

Сработала самая хитрая ловушка Макмара: стоило Деду приблизиться к Злате, как его тут же начало затягивать в её тело.

Страж Границ не знал этих формул и не пользовался такой магией. Ему приходилось работать с последствиями – когда какой-нибудь незваный гость занимал чужое тело, изгнав или уничтожив хозяина. Считалось, что в этом процессе нельзя помочь. И невозможно вселить насильственно, против воли!..

Злата уже очнулась. Она не могла двигаться, зато могла сопротивляться постороннему вмешательству в своё «Я». Но сил было мало, особенно против Обходчика. Значит, надо сдаться?

В свою очередь Деду предстояло выбрать между двумя жизнями. И времени оставалось немного, и силы на исходе. Значит, либо совершить осознанное самоубийство, либо вселиться в тело любимой, изгнав её душу.

Качественная дилемма, отличная ловушка, при любом решении – поражение.

Поняв, что происходит, Крыбыс захохотал. Не важно, что Макмар сбежал и оставил сообщника валяться в грязи. Старик имел право высокомерничать! Операция прошла как по нотам. Ещё немного, и с Обходчиком будет покончено!

Злата – хорошая ученица. Она непременно освободит для учителя своё бедное измученное тело, и тогда спаситель станет причиной её гибели. И вдобавок застрянет в чужом «футляре».

«Макмар – гений!» – подумал Крыбыс.

Злата так не думала.

Она использовала другие слова.

Она узнала Макмара. Разглядела его лицо, когда её раздевали, когда пытались изнасиловать и когда били. И вспомнила, когда видела его в первый раз.

Это он был с Павлом.

Непрекращающиеся сны и навязанная одержимость разбудили в её памяти то, что, казалось, было похоронено там навсегда. Тот, второй, сообщник Гоннорда – это был он, элегантный старик с шарфом на шее!

Он был уверен, что его никто не узнает. Недооценил Злату, как когда-то недооценил её мать, которую смог лишь искалечить. И вот опять сплоховал: использовал иллюзию о Павлике, не предполагая, что девушка запомнила его самого.

У Златы снова появилась цель: теперь есть, кому мстить.

«Я не буду тебе мешать», – обратилась она к Деду. – «Заходи и делай всё, что нужно. Я потерплю».

Он не сразу поверил, что она выдержит, что сумеет подавить самый естественный из инстинктов и не станет защищаться.

Но выбора не оставалась.

Дед стал ею, а Злата смогла стать им.

Первоначальное замешательство, охватившее Деда, когда он ощутил себя женщиной, было сметено обжигающей ледяной яростью. Каждый синяк, каждая ссадина и каждое прикосновение чужих пальцев, горевшее на коже Златы, – двойное унижение.

«Они посмели тронуть меня!» – «Они осмелились коснуться её!»

Инструктируя сообщника перед предстоящей операцией, Макмар предупредил: когда Обходчик займёт тело заложницы, нужно немедленно её оглушить. Инструмент был наготове – длинная дубинка, самое верное приспособление. Врезать как следует по голове и держаться подальше.

Но Макмара не было рядом, а Крыбыс никак не мог забыть свою недавнюю досадную слабость. Заглянуть бы в глаза Обходчику и высказать, что накопилось!

Крыбыс подвёл своё ослабевшее тело к пленнице, присел на корточки, наклонился. Ухмыльнулся, обнажая гниющие зубы. Злата вздрогнула, подняла руку, пытаясь заслониться. Крыбыс нагнулся ещё ниже и позволил ей коснуться своей щеки.

– Ну, и что ты теперь… – начал он – и повалился на бок.

Теперь его тело было крепче вырезки, пролежавшей неделю в морозилке.

А ведь предупреждали! Макмар знал о способностях противника. И не важно в каком теле живёт душа – талант никуда не денется!

Крыбысу повезло, что последние несколько дней он не жил в своей разлагающейся оболочке, а лишь управлял ею. Связи были не настолько крепкими, чтобы сразу же убить чужака. Крыбыс успел покинуть тело и, не мешкая, поспешил прочь.

Дед сделал заметный указатель – Крыбыс мчался над дорогой из замороженной грязи. Там, впереди, валялось бесхозное тело. И никто не помешает его занять.

Трепеща от предвкушения окончательной победы, Крыбыс перевалил через вершину холма и направился к фигуре, лежащей на склоне. Ещё немного, и ему будет принадлежать это тело и вся Земля!

Но пришлось остановиться на полпути.

Куда спешить, если над вожделенной оболочкой нависла пупырчатая тварь?

Создание было длинным, плоским, опиралось на тысячу ножек-сосисок и соответствовало байкам о Гьершазе. Бугристая кожа в бородавках, из которых сочилась слизь, тошнотворного вида вытянутая морда... Обнюхав Обходчика, тварь решила начать с ног – и осторожно обхватила ботинки толстыми пульсирующими губами.

Можно было успеть: вселиться в тело Обходчика и вырваться из пасти. Шанс небольшой, но он есть! Но меньше, чем шанс быть съеденным заживо мерзкой тварью.

«Я не хочу», – подумал Крыбыс. – «Я не буду!»

Лучше смерть…

Через несколько секунд он перестал бороться и умер. И его душа растворилась в тумане Гьершазы.

А потом туман расступился, пропуская хромающую Злату. Поскальзываясь на тающем льду, прижав ладонь к рёбрам и подволакивая левую ногу, она спустилась с холма и подошла к телу своего учителя. Наклонилась, оперлась свободной рукой и легла рядом.

Ловушка Макмара ослабла, и Дед смог, хоть и не сразу, вернуться в себя.

Первым делом он поджал ноги – и отпихнул морщинистую морду. Существо выплюнуло ботинки, затряслось, обиженно захрюкало и начало неторопливо отползать назад, в дыру, из которой вылезло.

Этой норы, уходящей вертикально вниз, не было, когда Обходчик подходил к холму вместе с Лоцманом. Судя по разбросанным комьям, бородавчатая тварь вылезла здесь не так давно. Специально, чтобы обслюнявить ботинки Стража Границ и до смерти перепугать чужака. Как удачно!

Лоцман с любопытством заглядывал в нору, не обращая внимания на брызги воды и лохмотья жёлтой слизи, летящие во все стороны, пока существо покидало поверхность.

– Кто это? – спросил Дед.

Попробовал подняться, но получилось лишь сесть.

– Не знаю, – Лоцман повернулся к нему и приветливо ухмыльнулся. – Я не даю имена – я же не человек! Как бы ты его назвал?

Дед выругался и повернулся к Злате. Она лежала с открытыми глазами и неторопливо ощупывала своё тело, выздоровевшее и покрытое грязью. Ни одного синяка или ссадины, как будто их и не было.