Слово идальго. Карибское море - Дмитрий Светлов

Пояснения Этьена расставили всё по местам. Оказалось, что сухое смешивание серы, селитры и угля со временем приводит к расслаиванию пороха на исходные компоненты. Выход нашли русские – делали смесь на спиртовом растворе. До Смутного времени Европа стреляла только русским порохом. Оккупировав Москву, поляки узнали «секрет» и растрезвонили рецепт по белу свету. Сейчас «русский порох» мог сделать любой солдат.

После ужина Артём засел за создание макетов пули-турбинки и пули Минье. Сделать их он попытался из кусочков свечей, отрезая лишнее ножичком. Но это неожиданно оказалось трудной задачей. Ровный восковой цилиндрик после приложения к нему «золотых рук» превращался в нечто корявое, мало напоминающее нужный образец. С пятой попытки вроде бы начало что-то получаться, и парень так увлекся процессом созидания, что не заметил прихода с докладом своего нового подчиненного.

– А что это вы делаете, дон Артемос? – раздался над головой голос Огастина де Нюора.

– Пули для ружей! Но ни хера не выходит! – раздражённо буркнул Артём и уже спокойнее пояснил: – Вот эта предназначена для повышения дальности и точности стрельбы из мушкетов. Она должна плотно входить в ствол, юбочка при выстреле не пропустит огонь, а косые рёбрышки просверлят грудь врага. Другая нужна для штуцеров – легко вставляется в ствол, но при выстреле этот конус в донышке распирает её, края входят в нарезы.

– Очень, очень интересно! – с неподдельным интересом разглядывая убогие поделки командира, сказал Огастин. – Сами придумали, дон Артемос?

– Подсмотрел где-то… Давно это было, не помню точно… – почесал макушку Артём.

– Простите, сеньор, но я могу вам помочь в изготовлении матрицы для отливки, – внезапно сказал Огастин. – В детстве я лепил из глины солдатиков, а потом отливал их из олова.

– Хорошо, дон Огастин, попробуй на досуге, – сказал Артём. – Как прошёл твой объезд? Как обстановка вокруг ферм?

– Обстановка пока спокойная, мы не увидели ни одного подозрительного типа. Похоже, дон Артемос, ты разогнал самых активных бандитов. Те, что на ферме «Раффлезия», сидят тихо. Впрочем, о них тебе доложит сержант: мы видели, как бойцы разведроты пробираются поближе к нашим соседям.

– Да, жду доклада от разведчиков, – сказал Артём. – Продолжай, дон Огастин!

– Местность здесь очень сложная для обороны! Если всё делать по военной науке, то на оборону нашего анклава потребуется не менее полка полного состава. С артиллерией! Однако я думаю, что нет никакого смысла оборонять глинобитные хижины рабов и старые курятники. Надо построить цитадель на базе одной из ферм и держать там всё самое ценное. Тогда численность гарнизона вполне может составить всего сотня бойцов.

– Хорошая идея! – похвалил Атём. – Я сам подумывал над чем-то подобным. А вот скажи, дон Огастин, какая из ферм тебе представляется лучшей в плане удобства обороны для строительства там цитадели?

– К сожалению… – начал говорить Огастин и замолк, почёсывая шрам на подбородке. – К сожалению, ни одна из трёх принадлежащих тебе ферм не годится в качестве базы для цитадели. Тут сама местность играет против нас: очень много мёртвых зон возле усадеб, вокруг холмы, с которых легко контролировать любые наши действия. А если мы попытаемся сами освоить эти холмы, построив на них редуты, то, как я и сказал ранее, численность гарнизона возрастёт в десять раз. Да и снабжать эти редуты будет сложно – даже воду придётся возить из центральной усадьбы.

– А вот «Раффлезия» отлично подходит для обороны. Я прав? – подмигнув лейтенанту, сказал Артём. – Усадьба расположена на небольшом плато, имеющем довольно крутые стенки. Входов на плато всего два – со стороны города нечто вроде длинной насыпи, которую легко перекрыть воротами в самом узком месте.

– А выход с плато на ближайшую гору идёт по довольно узкой дороге, петляющей между выходами на поверхность скальных пород. Её тоже легко перекрыть! – подхватил Огастин. – Там дальше, выше на горе, стоит индейская деревня, из которой легко сделать тыловой пункт обороны. Причём питьевая вода есть и на плато, и в индейской деревне! Да, дон Артемос, ферма «Раффлезия» была бы идеальной базой для цитадели! Я так понимаю, что она наша следующая цель?

– Так точно, дон Огастин, – кивнул Артём. – Причём на неё у меня есть совершенно легальные права: я купил её у законного владельца. Который просил лишь одного: освободить его соплеменников из плена, где их держат захватившие ферму бандиты.

– Владелец фермы – Хуан Гило? – уточнил Огастин. – А ты знаешь, дон Артемос, что эту собственность хотят присвоить отнюдь не обычные бандиты? На неё метит одно из благородных семейств талассократов!

– Я в курсе, дон Огастин, в курсе, – криво усмехнулся Артём. – Поместье хотят отжать господа де Мезис. Я пока не понимаю, зачем им нужна обычная ферма, которая стоит тут уже два десятка лет… Неужели талассократы вдруг воспылали любовью к приятному отдыху на фоне сельской местности? Нет! Тут явно что-то другое… Да даже если бы и воспылали: им было проще купить поместье у Гило! Не такие уж большие по местным меркам деньги! Ладно, мы обязательно разузнаем причину этих действий семьи де Мезис… Дон Огастин, что скажешь о своих бойцах? Ты провёл рядом с ними целый день…

– В целом они неплохие ребята! Подучить немного, и из них выйдут хорошие кавалеристы, – после небольшой паузы сказал Огастин. – Вот только один из них, по кличке Птица, очень сильно нуждается в профилактической порке, пока реально не накосячил по-крупному!

– А что с ним не так? – спросил Артём. Он помнил этого Птицу – тот был суетлив сверх меры и болтлив. В отряд его приняли исключительно по просьбе Этьена, которому тот оказал какую-то важную услугу в прошлом.

– Лучше избавиться от него, пока не поздно! – сказал Огастин. – Толку от него, как от солдата, не будет – мало того, что он бормочет что-то себе под нос без умолку, комментируя любое происшествие и даже просто обсуждая любой большой камень у дороги, так у него ещё и из рук всё валится: как он сегодня сам себя не пристрелил – только Бог знает. Когда он в седло садился, один из пистолетов за что-то на его одежде зацепился и сам собой выстрелил.

– Ладно, подумаем и над этим, – решил Артём. – Ступай, дон Огастин, отдыхай! И позови сюда Этьена.

Сержант явился пред светлы очи командарма уже через минуту.

– От разведчиков есть новости? – спросил Артём.

– Никак нет, командир! – мотнул головой сержант. – Они ещё не вернулись. Я послал две пары. С наказом следить за фермой с двух сторон. У них есть запас еды и воды, тёплые одеяла, так что они там могут и переночевать.

– Ты их предупредил о том, что бандиты регулярно обходят окрестности? – спросил Артём.

– Конечно, командир! – удивился вопросу Этьен. – Мало того, одну из пар я лично вывел на свой старый наблюдательный пункт. А там отличное природное укрытие – с двух шагов разведчиков не видно.

– Это хорошо! – похвалил сержанта Артём. – От Лагбе вестей не было?