Созвучно сердцу - Аадет Тэль

С лёгким шуршанием развязав бант и нетерпеливо откинув крышку, я глазам своим не поверила. Внутри лежала целая россыпь музыкальных кристаллов, а под ними — насыщенно-бирюзовый костюм. Не такой, как делают в Империи, а настоящий — с тяжёлым, усыпанным камнями и жемчугом, поясом и украшенным бахромой лифом. Он походил на тот, что мама привезла с собой из Валесии.

Наян подарил его по наитию или застал меня сегодня?

Погладив перстень, послала мысленное: «Спасибо! Он очень красивый!»

Получив в ответ волну недоумения, я даже не удивилась, когда маг лично явился всё проверить.

— Что случилось?

— Это ведь ты прислал?

Ответ стал очевиден в ту же секунду — не он.

Наян нахмурился, потрогал струящуюся ткань и мрачно изрёк:

— Полагаю, Мисталь передумал и никуда не едет.

Я с сомнением посмотрела на наряд, в который уже успела влюбиться. Безумно красиво, конечно, но стоит ли его носить?

— Можешь оставить, — махнул рукой Ян. — Это уже неважно.

Вид у него был расстроенный и даже, пожалуй, обречённый.

— Даже если Мисталь никуда не поедет, тебе не стоит опасаться, что между нами что-то изменится. Я люблю тебя.

Вместо ответа он стиснул меня в объятиях, уткнулся носом в волосы и тяжело перевёл дыхание:

— Я знаю. И тоже очень тебя люблю, Эри. Что бы ни случилось. Помни об этом, хорошо?

— Ты мне чего-то не договариваешь?

— Всё вечером. Теперь-то разговора точно не избежать.

Наян бросил взгляд на коробку и обеспокоенность в его чудесных, ясных глазах сменилась лукавым блеском:

— Станцуешь в нём для меня?

— Обязательно!

— М-м-м, — промурлыкал вкрадчиво. — Сегодня?

— На сегодня у нас другие планы. К тому же, мне нужно подготовиться. Я всё-таки несколько лет не танцевала. Сегодня не в счёт.

— Напрасно беспокоишься. Судя по тому, что Мисталь не поленился открыть портал в Валесию и купить это, навыков ты не растеряла.

— Получается, он подсматривал!? Нельзя ли как-нибудь сделать так, чтобы это больше не повторилось?

— К сожалению, я не могу: наши силы равны, а посильнее тут никого, кроме императора, нет. Мисталь, конечно, наглец, но даже он не станет подсматривать за тобой в ванной или во время переодевания.

— Предлагаешь положиться на его моральные принципы? — пробурчала я сердито. — Что ж, очень обнадёживает.

— Всё наладится, — не слишком-то уверенно заявил Наян. — Поужинаешь со мной?

— С удовольствием!

— Тогда скоро увидимся.

Он вернулся в зал общей работы, а я, настороженно оглядевшись, решила, что, вопреки желанию, не буду надевать подарок прямо сейчас, и отнесла его на полку гардеробной.

Почитать мне так и не дали. Стоило вернуться обратно в спальню, там обнаружился непривычно взъерошенный Мисталь в расстёгнутом сером камзоле.

Увидев, как я замерла на пороге, он поморщился:

— Могла бы и сразу примерить, вообще-то! — попенял отрывисто, быстро шагая от стены к стене. — Я очень на это надеялся! Мечтал, можно сказать! Зря, что ли, целых три часа, как идиот, искал его под злющим Валесийским солнцем, среди верблюдов, вороватых мартышек и крикливых торговцев?

Охотник вёл себя подозрительно. Я чувствовала отголосок его волнения и всерьёз подумывала позвать Наяна, не дожидаясь продолжения сцены.

— А, не важно! Можешь не благодарить. Рад, что тебе понравилось.

— Зачем ты пришёл?

— Я вроде как… — он прекратил метаться, остановился прямо напротив и потребовал: — Я хочу, чтобы ты забыла о том поцелуе! Это был недостойный поступок, и я о нём жалею!

Недоверчиво глядя на его нервно сжатые пальцы, я всё никак не верила в происходящее. Это что, попытка попросить прощения? Тёмные умеют извиняться?

— Не смотри так на меня! — взвился. — Да, жалею, и что?

Не в силах подобрать слова, на всякий случай отступила на шаг назад.

— Яна зовёшь?

— А надо?

— Обойдётся. Чего тогда молчишь?

— Не знаю, что сказать.

Это было правдой. С появлением Мисталя мне снова вспомнился тот вечер, его растерянный взгляд и фраза: «Я вовсе не этого хотел!». Простить-то я его могла, но что дальше?

— Например, что соскучилась и счастлива моему возвращению!

— Так ты никуда не едешь?

— Ты меня расстраиваешь, Лэри! Разве могу я тебя оставить?

— Но Наян сказал…

— Я передумал! Братцу придётся с этим смириться!

— Я его люблю, Мисталь.

— Это мы ещё посмотрим.

— Только время зря потратишь. Отступись.

— И с чем я тогда останусь? Один?

— У тебя по-прежнему будет Ян. Вы, может, наконец, перестанете ссориться.

— Этого недостаточно.

— Мне нечего больше предложить.

Охотник раздражённо поджал тонкие губы, досадливо взлохматил волосы и снова принялся измерять комнату шагами, что-то неразборчиво пробормотав себе под нос. Слишком быстро, чтобы я смогла понять.

— Что?

— Говорю, что может быть хуже, чем упрямая подружка Яна?!.. Хотя нет. Если б ты уже была его женой, было бы совсем плохо. Пока этого не случилось, время ещё есть. В конце концов, у нас общий символ.

— И что?

— «И что»? Так ты не знаешь, что ли? Наян тебе ещё ничего об этом не говорил? — Мисталь задумчиво сжал подбородок. — Но он должен был догадаться!

Что же такого знают о знаках они, чего не знаю я?

— Мы собираемся обсудить всё сегодня.

— Вот и отлично! Не забудьте меня позвать!

— Я бы не хотела…

— Лучше пообещай, что позовёшь, иначе я пойду в твой душ и останусь отдыхать на твоей кровати. В Валесии, знаешь ли, очень жарко, а я терпеть не могу жару.

— Если Ян посчитает нужным, он тебе сообщит.

— Сообщит? Ну, пожалуй, он всё-таки не совсем безнадёжен. Увидимся вечером, дорогая!

И всё-таки, где-то в глубине души, я была рада, что Мисталь вернулся. На него даже злиться всерьёз не получалось! Опасаться — возможно, но не злиться. Он не такой, как Ян, но тоже, по-своему, привлекателен. И дело вовсе не во внешности. Несколько раз я даже думала, что было бы, если б общее благословение появилось только у нас с ним, и, если быть честной, то этот вариант не казался таким уж плохим.

Спустя бесконечно долгие часы ожидания, момент разговора всё-таки настал. Теряясь в догадках, я едва ли могла этому радоваться, а Ян и вовсе был как-то по-особенному молчалив. Мы бесцельно прогуливались по тихим аллеям, пока, наконец, он не сел на кованую скамейку возле старого развесистого дерева и мраморной статуи неизвестной красавицы.