И пришел Разрушитель. Том 2 - Валерия Веденеева

Уррий медленно покачал головой.

— Я не смог никого найти. Все, что слышал, было эхом останков.

Он снова замолчал, вспоминая.

— Ко Мне приходила Великая Мать, — сказал Он тихо. — Просила остановиться. Говорила, что Я не прав, что Я убиваю невинных. Я не слушал. Я не мог остановиться. Я просто не понимал, что Мне делать, если остановлюсь. А потом Я разрушил несколько городов, сравняв их с землей, и среди погибших оказались ее жрицы, Дочери Земли. Больше она не приходила. И не пришла даже когда маги ранили Меня.

— Она пришла потом.

— Да… Когда я уже умер…

Уррий попытался, но не смог вспомнить, что случилось потом, после Его смерти. Он помнил только сильную боль и гнев, когда злое железо — селин, серебро богов, подсказала память, — вошло в Его тело. Боль, гнев и еще отчаяние — потому что Он продолжал надеяться, что где-то там могли остаться Его дети. Продолжал надеяться, хотя и знал, что надежда пуста.

— Скажи, — спросил Он Не-злого, — в человеческом мире еще много подобных предметов, созданных из Моих детей?

— Мне известно около десяти, — после короткой паузы ответил тот. — Возможно, еще столько же хранится в тайниках или заброшенных сокровищницах. — А потом Не-злой спросил: — Теперь, когда Ты все вспомнил, что Ты собираешься делать?

Уррий в последний раз прижал то, что осталось от Ангун, к Своему лицу, прощаясь, потом опустил руку, и сфера осыпала золотистой пылью, которая смешалась с песком. Он помнил, что некоторые из смертных народов на похоронах своих родных сжигали их тела и развеивали прах. Его дети тоже были смертными. Наверное, так будет правильно.

Эхо голоса Ангун всколыхнулось в последний раз — и затихло. И в этом последнем эхе Он услышал облегчение. Услышал и понял: каким-то образом маги сумели привязать частицы душ Его детей к своим магическим поделкам, и, пока те существовали, Его дети не могли обрести покой.

— Я найду все, что осталось от Моих детей, и отпущу их эхо на волю, — сказал Уррий.

— А с людьми? Что ты собираешься делать с людьми?

Уррий взглянул на Не-злого чуть удивленно.

— Конечно, если они будут нападать на Меня, Я убью их, — сказал Он.

Не-злой кивнул.

— А что насчет остальных людей? Насчет тех, которые не будут нападать? Ты собираешься мстить им за Своих детей?

Уррий ответил не сразу — Он пытался не утонуть во второй раз в наплывающих воспоминаниях.

Он огромен. Люди малы и подобны муравьям. Их так много — вернее, их было так много. Теперь уже нет.

Большие города — раскатаны по камню.

Плотины — разбиты.

Малые поселения — смыты разлившимися реками.

Тайные убежища — разрушены.

Но кто-то выжил. Кто-то из людей всегда выживает — и это несправедливо, потому что из Его детей не выжил никто.

А люди все бегут, все кричат. Иногда Он даже разбирает смысл этих криков — мольбы, проклятия, — но чаще всего смысла в криках нет, только ужас.

Он не чувствует радости от их ужаса. Он ничего не чувствует, кроме гнева и безнадежной тоски…

Уррий потряс головой, словно бы это могло помочь избавиться от воспоминаний. Как ни странно, действительно помогло.

— Я убил почти всех людей, которые были виновны в смерти Моих детей, — сказал Он. — А если кого-то не успел, то они уже давно умерли сами. Люди живут очень мало. Мне больше некому мстить.

Уррий несколько раз глубоко вздохнул — такие действия хорошо успокаивали человеческое тело — и медленно поднялся на ноги. Усилием воли задвинул детали воспоминаний Себя-Тха-Оро в глубины памяти, оставив лишь самое общее.

Потом — спустя несколько дней, или лет, или десятилетий, как получится, — Он сядет в тишине и покое и будет по одному доставать все эти воспоминания, раскладывая их на важные и не важные, горькие и счастливые. Но это будет потом — после того, как они вернутся от Серой Госпожи вместе с Ниссой, после того, как Он освободит эхо душ всех Своих Детей. Сейчас на это не было ни времени, ни, честно сказать, сил.

Уррий протянул вперед руку, и все кости Его детей, которые Он призвал из песка, тоже начали обращаться в прах. А когда последние из них рассыпались, в воздухе появилась дуга серых Врат.

— Одно мертвое связано с другим, — негромко сказал Не-злой. Уррий кивнул и шагнул к арке.