Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Окаянный - Антон Текшин

Никто ведь никогда не задумывался, что Красную Шапочку от волка спасли именно браконьеры…

Через несколько минут со стороны кабины раздались тихие шаги. Сам удивляюсь, как их в таком состоянии расслышал, до чего грамотно шли люди. Затем, куда громче, чем до этого, чвякнуло ещё раз. Всё правильно, без контроля к подранку лучше близко не подходить, особенно, когда он до этого он рвал автомобиль, как тузик несчастную грелку.

После короткой паузы шаги возобновились. Судя по всему, «браков» было двое – один чуть позже остановился где-то за обочиной, а вот второй направился проверить самочувствие подстреленой добычи. Почему именно они, а не, к примеру, военные или полиция? Да потому что глушители – не самый распространённый навес на вверенном государством оружии, и вообще вкрадчивость не в их стиле. И я скорее поверю, что только что пристрелили последнего представителя тупиковой ветви эволюции – несчастного «снежного человечка», невесть как выживавшего до этого на Алтае, чем в то, что это работает какой-нибудь спецназ.

Однако, следовало и проявить вежливость – как-нибудь опознаться, а то люди, преступившие черту закона, обычно бывают нервными. Но пересохшее горло издало лишь едва различимый сип. Чудесно. Как назло, обезвоживание после отключки навалилось изо всех сил, было такое ощущение, что слюна во рту попросту не вырабатывалась, а спасительная влага находилась вне досягаемости – в самом дальнем боксе на противоположной стене.

Спустя примерно минуту мучений мне удалось издать хоть какие-то звуки, и шаги стали приближаться. Человек предусмотрительно не стал подходить к автомобилю вплотную, а пошёл по короткой дуге против часовой стрелки, пока не поравнялся с развороченным задним бортом машины.

Как я и предполагал, моим спасителем оказался обычный невысокий мужик в разномастном грязном камуфляже и высоких резиновых сапогах на завязках. Лицо простецкое – таких небритышей с носом-картошкой в любом местном посёлке через одного. Наверняка облысевшую голову прикрывала зелёная бандана, в руках – воронёный ВПО-136 с накрученным металлическим набалдашником на стволе. Для тех, кто не в теме – это гражданская версия легендарного АКМ, из которого его, собственно, и штампуют. Изменения минимальны, карабин с лёгкостью принимает армейские магазины. Вот только больше десяти патронов заряжать запрещено законом, поэтому в комплекте идут «рожки» с проволочным ограничителем. Но кого это в нашей стране останавливало? У этого никаких ограничителей точно нет, готов поставить на кон левую почку.

Задержи я такого красавца в прежние времена – могли и годовую премию за раз выплатить.

– Ё..шки-воробушки! – прокомментировал он увиденное, и резко навёл ствол на меня. – Эй, хлопец, если ты живой, отзовись!

Я, конечно, выгляжу так себе, но перепутать меня, приподнявшегося на локтях, с трупом – это немного оскорбительно. Увы, но речевой аппарат так и остался неспособен произнести вслух всё, что думаю о мыслительных способностях местного стрелка. Поэтому пришлось невербально выказать своё отношение к данному вопросу – отогнутым средним пальцем, приложив кое-как вторую руку на изгиб локтя. А чего мне, собственно, терять?

Как ни странно, данный жест полностью удовлетворил мужика, и он отвёл оружие в сторону.

– Декан, у нас тут живой!

Второй браконьер вслух не отозвался, но уже через полминуты появился в проёме с карабином наизготовку, только без самопального глушителя. Одет он был практически так же, лишь вместо банданы его голову украшала видавшая виды рыбацкая шляпа с понуро обвисшими полями. Лица толком и не разглядишь из-за пышной тургеневской бороды, но он всё равно умудрялся производить впечатление интеллигента, в отличие от своего спутника. Навскидку ему было около полтинника – седины порядочно, да и морщины у виска глубокие.

– Здравствуй, – он полез внутрь кабины и уселся в кресло напротив кушетки, положив оружие на колени. – Говорить можешь?

Общался старший браконьер хорошо поставленным баритоном, держался уверенно, хоть и с долей осторожности. Рук с карабина не убирал.

Я поднёс шатающуюся руку к губам, изобразив пантомиму «конченый алкаш пытается опохмелиться». Мужчина понимающе кивнул и снял с пояса обычную армейскую фляжку в брезентовом чехле. Покрутив её в руках с задумчивым видом, он, однако, повесил ее на место, спросив:

– Обычная вода здесь есть?

Проследив за моим взглядом, браконьер отрыл один из боксов на стене, и вынул оттуда парочку пол-литровых пластиковых бутылок. Время, за которое он отвинчивал тугую крышку, показалось мне вечностью. Стоило горлышку прикоснуться к губам, я присосался к источнику жизни как голодный телёнок к материнскому соску, опустошив ёмкость в несколько жадных глотков. Как умудрился не подавиться – не пойму, но вторую бутылочку выпил уже осторожней, приподнявшись на локтях.

Мужчина покачал головой, оценив мою жажду, и уточнил:

– Ну как?

– Спасибо… – Слова давались с трудом, но получивший необходимую влагу организм начал потихоньку оживать. – Хотя от коньяка тоже… Не отказался бы.

Бородач хмыкнул, погладив фляжку на боку.

– Здесь напиток куда лучше, но сначала несколько вопросов. Это тебя везли на «скорой»?

Я ожидал чего угодно, кроме такого идиотизма, поэтому брякнул первое, что пришло в голову:

– Не, меня на дороге подобрали… Прям в пижаме.

– Шутишь, это хорошо, – одобрительно кивнул браконьер. – Куда ехали?

Нет, он меня точно доконать пытается! Поважней нет ничего спросить?!

– Сначала к озеру, – набравшись терпения, принялся я объяснять. – Но заплутали и решили вернуться обратно.

– Что за озеро?

– А их что, тут больше одного?! – прошипел я. – Хватит тянуть кота за яйца, что с экипажем?

Не будь вырванных у меня на глазах с мясом дверей, подумал бы, что это всё – розыгрыш от местного телевиденья «Глухомань-ТВ». Уж настолько нелогичным был собеседник, да и вообще вся ситуация в целом. Но не станут же они издеваться над смертельно больным?

– Все четверо мертвы, – охотно ответил бородач. – А что касаемо озёр – их да, тут несколько. Но вряд ли вы направлялись именно к ним.

Четверо? Ах, да, Егорыч ведь сбил кого-то накануне, перед всей этой свистопляской. А что насчёт местной гидрологии – может это у меня очередной кусочек мозга отъехал, который отвечал за географию?

– Кто… их всех?

– Об этом позже, – уклонился мужчина и обратился к спутнику. – Ломоть, кстати, займись им, я тут справлюсь.

О, как у них – никаких имён, всё по кликухам, предусмотрительно. Дежуривший у машины напарник кивнул и пропал из поля зрения. Пошел разбираться с кем, с «немедведем»? Разделывать на трофеи? Хотел бы я на это посмотреть…

– Как вообще самочувствие, голова не болит? – продолжил странный допрос так называемый Декан.

– Раскалывается, – признался я. – Но терпимо.