Зеленая кепка - Антон Татаринцев

Эндрю вернулся в палату в раздумьях. Он еще раз обдумал все версии и окончательно убрал для себя розыгрыш и, как ни странно, сумасшествие. Также он посчитал логичным высказывание доктора на счет звонков родным и решил пока им не звонить. Он узнал у Лео подробности быта. Все оказалось достаточно просто. Трех разовое питание, трехразовый прием лекарств под присмотром санитаров, две часовые прогулки (утром и вечером), душ три раза в неделю, один раз в неделю обход врача, один раз в неделю личная беседа с врачом и химчистка один раз в две недели.

На смартфоне Лео Эндрю выбрал себе некоторые вещи первой необходимости: предметы личной гигиены, одежду и обувь и оплатил их со своего счета. Хотя он старался брать недорогие вещи, все равно вышло более тысячи. Вещи должны были прибыть уже на следующий день. Лео наблюдал за этим процессом, что-то советовал, над чем-то насмехался, в общем, весело проводил время. Остальные были заняты своими делами. Время пролетело довольно быстро.

Обед Эндрю пропустил, а до ужина оставалось немного времени. Чтобы скоротать время и отогнать от себя плохие мысли, Эндрю решил пообщаться с Лео.

– Как давно, ты здесь? – начал разговор Эндрю.

– Года три. – ответил Лео.

– Странно, что за это время ты не упал духом и продолжаешь веселиться.

– Что тут странного. Понимаешь, атмосфера тут специфическая, тут нельзя впадать в депрессию. В окружении психов очень легко сойти с ума. Дашь слабину и, совсем скоро, в палате станет на одного супергероя или известную личность больше. К тому же мне нет особых причин горевать. Если у тебя есть деньги, то ты везде будешь чувствовать себя неплохо. Зарплаты здесь невысокие, поэтому за небольшую доплату персонал готов на многое закрыть глаза.

– И где же ты берешь деньги? – удивился Эндрю.

– Не так давно я был вполне успешным банкиром и довольно удачно вложил деньги. Теперь получаю дивиденды и проценты по депозитам. Недостаточно большие, чтобы хорошо жить на воле, но достаточно неплохие, чтобы комфортно себя чувствовать здесь. Правда, есть и свои минусы. Я мечтаю искупаться в море, поиграть в баскетбол с друзьями, съездить на природу на шашлыки, побаловаться с сыном… Но, как сам понимаешь, не могу этого сделать.

– У тебя есть сын?

– А тебя удивляет, что у тридцатилетнего парня есть сын? Ему уже шесть. Классный парень: веселый, активный, умный, неплохо разбирается в компьютерах. Я очень по нему скучаю! Конечно, мы общаемся по телефону, я присылаю ему подарки, но разве это может заменить живое общение?! – сказал Лео с горечью.

– Он тебя не проведывает?

– Моя жена запрещает. Считает, что я плохо на него повлияю. Мы не общаемся, у нее новый гражданский муж, с которым она почти счастливо живет в моем доме. Она уверена, что я испортил ей жизнь. Я купил ей дом, машину, она не знает нужды и не работает… Возможно, она права. Я ее слишком разбаловал.

– Почему не дашь ей развод?

– Удачно составленный моим юристом брачный договор не позволяет ей распоряжаться нашим имуществом, а развод развяжет ей руки. К тому же развод – это очень хлопотный процесс. Это как игра в шахматы – нужно просчитывать все ходы наперед, чтобы не остаться не у дел. Еще мне доставляет большое удовольствие смотреть, как она беситься. Она даже предлагала взятку Стоуну, чтобы оставить меня здесь навсегда, но у нее ничего не получилось. Даже не верится, что когда-то я любил эту женщину. Любовь, как бурная вечеринка у тебя дома, – она проходит, а ты остаешься один разгребать кучи дерьма.

– Но рано или поздно тебе все же придется решать эту проблему с разводом.

– Я вижу, ты решил испортить мне настроение… Я все прекрасно понимаю. Но все же я надеюсь когда-нибудь выйти отсюда. Но вот тогда мы с ней и поговорим.

– Уверен, что так и будет. – подбодрил Лео Эндрю. – Тебе здесь не бывает одиноко?

– Не больше, чем везде. Здесь есть хорошие люди, с которыми приятно общаться. Например, Билли, Кейт и кое-кто из санитаров.

– Странно, что здесь мужчин и женщин держат вместе. – заметил Эндрю.

– Я тоже, по началу, был поражен этим. Но, к моему удивлению, оказалось, что среди сумасшедших гораздо больше мужчин, чем женщин! Представляешь?! Изначально, мужчины и женщины содержались в разных палатах. Мужские палаты были переполнены, а женские пустовали. Буйные и тихие психи также содержались вместе. Но Стоун, основываясь на своем опыте и наблюдениях, рискнул сделать кардинальные изменения. Всех больных он условно разделил на три группы: буйные, тихие и женщины. Чем они отличаются, думаю, объяснять не надо. Он заметил, что тихие больные на своей волне и на женщин практически не реагируют, а у женщин, которые лишены общения с мужчинами, возрастает уровень стресса и растет число конфликтов между собой. К тому же буйные больные негативно влияли на тихих, проявляя к ним агрессию, а также приставали к женщинам. Стоун объединил тихих психов и женщин, а буйных поселил отдельно. Более того, он сделал так, чтобы буйные больные никак не пересекались с женщинами и тихими больными. В результате, во всех группах начали наблюдаться улучшения и больные быстрее выздоравливали. Женщины получали необходимое им внимание, но не подвергались домогательствам. Любые сексуальные отношения здесь запрещены и быстро пресекаются. Особенно отношения между пациентами и сотрудниками заведения. Стоун лично за этим следит и строго наказывает тех, кто нарушает этот порядок. Тихие больные не подвергались давлению и агрессии, что положительно влияло на их состояние. Но самое интересное произошло с буйными больными. Они оказались запертыми в одном помещении друг с другом, как пауки в банке. У них в палатах работает закон джунглей: выживает сильнейший. Вернее, самый сильный и умный подчиняет себе остальных. У них появились свои правила, иерархия и наказания за непослушание. Система похожа на ту, что действует в тюрьме. К тому же, в случае непослушания, санитарам разрешено применять силу к этим пациентам. Чем санитары с удовольствием пользуются. В результате вышесказанного, буйным больным пришлось научиться контролировать свои эмоции, чтобы не подвергаться насилию. Некоторые преуспели в этом настолько, что выздоравливали за считанные недели. А некоторые даже не хотели уходить. Свобода – это ответственность за свои действия. На словах каждый хочет свободы, а на деле не каждый к ней готов.

Кстати, о женщинах. Буквально пару недель назад из нашей палаты выписалась наша любимая «тетушка Роуз». Замечательная женщина, простая и добродушная. А как она пела! У нее сильный и звонкий голос, который можно было слушать часами. И, хотя у нее был незамысловатый репертуар, я очень скучаю по ее душевному пению. Когда мне грустно, я звоню ей и прошу что-нибудь спеть, включаю громкоговоритель и мы, все вместе, наслаждаемся ее чудесным даром. Позавчера она приходила к нам в гости. Принесла вкусный яблочный пирог. Билли, в шутку, предложил ей вернуться, но все в нашей палате были бы рады, если бы она на самом деле сделала это.