Темная материя - Блейк Крауч

Я делаю шаг… другой…

– Быстрее.

Иду быстрее.

– Что вам надо?

– Рот закрой.

Над нами проносится с шумом поезд. Мы выходим из темноты под эстакадой. Сердце рвется из груди. Я осматриваюсь – внимательно, с любопытством и с внезапно проснувшимся интересом к деталям. На другой стороне улицы – огороженный жилой комплекс. По эту сторону – квартал с несколькими заведениями, закрывающимися в пять. Поезд с ревом проносится вверху, над нами, и мы выныриваем из темноты.

Салон красоты.

Юридическая консультация.

Мастерская по ремонту бытовой техники.

Косметический салон.

Шиномонтаж.

На улице – ни души. Район словно вымер, превратился в город-призрак.

– Видишь тот внедорожник? – спрашивает незнакомец. Впереди, у тротуара, припаркован черный «Линкольн Навигатор». Чирикает сигнализация. – Садись за руль.

– Что бы вы ни думали…

– Иначе сдохнешь прямо здесь, на тротуаре… от потери крови.

Я открываю дверцу с левой стороны и сажусь за руль.

– Моя сумка с продуктами…

– Возьми. – Мужчина садится сзади. – Заводи.

Я закрываю дверцу и ставлю пакет из супермаркета на пол между передними сиденьями. В машине так тихо, что слышно, как колотится пульс – быстрое треньканье о барабанную перепонку.

– Чего ждешь? – спрашивает незнакомец.

Нажимаю кнопку запуска двигателя.

– Включи навигацию.

Включаю.

– Выбери предыдущие пункты назначения.

Автомобиля со встроенным GPS-навигатором у меня никогда не было, так что нужный символ на тачскрине нахожу не сразу.

Появляются три локации.

Одна – мой домашний адрес. Другая – университет, где я работаю.

– Вы за мной следили? – спрашиваю я.

– Выбери Пуласки-драйв.

Выбираю 1400 Пуласки-драйв, Иллинойс 60616, не имея ни малейшего представления, что это и где. Женский голос из навигатора предлагает повернуть, когда это будет возможно, на сто восемьдесят градусов и проехать восемь десятых мили.

Я переключаю передачу и сворачиваю в темную улицу.

– Пристегнись, – говорит незнакомец у меня за спиной.

Накидываю ремень безопасности. Он делает то же самое.

– Для полной ясности, Джейсон. Если попытаешься сделать что-то, помимо четкого следования инструкциям, выстрелю через сиденье. Понятно объясняю?

– Да.

Я еду по своему району, думая о том, что, может быть, вижу его в последний раз.

Красный свет на перекрестке останавливает меня перед корнер-баром. Через тонированное стекло справа вижу, что дверь еще открыта, и мельком замечаю Мэтта. Райан восседает на табурете, повернувшись спиной к бару, и, возя локтями по стойке, разглагольствует перед своими аспирантами. Может быть, даже развлекает их пугающей историей о своем старом приятеле-неудачнике. Я хочу окликнуть его, дать понять, что у меня неприятности, что мне нужна…

– Зеленый, Джейсон.

Я проезжаю перекресток.

GPS-навигатор показывает, что нужно ехать на восток через Логан-сквер к автостраде имени Кеннеди. Там бесстрастный женский голос выдает очередную инструкцию: «Поверните вправо через сто футов и продолжайте движение – девятнадцать и ноль восемь мили».

Машин в южном направлении идет немного, и я разгоняюсь до семидесяти миль в час и держусь на этой скорости. Ладони на обтянутом кожей руле начинают потеть, а в голове бьется один и тот же вопрос: неужели я умру сегодня?

Наверное, если мне суждено выжить, это новое откровение останется со мной до самого конца: мы уходим из жизни так же, как и приходим в нее, – в полном одиночестве. Мне страшно, и ни Дэниела, ни Чарли, ни кто-то другой не могут помочь именно тогда, когда я нуждаюсь в них больше всего. Они даже не знают, что со мной.

Автострада огибает деловой центр города с запада. Уиллис-тауэр и стайка небоскребов поменьше тепло светятся на фоне ночи.

Прорывая панику и страх, мозг пытается решить загадку, найти ответ на главный вопрос: что происходит?

В навигаторе мой адрес. Значит, это не случайная встреча. Незнакомец следил за мной. Он знает меня. Вывод – происходящее сегодня есть результат некоего моего действия.

Но какого?

Я не богат.

Моя жизнь не имеет никакой ценности ни для кого, кроме меня самого и моих близких.

Меня не арестовывали. Я не совершил никакого преступления.

Не спал с чужой женой.

Конечно, и мне случалось показывать средний палец олухам на дороге, но это же Чикаго!

Последняя и единственная ссора с применением физической силы случилась в шестом классе, когда я ударил в нос одноклассника, пролившего молоко на мою рубашку.

Я никого всерьез не обидел, никому не сделал ничего плохого. По крайней мере, ничего такого, что могло бы закончиться вот этим: я за рулем чужого «Линкольна Навигатора», и в затылок мне дышит холодная сталь.

Я – физик-атомщик и профессор в небольшом колледже.

К студентам, даже худшим из них, я отношусь с уважением. Те, что заваливали курс, заваливали его потому, что им прежде всего было наплевать на учебу, и уж конечно, никто из них не мог обвинить меня в том, что я сломал им жизнь. Сдать экзамены я помогаю, как только могу.

В боковом зеркале удаляется, отступает все дальше и дальше профиль города, знакомый и уютный кусочек береговой линии.

– Я сделал вам что-то в прошлом? Или кому-то, на кого вы работаете? Просто не могу понять, чего вы хотите от…

– Чем больше болтаешь, тем хуже тебе будет.

И вот тут я впервые замечаю, что в голосе моего похитителя есть что-то знакомое. Не могу определить точно, где и когда, но мы определенно встречались.

В кармане вибрирует телефон – пришла эсэмэска.

Потом другая.

И еще одна.

Забрать телефон этот тип забыл.

Смотрю на часы – 21:05.

Я вышел из дома чуть больше часа назад. эсэмэски, конечно, от Дэниелы, она хочет знать, что случилось. Опаздываю на пятнадцать минут, и это много, потому что я никогда не опаздываю. Смотрю в зеркало заднего вида, но в салоне слишком темно, и мне видна только мертвенно-бледная маска. Решаю рискнуть. Убираю с руля левую руку. Опускаю ее на колено. Считаю до десяти.

Незнакомец ничего не говорит.

Снова кладу руку на руль.

Тишину нарушает компьютеризованный голос: «Поверните вправо на Восемьдесят седьмую улицу, съезд через четыре ноль три мили». Я опять опускаю левую руку. Но теперь залезаю в карман слаксов. Телефон лежит глубоко. Мне удается дотянуться до него средним и указательным пальцами и кое-как зажать между ними. Я тащу его миллиметр за миллиметром, и резиновый корпус цепляется за складки ткани. Кончики пальцев снова ощущают вибрацию – входящий звонок. Вытащив наконец телефон, я оставляю его на колене – экраном вверх, – а руку снова кладу на руль.