Земля обреченных - А. Норди

Несколько минут назад они покинули пристань, и теперь направлялись к поселку по ухабистой, припорошенной снегом дороге. По бокам от нее тянулись пустынные снежные поля. Унылый пейзаж изредка разнообразили огромные черные валуны и корявые голые деревца. Небо по-прежнему затягивали низкие серые тучи.

– Вы здесь с рождения, Торвальд? – Лангер нарушил молчание.

– Да. – Голос Торвальда прозвучал как гром, и агенты в который раз невольно передернулись. – Я здесь родился и вырос.

– Честно говоря, я даже не знал, что в Северной Атлантике есть такой остров, который к тому же принадлежит нашему государству. – Лангер с улыбкой взглянул на напарницу. – А ты, Флориан, знала?

Оторвав взгляд от окна, Флориан в ответ отрицательно покачала головой: она не горела особым желанием поддерживать светскую беседу.

– Про нашу землю мало кто знает, – прогремел Торвальд.

– Странно, должно быть, жить на клочке суши, оторванном от всего мира, – рассуждал Лангер. – Какая здесь численность населения?

– Девяносто шесть человек.

– Рыбаки, наверное? – не унимался Лангер.

– Да. – Торвальд отвечал неохотно. Наверное, с гораздо большим удовольствием он бы посидел в тишине.

– И где они все живут? Я вижу за окном только сугробы. – Лангер вновь улыбнулся.

– В центре острова есть поселок – там живет большинство. Некоторые живут прямо на берегу. Кое-кто селится отдельно в северной части…

Флориан вполуха слушала болтовню Лангера и шефа полиции. Она отрешенно смотрела в окно, и взгляду было не на что упасть: одни лишь бесконечные ледовые поля, черные камни и голые деревья. Похоже, зима на острове действительно выдалась холодной, как и говорил капитан Перссон. Флориан не верилось, что еще вчера вечером она ходила по мокрым от дождя столичным улицам, а сейчас – созерцала за окном настоящий арктический пейзаж.

Внедорожник резко повернул налево, и взор Флориан зацепился за нечто странное впереди. Лангер снова что-то спросил у Торвальда, но голос напарника вдруг слился с ревом двигателя и шумом ветра за окном в один монотонный гул. Он оглушил Флориан, втянул ее в водоворот таинственных завываний где-то на краю сознания.

Она увидела дерево.

– Лангер, – тихо позвала Флориан, и собственный голос вырвал ее из оцепенения.

Кажется, напарник ее не услышал.

– Лангер, – уже громче сказала она. – Смотри.

Лангер отвлекся от беседы с Торвальдом и взглянул в окно со стороны напарницы. Флориан рассматривала гигантское, высоченное дерево, и чем ближе к нему подъезжал внедорожник, тем громаднее оно становилось. Голое, без единого листочка – казалось, его исполинские ветви царапали гранитное небо.

– Вот это да! – удивился Лангер. – Сколько же ему лет?

– Этот ясень – гордость нашей земли, – сухо ответил Торвальд. – Он стоит в самом центре острова. Говорят, он уже был таким большим, когда здесь появились первые поселенцы.

Внедорожник с громовым ревом несся по заснеженной дороге. Флориан заметила, что пейзаж за окном стал постепенно меняться: кое-где вдалеке уже виднелись низкие каменные дома и деревянные постройки.

– Мы подъезжаем к поселку, – сообщил шеф полиции.

* * *

Не прошло и несколько минут, как впереди показался въезд в поселок: высокие деревянные ворота, украшенные резьбой.

Путь от пристани занял не более двадцати минут.

– Здесь мы живем, – сказал Торвальд. – Кладбище, на котором нашли трупы, находится в северной части острова, поэтому мы проедем через весь поселок.

Лангер снова прилип к окну.

Они ехали по главной улице, которая, судя по всему, вообще была единственной улицей в поселке: во всяком случае, немногочисленные занесенные снегом узкие проулки, отходившие от центральной дороги, никак не тянули на гордое звание улиц.

Проплывали и растворялись в снежной мгле заиндевевшие деревянные домишки, а вдали виднелось несколько более высоких построек – двух- или трехэтажных. По пути встретилось несколько человек: сурового вида мужчины и женщины в теплых куртках, торопливо шедшие по своим рыболовецким делам.

Лангер вдруг понял, что вот такие маленькие призрачные поселения, заброшенные черт знает где среди холодных вод Северной Атлантики, могут скрывать мрачные тайны и вековые секреты. Он уже бывал в похожих изолированных общинах, когда работал агентом под прикрытием.

Одно из таких внедрений (в архивах Бюро оно проходило как дело № QХ-1313) закончилось тем, что Лангер чуть не лишился рассудка: он стал свидетелем странных, по-настоящему жутких и не поддающихся научному объяснению событий, которые навсегда изменили его взгляд на реальность. И даже курс психологической реабилитации не смог вытравить из него новоприобретенное понимание одной простой истины: в этом мире существует нечто потустороннее, что несет в себе настоящую опасность не только для разума людей, но и для их жизни…

Внедорожник свернул направо, и впереди снова возник гигантский ствол ясеня. Казалось, что это не автомобиль приближался к нему, а исполинское дерево надвигалось прямо на них.

Лангер заметил, как Флориан снова в изумлении приоткрыла рот – настолько впечатляющим казалось это зрелище.

– Торвальд, выходит, поселок строился вокруг ясеня? – Лангер прервал затянувшееся молчание.

– Угу, – промычал в ответ шеф полиции.

Внедорожник почти поравнялся с деревом, и агентам стало хорошо видно, как из припорошенной снегом замерзшей земли буграми топорщились гигантские корни. Ствол ясеня выглядел поистине колоссальным. Наверное, и десяток человек не смогли бы его обхватить.

У самого дерева текла небольшая река, и казалось очень странным, что она до сих пор не замерзла в такую стужу.

Вдруг внимание Лангера привлекли три женщины, сидевшие возле корней дерева. Они с ног до головы были укутаны в темные одеяния с капюшонами и, сгорбившись, пряли нити с помощью ручных веретен.

Внедорожник набрал скорость, но Лангер все же увидел, как одна из женщин – маленькая горбатая старуха с кривым посохом – подошла с черпаком к мутному ручью, зачерпнула из него воды, вернулась обратно к ясеню и выплеснула грязную воду на корни дерева.

Произошедшее казалось настолько сюрреалистичным, что даже Лангеру, повидавшему много чего странного во время расследования дела № N-0407, с трудом верилось в увиденное.

Лангер перевел взгляд на Флориан. Судя по ее выражению лица – изогнутая дугой бровь, в изумлении приоткрытый рот – она удивилась не меньше напарника.

– Местные сумасшедшие, – с невозмутимым видом сказал Торвальд, ответив тем самым на безмолвный вопрос агентов Бюро.

Ясень и три «местные сумасшедшие» остались позади.

Но зато впереди дорогу перебежали четыре карлика, одетые в цветастые лохмотья. Они шустро скрылись среди ветхих деревянных построек справа от дороги.