Империя храмов - Маркус Кас

— Давайте оставим наши споры, — неожиданно примирительно сказал местный. — Пусть адепт возвращается в спальни, а мы с вами поможем братьям с подготовкой к утренней службе.

Я почувствовал легкий хлопок по спине, направляющий меня в другой конец коридора. И пошёл на автомате. Молчать до обеда, не смотреть в глаза ещё час… Не самые комфортные условия для разведки на местности, которая не знакома.

Монахи за спиной тихо обсуждали какие-то дела божественные. Как бы я медленно не плёлся, услышал я мало. Но успел понять, что тут много прибывших адептов как из губерний, так и местных. И пока они, в том числе и я, осваиваются в столице, где мы и находимся.

Пополнение, так сказал второй. Звучит довольно странно, как и в общем их речь.

Был у меня один знакомый батюшка, молодой парень, немногим за тридцать. Словословить они все мастера, образование такое. Но вот манера общения совсем иная. Впрочем, эти упоминали богов, а значит аналоги приводить бессмысленно.

Адепты так и вовсе что-то жреческое, то есть однозначно языческое. Разберёмся. И как выбраться из этого пристанища ряс, коз и морковки, тоже. Пока на меня обетов не накинули посложнее молчания.

Я добрался до очередной скрипучей двери и, отворив её, попал в другой коридор, на этот раз тёмный. Бормотание стихло, и я вслушался, пытаясь понять, куда мне идти.

Справа раздавались далёкие и приглушенные звуки. И речь. Значит пойдём налево, где тихо. Я передвигался короткими участками, замирая и слушая. Глаза постепенно привыкли и я смог разглядеть редкие двери.

Откуда проникает слабый свет, мне понять так и не удалось. Чертовщина какая-то, словно сами стены слегка светятся. Хотя, если учесть небоскрёбы на монастырских «задворках», возможно даже в этих старых стенах не обошлось без современных технологий.

В итоге я решился дергать за массивные деревянные ручки. Усилий я прилагал немного, исключительно проверить. Вдруг где попадется незапертая дверь и она откроется легко. Такая мне и попалась.

Привела меня она в глухой внутренний сад. Так, садик. Не более десятка метров по одной стороне, высокие стены без окон, несколько деревьев и кустов, не шибко бодрых при таких условиях.

Но по центру этого двора находился небольшой фонтан и я, завидев идеально ровную водную гладь, устремился к ней. Если мне нужно дождаться момента, когда перестанут светиться мои глаза, я должен хотя бы это увидеть.

— Твою же мать…

Зрелище вынудило меня вздрогнуть. Глаза на незнакомой молодой роже действительно сияли двумя тлеющими угольками. И я находился точно не в помолодевшей версии себя.

Отражение смазливой и лохматой башки пацана лет восемнадцати пошло рябью от моего тяжелого вздоха. Да уж, Ильюша, из такой ситуёвины мы ещё не выбирались.

Я сел прямо на землю, прислонившись спиной к холодному камню. Лицом к единственному входу, он же выход. На мир загробный это было похоже всё меньше. Бесплотным духом я себя не ощущал. Мало того, хотелось жрать.

Небо продолжало светлеть, в кустах что-то бегало, по деревьям порхали мелкие птахи и чирикали. В животе начало урчать всё чаще и настойчивее. Только я задумался о причине отсутствия каких-либо звуков мегаполиса, как дверь приоткрылась и в неё стал протискиваться детина. По какой-то причине и к моему счастью, делал он это задом.

Я быстро и бесшумно перекатился за укрытие фонтаном. Одновременно взглянув в отражение. Глаза стали нормальными, пугающие демонические огни из них пропали. Часа точно ещё не прошло. Интересно, это хорошо или плохо?

— Кто здесь? — услышал я настороженный шёпот.

Неужели заметил? Вот зараза, я был уверен, что проделал всё незаметно. Правда хрен знает на что я наделся. Спрятаться в таком пространстве в принципе было невозможно.

Пришлось выглянуть из-за фонтана и приветственно поднять руку.

Здоровяк был уже на полпути ко мне и сейчас застыл, вытянув голову и выпучив глаза. Судя по его неморгающему внимательному взгляду, это не он меня застукал, а я его. Ну и возраст его был недалек от моего нынешнего. Не смотря на внушительный размер.

— Ой, извини, что помешал, — вдруг смутился он и даже порозовел. — Не привык я ещё к такому количеству народа. Ты тоже вчера приехал?

Его добродушие контрастировало с внешностью так же, как та коза с небоскрёбами. Косая сажень в надутых под грубой рубахой плечах и наетая пухлощекость. Вот этот экземпляр точно из деревенских.

— Тебя как величают? Ой, извини.

Парень кабанчиком ломанулся ко мне с протянутой рукой. Если бы не этот жест и улыбка во все тридцать два, я уже начал бы выкорчёвывать дерево для защиты. Пока он подошёл, я поднялся и к своему удивлению, оказался ненамного ниже.

— Я — Карл, — детина аккуратно пожал мою руку и выжидающе уставился.

Пришлось, следуя наложенному обету, жестами объяснять, что говорить я не могу. И извиняюще разводить руками.

— Ой, извини, — в который раз повторил он, опять смутился и сочувственно взглянул. — Ты этот, да? Ущербный?

Я нахмурился и уверенно замотал головой, чем вызвал ещё большее смятение у парня.

— Ой, извини. Нельзя так вас называть, вот я дубина, — для наглядности он шибанул себя по лбу и сморщился, то ли от удара, то ли вспоминая. — Альтернативный? Нет, снова я всё перепутал. С ограниченными возможностями?

Кто тут альтернативный, стало понятно даже притихшим пичугам. Настала моя очередь бить себя по лбу, вздыхать и озираться, тыкая пальцем в стены. Спустя ещё пару нелепых идей, в основном связанных с моей инвалидностью, Карла таки осенило.

— Обет? Вот ведь не повезло тебе. Сразу по приезду и не поговорить даже. Столько вопросов… Ой, извини. Я болтливый сильно, есть такое.

Я отмахивался и радовался. Надо держаться этого болтуна, кладезь информации, пусть возможно и не самой достоверной. По мере его торопливого монолога становилось понятно, что здоровяк точно из глубинки.

— Я просто по одежке вижу, что ты тоже из наших, — он сделал такой широкий взмах рукой, показывая откуда, что охватил всю планету, не меньше. — Не из городских, в общем. Нам вместе держаться надо, тут все колючие, как тот репей. Нет, если я тебе мешаю, ты так и скажи, я не обижусь. Ой, извини. В общем, покажи.

Святая наивность! Подарок местных богов, не иначе. Я как мог успокаивал уже было расстоившегося здоровяка. Меня так и подмывало послать к чертям обет и расспросить его. Но с его простодушностью станет меня сдать.

Поэтому я делал как можно более дружелюбное выражение лица, кивал, мотал и отмахивался, слушая его сбивчивую речь. Когда Карл перешел на шёпот, с опаской оглядываясь, я понял, что сейчас услышу что-то действительно полезное.

— Ты слышал, что говорят? — он дождался, пока я помотаю головой. — Тут сам великий магистр! А ещё говорят, ну это точно неправда, что император будет на обряде посвящения. Представляешь? Император сам будет принимать клятву верности у нас! Ерунда же, да?