Превосходство Воплощенного. Том 4 - Дмитрий Ра

Кто-то дергает меня за рукав.

— Костя, а ты молодец, — сверкает лучезарной улыбкой Яра. Несмотря на холод в яме, она одета в черные чулки и миниюбку. Беляки вокруг пускают слюни на кружева на ее бедрах и слегка заметные из-под юбки формы. — Я тебя ждала. Где ты был? Почему мне не звонил?

Краем глаза она смотрит на реакцию окружающих. Мол, я девушка Константина Кибы — знайте смерды.

Мда, вот что значит пользоваться слабостями других. Один раз улыбнулся ей, попросил об услуге и всё — теперь считает меня чуть ли не своим. И ведь не пошлешь. Яра оказала мне хорошую услугу, когда подготовила склеп, залив его бензином. Она рукастее, чем выглядит. Не блондинка-белоручка.

Правда, она почти… проститутка. Я когда зашел сюда, сразу же заметил ее под ручку с одним из старшеклассников Новусов, который теперь сверлит меня очень недобрыми глазами.

— Яра, у меня вообще-то жена есть…

— Ну и что? Я же без задних мыслей, — поправляет она юбку так, что та теперь кажется еще короче. — Думаю мы с Аннеткой твоей подружимся. Может вместе будем тебе… хорошими подругами. Хочешь?

Во имя Шиилы, мне сейчас не до этого. На мне столько внимания, что меньше всего я хочу разговаривать с девками легкого поведения о групповых увеселениях.

— Йо, брат мой, — протискивается еще один кадр — бывший силач с дредами, любитель мира во всем мире и травки. — Твой путь продиктован любовью, я вижу это.

И зависает. Смотрит сквозь меня.

Отцепляюсь от схватившей меня за руку Яры со словами «потом поговорим», протискиваюсь через толпу, к выходу. Точнее, толпа меня сама пропускает. Кроме одного быка из бывших силачей, который должен подчиняться, а не строить из себя оскорбленного. Возвысился горой. Пытаюсь его обойти, он за мной, мешает пройти.

Поднимаю на лицо парня в шрамах глаза:

— Слушаю тебя внимательно.

— Нахера ты это сделал?

— Тебе прямо сейчас объяснить? При всех? Или включишь мозги, и мы…

Рука силача хватает меня за рубаху. Я мог бы увернуться, но не хочу.

— Мы тебе верили. Думаешь бабки нам платишь, так теперь все, что хочешь можешь делать?

Беляки вокруг нас пялятся с нескрываемым любопытством. Но молчат. Никто не смеет поддакивать или провоцировать ситуацию.

— Хватит, Петь, — тихо пищит какая-то девочка-первогодка. — Я… я не думаю, что ты с ним справишься.

— А мне плевать. Думаешь я стал бы силачем, если бы ссался тех, кто сильнее мне, — встряхивает меня. — Ну Киба, отвечай. Перед всеми. Или башку мне отрежешь?

Ну, примерно такую реакцию я и ожидал. Было бы глупо считать, что меня встретят овациями и восторженными реакциями. Вальтов ненавидят не меньше, чем боятся. Да и мои месячные отсутствия воспринимаются, как предательство.

Гордый Альв во мне возмущается наглости сопляка и требует отрезать ему пальцы. Но мудрый Альв умеючи ставит на место гордого.

Улыбаюсь, спокойно говорю:

— Что-то ты так не возмущался, когда я в жены взял Аннету из Вальтов.

— Мне плевать, кого ты трахаешь. Мне не плевать, кем ты стал.

— А если пошевелить извилинами?

Никогда не перестану удивлять этой наивности. Неужели так тяжело понять, что я — изгой. Клан Исталы пытался меня убить. Новусы меня открыто недолюбливают и считают причастным к их проблемам с Джунами. Сами же Джуны, на которых, я иногда работаю, ни за что не примут иноземца. Вальты — мой единственный шанс продвинуться выше и изменить жизнь этим глупцам. А ведь это почти общедоступная информация. Неужели они не понимаю, для чего я победил Патрика Эдвайса? Для того, чтобы меня заметили.

Замечаю, что некоторые подоставали телефоны и снимаю происходящее на камеру.

— Теперь это не наш клуб, — рычит силач. — Это клуб Вальтов.

— Неужели? А кто у вас глава клуба, скажи мне? Я? Или Кевин?

— Все знают, чей он.

Кладу руку в перчатке на запястье силача:

— Все мои действия приводят к успеху. Ты получаешь от меня хорошую зарплату за работу, от которой не сдохнешь и за которую тебя благодарят, а не ненавидят. Члены клуба учатся в спокойствии и с надеждой на будущее. А что сейчас делаешь ты?

Хватка силача ослабевает. Продолжаю:

— Я уже говорил — проваливайте из клуба. Я никого не держу, — обвожу взглядом остальных. И еще, — сжимаю широкое запястье силача, и он морщится от боли, — я первый и последний раз позволяю поднять на меня руку тем, кто этого не понимает.

Перчатка усиливает мою силу. Если сжать шелк в определенных местах, то он работает по принципу «экзоскелета». Есть в этом мире такая штука.

Сжимаю, выворачивая кисть. Силач отпускает хватку, выгибается. Чувствую, как его мышцы взбухают под воздействием суммы. Он высвобождает силу.

Предупреждающе говорю:

— Не стоит. Ты и так создал ситуацию, которой воспользуются многие из присутствующих здесь. Не усугубляй. Или я сломаю тебе руку, — смотрю в глаза невысокой девчонке. — Каждый из вас отвечает сам перед собой. И каждый из вас имеет свои мозги. Слабые отсеиваются, умные идут дальше. Я предупреждал об этом с самого начала. А теперь…

Сдавливаю запястье еще сильнее, до легкого хруста. Силач сжимает зубы, играет желваками, его тело увеличиваются на глазах под воздействием суммы. Сдерживать его становится сложнее.

… — ты сказал, что не боишься нарываться на сильных? Чушь. На сильных нарываются только, когда знают, как с ними справиться. Ты знаешь? Или ты очередной глупец? Покажи мне…

— Киба, хватит… — подает испуганный голос девочка. Единственная из всех, кому хватило духу вмешаться. — Он всё понял…

— Ни черта я не понял! — орет силач, с рыком выворачивает сам себе запястье и набрасывается на меня.

Как глупо. А ведь я вижу по глазам, что смог его убедить. Какое-то время он готов был отступить, но я задел его за живое. Поймал за «мужицкое слово», данное перед всеми. И теперь он не видит иного выхода, кроме как доказать, какой он бесстрашный. Что ж… это послужит ему уроком, а я немного выверну неприятную ситуацию в выгодное для меня направление.

Силач ни с того ни с сего падает, как подкошенный мешок со свеклой, не успев до меня притронуться.

Люди затихают. Кто-то из толпы ошарашенно пялится на силача, спрашивает:

— Что… только что произошло? М-м-м… споткнулся?

Наклоняюсь над силачом, протягиваю ему руку:

— В этот раз ты получишь сто тысяч премии. За смелость высказать в лицо мнение остальных перед тем, кто сильнее тебя. Для силачей это отличное качество. Но в следующий раз я сломаю тебе руку и уволю. Все заслуживают второго шанса, верно? Ну что, без обид?

Силач недоуменно пялится на мою руку, неуверенно протягивает свою граблю. Я помогаю ему встать.