Дорога ярости - Дэвид Хофмейр

– Моему тоже.

– Нет, не тоже. Разве твой отец выгонял твоего брата из дома?

Адам слышал про старшего брата Сэди. Джо Блада. Говорят, Полковник так ужасно с ним обращался, что однажды парень просто исчез. Взял и ушел. В пустыню. Даже мотоцикла не захватил. И больше не вернулся.

– А может, папа и забрал Фрэнка. Если бы отец не покончил с собой, Фрэнк тоже был бы жив.

Сэди качает головой.

– Ты что, не понимаешь? Твой папа тебя любил. Ради тебя он пошел работать в шахту. Он о тебе заботился. А мой? Убийца. Никого не любит, кроме самого себя.

* * *

Ехать не становится проще. Адам потеет и изо всех сил старается удержать руль. То, что у него нет пальца – уже не просто помеха. Настоящая беда.

Он борется с «лонгторном». Мотоцикл сопротивляется. Как будто злится на него. И что хуже, Адам уже не слышит эха Фрэнка. Он остался один. Даже Сэди и Кейн его бросили: едут рядышком впереди. Адам бормочет себе под нос ругательства. Он выбился из сил, на душе тоскливо. Он закрывает глаза.

Сколько я еще протяну?

Вдруг Адам чувствует, как по коже бегут мурашки. Воздух как будто становится разреженным. И кто-то еще едет вместе с ним на мотоцикле. В голове раздается голос. От него вибрирует байк. Но это не Фрэнк. Кто-то другой.

Я с тобой, Адам.

Голос звучит совсем близко. Адаму кажется, будто он чувствует дыхание на шее.

Он распахивает глаза.

– Нет! Тебе здесь не место! Ты нас бросил.

Эхо голоса отдается в мотоцикле. Дрожит в голове.

Я вас не бросал. Я здесь.

Не обращая внимания на боль, Адам упирается в руль левой ладонью. У него перехватывает дыхание от злости.

Чего ты боишься? Не сопротивляйся. Сосредоточься. Езжай спокойно. Дыши.

Он качает головой, скрипит зубами, но все равно делает глубокий вдох. В лицо дует горячий ветер. Адам прислушивается, как бьется сердце. Погружается в воспоминания.

Теплая кожа. Веселый крик. Весенние цветы в пустыне. Запах кедра. Красный воздушный змей в светлом небе. Ныряет, полощется на ветру. Описывает лихорадочные круги. Они бегут по полю за змеем. Папа держит Адама за руку. Впереди скачет Фрэнк.

Тот день и все его ощущения потоком обрушиваются на Адама. И тут он снова чувствует мотоцикл. Все бесконечные вибрации «лонгторна». Байк перешел от папы к брату, потом к Адаму. Со всеми воспоминаниями и эмоциями, как с цепочками ДНК. Адам чувствует их мощь и силу. Он чувствует их уязвимость.

Он ловит новый ритм. Переносится в залитое светом пространство, где он и его мотоцикл сливаются в единое целое. Тайный союз. Другое измерение. Адам давит на газ и мчится вперед, как ветер.

Он снова чувствует Гонку.

* * *

Дирижабли. Плывут над пустыней. Это может значить только одно: третья полоса препятствий. Здесь они видят толпу рассыпанных по пустыне гонщиков, которые рвутся ко входу на полосу. Наблюдатели парят в небе, точно грифы над падалью. Спустя час Кейн, Сэди и Адам прибыли, куда планировали – в эту точку на карте.

Полоса препятствий смертельно опасна. Адам понимает это с первого взгляда. Несколько резких поворотов, отвесных трамплинов, а потом узкий опасный отрезок с деревянным мостиком на высоченных сваях. Он шаткий, извилистый, без перил по бокам, и проехать по нему может только один мотоцикл.

А если упадешь? Верная смерть.

Словно в подтверждение собственных мыслей Адам видит наверху одинокого гонщика. Он умело штурмует узкую стену. На хорошей скорости. Не быстро. И не медленно. Наконец замедляется еще больше и почти останавливается.

Гонщик контролирует мотоцикл и передними, и задними тормозами, перескакивая с одного узкого угла на другой. Но потом происходит страшное. Он ошибается. Мотоцикл виляет.

Гонщик старается удержать равновесие.

Но падает.

Все. Его больше нет.

Они летят бесшумно. Ездок и мотоцикл вместе в воздухе. Ни крика. Ни стона. Ничего. Гробовая тишина.

Словно обычный неодушевленный предмет, стремительно падающий на землю.

Поднимается облачко пыли. Раздается глухой удар. Еще одну жизнь отняла Гонка.

– К черту! – кричит Адам.

Он устремляется ко входу. Мотор «лонгторна» ревет. Сэди и Кейн стремительно мчатся следом. Их мотоциклы проворны и быстры. Сэди едет первой. Кейн за ней.

Первый трамплин, на который они вылетают сразу после крутого спуска у самого входа, – огромная стена в виде рыбьего плавника. Отвесная, почти под прямым углом. Адам прыгает в пространство и приземляется. От удара пружинят рессоры. Идеально. Минуя глубокую канаву, они выезжают на следующий трамплин. Образцовое препятствие – около сорока метров в длину, с выступом метров в пятнадцать и местом для приземления длиной метров в двадцать.

Адам мчится к краю трамплина, летит и в воздухе смотрит вниз.

Пространство в сорок метров между краем трамплина и местом для приземления утыкано деревянными кольями. На одном из них висит тело. Адам оглядывается через плечо.

Сэди взмывает в воздух. За ней Кейн. Он ставит «дрифтер» в полете на дыбы и делает обратное сальто. Сумасшедший. Ничего не боится. Приземляется, чуть покачнувшись, выравнивает мотоцикл и рвется вперед.

Адам поворачивается обратно. Наклонив голову, несется вперед. Трасса скоростная, и они мчатся по ней во весь дух. От тряски перебинтованная рука адски болит. Но Адам чувствует себя сильнее. Он ощущает связь с мотоциклом. «Лонгторн» страхует его. Байк теперь сильнее отклоняется влево, направляя его искалеченную руку. Кажется, будто мотоцикл едет сам. Контролирует тело Адама на резких левых поворотах.

Они сворачивают к помосту. Замедляют ход. Крадутся по узкой деревянной тропе. С Адама льет пот. Он не отрывает глаз от трассы. По обеим сторонам мостика – пугающая пропасть.

Адам едет еле-еле, постоянно нажимая на тормоза. Перепрыгивает с участка на участок. Все его чувства обострены. Заворачивает за угол и видит позади себя Сэди. Переднее колесо ее мотоцикла в сантиметре от края. Она поскальзывается.

– СЭДИ! – кричит Адам в шлем.

Она жмет на тормоза. Останавливается. Возвращает мотоцикл на трассу. Адам следит, как она осторожно преодолевает деревянный мост. Доски гнутся и раскачиваются. От каждого движения мотоцикла дрожит помост.

Адам проезжает последние повороты. Дорога становится шире. Все!

Из-за поворота показывается Сэди. За ней Кейн. И вот уже он на другой стороне.

Они спускаются по отвесному грунтовому склону. Мотоцикл ревет под Адамом. Перед последним прыжком он набирает максимальную скорость. Взмывает на край холма и летит по воздуху, корректируя курс. Как вдруг краем глаза замечает слабый блеск. Через весь склон, на котором приземляются гонщики, на уровне пояса тянется полоса.