Сигнал сбора - Уильям Форстен

Насмерть перепуганный Винсент старался не смотреть на пытку, но не мог отвести глаз от ужасающего зрелища.

Прошлой ночью его, как мешок с зерном, забросили на спину лошади и связанного отвезли в Новрод.

Каждый вдох давался ему с трудом — наверное, несколько ребер было сломано. Но сейчас это беспокоило его меньше всего.

— Заставь ружье стрелять!

То, что здесь происходило, было настоящим средневековым кошмаром. Брайан Сэдлер был привязан к стулу, а на голове у него был металлический обруч с винтами у висков.

— Заставь ружье стрелять! — ревел священник.

— Поцелуй меня в задницу! — простонал Сэдлер.

Священник улыбнулся и повернул один из винтов на пол-оборота. Тело Сэдлера изогнулось дугой от боли, и он дико закричал.

Всхлипывая, Винсент пытался разорвать веревки, стягивавшие его по рукам и ногам. Священник перевел взгляд на него, усмехнулся и продолжил допрос.

— Заставь ружье стрелять!

Сэдлер плюнул ему в лицо.

Палач завернул винты еще туже. Истошные крики истязаемого слились с мольбами Готорна, просившего остановить это безумие.

Священник подошел к Винсенту и протянул ему мушкет:

— Ты показываешь, как он работает. Я прекращаю это.

«Боже милосердный, как ты допустил это?» — подумал Винсент. Он мог остановить мучения товарища, но тогда эти люди узнают их важнейший секрет.

— Не делай этого! — сквозь слезы выкрикнул Брайан. — Они используют это против наших.

Палач снова повернулся к нему. Взявшись за винт, он хотел снова повернуть его. Однако на этот раз неожиданно вмешался другой священник, который все это время молча стоял в темном углу камеры. Встав перед стулом, он принялся о чем-то спорить с истязателем, показывая на Сэдлера и качая головой.

Как понял Винсент, тот говорит, что еще один поворот винтов убьет Брайана. Из носа Сэдлера текла кровь, а глаза, казалось, готовы были выскочить из орбит.

В конце концов палач улыбнулся, как бы согласившись на новое предложение. Он ослабил винты, по телу Сэдлера пробежала дрожь, и он бессильно откинулся на спинку стула.

Священник вышел из камеры. Несколько секунд спустя он вернулся, и лицо Винсента посерело от страха.

В руках палача была плетеная корзинка, почти шести футов в длину и фут в поперечнике.

Внутри корзины с угрожающим шипением извивалась темно-зеленая змея. Когда она открывала пасть, в свете факела зловеще блестела пара острых зубов.

— Нет, только не это! — завизжал Сэдлер. — Господи, этого я не перенесу!

В камеру вошло двое слуг, которые пододвинули к Брайану высокий стол. Палач поставил на него корзину и открыл в ней дверцу. Развязав правую руку Сэдлера, слуги начали засовывать ее в отверстие в корзине.

— Боже, помоги мне! — стонал Сэдлер.

— Хватит! — отчаянно закричал Готорн. — Я покажу вам, только перестаньте!

Священник улыбнулся Винсенту и сделал знак подручным отпустить Сэдлера.

Готорна отвязали от стены, и палач сунул ему в руки мушкет.

— Сделай огонь и дым, — приказал он.

Весь дрожа, молодой квакер поставил винтовку Спрингфилда на пол дулом вверх и сказал, чтобы ему принесли патрон и коробку с капсюлями.

Когда Винсент кончил заряжать оружие, палач был уже рядом, готовый ударить его кинжалом, если он попробует что-нибудь предпринять.

Винсент осторожно поднес винтовку к плечу, нацелил ее на зарешеченное окно и спустил курок.

Находившиеся в камере Новродцы испуганно отскочили от него.

Готорн протянул винтовку обратно священнику, который осторожно взял оружие. Понюхав ствол, он вдохнул запах серы, вскрикнул и мрачно посмотрел на юношу.