Повелитель времени - Дарья Десса

Меня опережает Анна. Буквально несется к капралу, расталкивая бойцов своим довольно увесистым щитом. Те делают вынужденные шаги в сторону, но никто даже звука не произносит. Понимают: медик спешит спасти их товарища, в такой ситуации об удобствах думать некогда. Я спешу за эл ти, и когда подхожу, она уже успевает снять с Добсона шлем, подключиться к его скафандру и считывает жизненные показатели.

Картина, которая предстает моим глазам, очень драматичная. Капрал лежит на спине, одна рука вдоль туловища, вторая откинута в сторону. У него на животе зияет огромная резаная дыра. Это последствие мощного удара, нанесенного темным тамплиером. Прежде чем протосс успел раствориться в Пустоте, он успел пырнуть Добсона своей «косой смерти» — так порой называют их мощные варп-клинки.

Я тоже получаю данные от капрала о состоянии его здоровья. Но вижу только показатели пульса и давления, и компьютер подтверждает: морпех находится в критическом состоянии. Анна успевает снять с него часть снаряжения, но когда добирается до тела, сердце Добсона неожиданно остановилось. Медик принялась буквально сдирать с него остальные части скафандра, благо тот можно разобрать на несколько частей, — как раз для такого случая.

Только сердце уже остановилось, и мы с другими морпехами стоим, склонив головы, над телом товарища. Только Анна продолжает попытки его спасти. Беда в том, что скафандр сильно поврежден, снять его не получается. Несколько раз дёрнув, медик неожиданно вскинула на нас взгляд и закричала:

— Что встали, блядь! Помогайте, вашу мать!!!

Мы от неожиданности вздрогнули и кинулись вниз. Сервоприводы помогли разломать заклинившие застёжки, и Анна тут же стала реанимировать капрала. Мы расступились, чтобы не мешать и молча хмуро наблюдали, как быстро и ловко действует наш медик. Она достала какой-то прибор, уложила его на грудь Добсона, нажала кнопки. Затем отодвинулась немного, и тело капрала вдруг изогнулось от сильного электрического разряда. Анна посмотрела на показатели: ничего. Дала ещё разряд, увеличив мощность. Но лишь после третьего раза вдруг задёргалась тоненькая зеленая ниточка кардиограммы — сердце капрала слабо забилось.

Медик принялась манипулировать дальше. Она вводила какие-то препараты, накрыла рану странной светящейся сеткой, вставила в рот Добсона трубку и подключила к своему щиту, — я даже половины не знаю из того, что делала врач, лишь бы спасти нашего товарища.

— Кто на посту? — спросил я тихо, пока мы, сгрудившись толпой, наблюдали за действиями медика.

— Никого, сэр, — ответил один из морпехов.

— Твоё имя, боец? — меня его слова сильно задели. Только что едва справились с темными тамплиерами, и вот уже опять стоим, как стадо баранов, никем не прикрытые!

— Рядовой первого класса Маркус Тайли, сэр! — доложил морпех, вытянувшись по стойке смирно.

— Взял шестерых и быстро организовал боевое охранение! — приказал я, настроив рацию так, чтобы каждый меня слышал.

— Есть, сэр! — козырнул морпех и принялся выполнять приказ.

— Остальным занять круговую оборону! Убитых собрать и положить вот сюда, под дерево! — приказал я. Бойцы шустро разошлись. Мы с Анной остались вдвоем. Вернее, втроем, поскольку Добсон подавал слабые признаки жизни. Я проникся к нему ещё большим уважением. «Вот же сильный мужик, — подумал, глядя на бледное лицо капрала. — Молодец, даже с распоротым животом сражается до последнего. Теперь — со смертью».

— Он потерял очень много крови, — сказала Анна. — Я запустила в его организм медицинских нано-ботов. Они сейчас пытаются залатать внутренние повреждения. Там всё очень серьёзно, Майк. Боюсь, что капрал может не выжить. Нужно больше времени, понимаешь? И его пока нельзя транспортировать — не выдержит.

— Значит, нам придётся отправиться к главной лаборатории и пригнать оттуда какой-нибудь транспорт. А уж там, в научном центре, ты сможешь помочь Добсону ещё больше, верно?

— Да, но…

— Что «но»?

— Кто пойдет? Путь неблизкий, протоссы могут снова напасть. Если ты отправишься, нам без кристалла… сам понимаешь, — сказала Анна встревоженным голосом.

— Да, прекрасно понимаю, — ответил я. — Что ж, придётся рискнуть. Пойду один, артефакт оставлю тебе.

— Я не…

— Всё ты сможешь, — я даже для большей убедительности положил медику руку на плечо. — У тебя получится, эл ти. Главное, запомни тактику: пока действует артефакт, минируешь противника, потом, когда время восстановится, успевай ложиться, чтобы осколками не побило. Вот и всё. Если врагов будет слишком много, то подкидывай кристалл повыше, — так успеешь всё сделать и к нему вернуться, ну а потом снова. Теперь поняла?

— Так ты действовал всё это время?

— Да.

— А как же ты? Без артефакта можешь… — Анна замолчала. Я понял, что хотела сказать. Могу погибнуть. Верно. Но как иначе? Не оставлять же Добсона здесь, в этом лесу. Тогда проще было его не спасать.

— Ничего, — натужно улыбнулся я. — Постараюсь выбраться и вернуться. Тайли, ко мне!

Вскоре притопал морпех. Я сообщил ему, что он остаётся здесь и будет заместителем лейтенанта медицинской службы. Причем остальные это также слышали по радиосвязи. «За главную остаётся лейтенант. Выполнять её приказы беспрекословно. Держать круговую оборону до моего возвращения. С места не сходить», — пояснил я тактику и, чтобы не прощаться слишком долго, пошёл в сторону главной лаборатории.

Конечно, я сознавал всю степень риска. Идти одному по лесу, возможно кишащему протоссами и зергами, — самоубийство. Но делать нечего. Надо спасать Добсона. У нас в морской пехоте так заведено: своих не бросаем. Даже мертвых стараемся вытащить с поля боя. Они остаются там лишь в одном случае — когда нет возможности эвакуировать тела. Такое бывало, хотя и редко. Очень печально, если это случается. Как в последний раз… Да, мне ничего не оставалось, как покинуть моих ребят на планете NR-15. Понимаю: это черное пятно на моей биографии, кто бы что ни говорил, и мне с этим жить до конца.

Я следую по карте, обхожу болота и небольшие озёра. Мне топать довольно далеко, примерно полсотни километров. Надо торопиться. Потому использую всю мощность своего скафандра, а себя подстёгиваю стимпаками. По-другому нельзя. Если идти прогулочным шагом, могу превратиться в слишком лёгкую мишень для противника. Пока никто на пути не попадается, уже хорошо.

Половину расстояния я преодолел довольно быстро, примерно за десять часов. Наступала ночь, и по-хорошему надо бы остановиться и устроить ночлег. Всё-таки шагать по незнакомому лесу в темное время суток, даже с включенным ПНВ, не лучшая затея. Можно нарваться на какую-нибудь глубокую яму или угодить в болото. Но я рассудил иначе: отдых отнимет у меня шесть часов. Это слишком много.