Враг императора - Никита Киров

Совершенно секретно

Коммерческая тайна, красный уровень доступа

Операция — «Преклонение»

Цель: Гобитрауд — Верховный Судья Турсулунских Кланов

Исполнитель: Все боевые группы проекта «Элизиум»

Комментарий аналитиков:

Экстремально критический уровень опасности. В связи с необычайно высокой физической и психической сопротивляемостью цели необходимо комбинировать все возможные ресурсы.

Руководитель проекта «Элизиум»: Привлечь всех кинетиков. Всех. Да, Воронов, тебя это тоже касается. Л. Сикора.

Резолюция: Устранить цель любым способом. Объект 101

Турсулунцы любили людей. Это не мешало им воевать, но привязанность огромных рептилий к человеческим привычкам, письменности, названиям, даже книгам и музыке (хотя у турсулунцев не было ушей от рождения, только имплантаты) казалась трогательной. Черепахи даже отказывались от родных имён, выбирая что-нибудь людское, не всегда сочетаемое.

Но Верховный Судья Гобитрауд был другим. Настоящая гора ненависти ко всему человеческому, закованная в пуленепробиваемый панцирь, Судья считал своим долгом вывести людскую заразу из галактики любыми средствами. Он объявил Войну Чести Альянсу Ориона, но честь была только в названии. Флоты турсулунцев устраивали орбитальные бомбардировки жилых кварталов, а десант убивал всё живое на своём пути. Рептилии методично, планета за планетой, уничтожали человечество. Война казалась проигранной, пока руководство Альянса не заключило секретный контракт с Корпорацией Renascentur…

Гигантский Судья, чуть ли не в два раза выше любого человека, стоял на коленях, обхватив лапами голову. Из ноздрей и пасти лилась кровь. Напротив него стояли кинетики, дети, самому старшему из которых едва ли было четырнадцать. Они смогли пробраться в его логово, но Гобитрауд успел огородиться толстым бронированным стеклом.

Вот только стекло не помогало против психических атак. Турсулунец продолжал стоять на коленях и не орал от боли только потому, что у него не было голосовых связок от природы, но он шипел, как змея. А вот кинетики кричали. У многих текла кровь из носа, глаз и ушей.

На пути ударной группы проекта Элизиум было много врагов, но из-за такого количества кинетиков боя не было. Турсулунские Одарённые умирали в жестоких муках, когда их разума касались кинетики, а обычные солдаты сходили с ума. Кто-то забывал, как сражаться, кто-то в панике убегал, а у кого-то побеждали природные инстинкты и они превращались в животных. Турсулунский штурмовик, который едва не снёс Виктору голову, просто лежал, спрятав голову в панцирь. Другой забыл про бой и мирно жевал какое-то деревце.

Но Гобитрауд был намного сильнее. Он в одиночку выдерживал атаки кинетиков, настолько жуткие, что от них трескалось бронированное стекло и болела голова.

— Где твой кинетик, Воронов? — закричал Олег Павлов, руководитель боевой группы Аид и старший в этой операции. — Какого хрена ты его не привёл? Их не хватает!

Верховный Судья шипел от боли, но оборонялся, а кинетики кричали. Один только что упал замертво, дымящаяся кровь вытекала из его ушей. Остальные завопили ещё громче, а после начали падать и умирать.

— Где твой кинетик, Воронов? — опять рявкнул Павлов. — Без него нам всем конец.

Айзек наверняка играет в карты с братом, но Виктор не стал этого говорить. Он сдержал обещание, которое дал Блохе, и будет сдерживать его дальше.

— Смотри, сейчас стекло лопнет, — Беда перехватил экспериментальную боевую винтовку поудобнее.

Гобитрауд издал какой-то невероятно высокий писк. Уцелевшие кинетики завизжали, но их головы начали лопаться. Всего секунда и в живых не осталось никого, кроме трёх десятков убийц и одной цели.

Верховный Судья с трудом поднялся на ноги и посмотрел на врагов. Кибернетические глаза рептилии светились красным.