Золотой Сын - Пирс Браун

Мы выводим лорда-губернатора из леса. На нас нападают трижды, но я предвидел это и набросил на Тактуса плащ Августуса, чтобы часть нападающих пошла по ложному следу. Розы тысячи разных оттенков падают с деревьев прямо на золотых, что бьются под их сенью. Под конец все лепестки становятся красными.

Трое из дома Фальтов устраивают засаду и нападают на Тактуса, когда он снова присоединяется к нам. Он набрасывается на них и практически в одиночку повергает всех, кроме Лилат. Она быстро убегает. Тактус убивает Сципиона и топчет его мертвое тело, плюя на него и приговаривая: «Детоубийцы!» – пока Виктра не оттаскивает его от трупа. Стараюсь все время держать Шакала в поле зрения – как бы не ударил ножом в спину, ведь я запросто могу умереть, подобно Лето. Однако Шакал послушно следует за нами вместе с отцом. Никто не заметил, как он поступил с Лето, а если и видели, то будут молчать в страхе за собственную шкуру.

Мы пробрались через лес к каменным залам и наконец-то перешли мост из белого известняка. И оказалось, что Сообщество все-таки продолжает жить по правилам. Низшие цвета бросаются врассыпную, завидя нашу группу, – а нас, кстати, уже семьдесят, – и мы вихрем проносимся к ангарам, чтобы убраться куда подальше с этой чертовой Луны, но обнаруживаем, что нашего корабля нет. Бежим к взлетным площадкам, обрамленным деревьями и травой, – там пусто. В небе мелькают лишь патрульные челноки Сообщества.

Мы допрашиваем трясущегося от ужаса оранжевого. Тактус слегка приподнимает его за воротник. Он весь дрожит, ведь перед ним семьдесят окровавленных воинов. Впервые за всю свою жизнь он разговаривает с золотыми, да еще с какими! Виктра отталкивает Тактуса, отводит оранжевого в сторону и о чем-то с ним тихо беседует.

– Он сказал, что два часа назад всем кораблям был отдан приказ покинуть планету и вернуться домой.

– Сначала они не пускают черных на церемонию, теперь еще и это, – бормочет Тактус.

– Это значит, что верховная правительница что-то замышляла, – говорит Шакал, – но ее планы не осуществились. Она забрала у нас черных, отослала корабли, чтобы отрезать все семьи от источников силы, – объясняет он, настороженно глядя на Телеманусов. – Загнала нас в угол. Как думаешь, отец, что за джокер у нее в рукаве? – спрашивает он, но Августус смотрит в небо, даже не поворачиваясь к Шакалу.

– Боже правый! – восклицает Виктра.

– К бою! – рычит Кавакс на своих воинов.

– Обосраться можно… – выдыхает Тактус.

Поднимаю взгляд и вижу, что мы обречены, но отдаю приказ:

– Преторы, к бою!

Семьдесят хлыстов со свистом рассекают воздух, и мы рассредотачиваемся по залу на случай, если у них есть энергоснаряды.

– Дэрроу, ты со мной, – произносит Августус.

Наши враги пока что представляют собой лишь крошечные черные точки на ночном небе, но мы не дремлем. Темные ублюдки материализуются из мрака и приземляются тройками, словно падшие ангелы.

Бум-бум-бум. Бум-бум-бум. Бум-бум-бум.

Приземлившись на траву среди деревьев, они перекрывают нам путь к цитадели. Черные преторы и золотые рыцари-капитаны. Черные преторы огромны, они напоминают големов, вышедших на свет божий из темной пещеры, и выглядят куда более устрашающе, чем их собратья, находившиеся под нашим командованием в Академии. Вооружены они на славу, любой позавидует. Темно-пурпурные узоры извиваются, словно кораллы, на эбеновых титанических телах. Они строго держат строй, храня преданность друг другу и своей вере.

Бум-бум-бум… и вот их уже девяносто девять. Бум – последним, опираясь на одно колено, приземляется их золотой командир в шлеме из оскаленного волчьего черепа. Золотистый плащ с изображением пирамиды Сообщества колышется на ветру. Всадник-олимпиец. На всю Солнечную систему их всего двенадцать. Они дали обет охранять Сообщество от тех, кто осмелится оказать сопротивление. По мнению золотых, всадники воплощают собой идеал настоящего мужчины; школьникам приводят их в пример. Передо мной стоит Рыцарь Гнева. Выглядит хилее меня, зато в доспехах. Значит, верховная правительница уже назначила кого-то на место Лорна, ведь тот уединился на Европе.

– Назови свое имя, Рыцарь! – кричу я.

Он деактивирует шлем. Длинные волосы наполовину скрывают уродливые ястребиные черты, потное лицо испещрено морщинами от долгой и беспокойной жизни. Он улыбается уголком рта, и я разражаюсь хохотом. Все недоуменно смотрят на меня – думают, я окончательно свихнулся: нам на голову с неба сваливается Рыцарь Гнева, а я имею наглость смеяться ему в лицо.

– Что, не узнал меня, маленький засранец? – кудахчет он.

– Фичнер, ты выглядишь еще хуже, чем я помню!

– Фичнер? – фыркает Тактус. – Какие были деньки…

– Здорово, парень! – смеется Фичнер при виде Тактуса, укутанного в плащ лорда-губернатора. – Симпатичный плащик, ты его, случаем, не у Августуса стырил? – спрашивает Фичнер, прищелкнув языком и уперев руки в бедра. – Лорд-губернатор! Лорд-губернатор! Дорогой, ну где же тебя черти носят?!

– Куратор Марс! – Подошедший ближе Нерон Августус закатывает глаза.

– Дорогой, ну наконец-то! А ты меня все еще по-старому величаешь?

– Смотрю, у тебя новый шлем!

– Красота, правда? Дамочки в восторге! Даже и не помню, когда на меня так вешались золотые девицы! – подмигивает нам Фичнер, совершая характерные движения бедрами. – Добыть, кстати, оказалось нелегко! Дуэли и тесты, тесты и дуэли! Просто ни конца ни края! Мы сражались прямо перед верховной правительницей, парни! Мужчины, женщины, каждый сам за себя – и каждый полагал, что титул должен достаться именно ему! Но дуракам везет!

– Но как тебе удалось выйти победителем? – пораженно спрашиваю я.

– Да никак, – криво усмехается лорд-губернатор. – Рыцарем Гнева может стать только великий воин, не чета тебе, Фичнер, – продолжает он, смерив того взглядом. – Что же ты посулил верховной правительнице за этот шлем?

– О, я просто следую за путеводной звездой Дэрроу с того самого момента, как он уделал в училище твоего сыночка. Кстати, здоро́во, Шакал, крысеныш ты эдакий! И тут объявляют это чертово состязание, ну а о подробностях тебе может рассказать старший брат Тактуса и куратор Юпитер. Ну что, – горделиво спрашивает он, подбоченясь, – а я не так прост, как кажется на первый взгляд, правда?

– Так, значит, у тебя есть новый шлем, но нет нового хозяина? – спрашивает Августус.

– Хозяина?! Окстись! – восклицает Фичнер, комично выпятив грудь. – Единственный хозяин всадников-олимпийцев – их собственная совесть! Мы защищаем основы Сообщества и не подчиняемся никому и ничему, кроме чувства долга!

– Когда-то так оно и было! А теперь вы мальчики на побегушках у верховной правительницы! – заявляет Даксо.

– Как и все мы, дружище Телеманус, все без исключения, – отзывается Фичнер. – Я большой поклонник вашего брата и всей вашей семейки, кстати говоря. Потрясающий молот войны у тебя был на том турнире на Фебосе. Храбрые вы ребята, прямо жуть берет! Давно хотел спросить, ваши предки, часом, с носорогами не сношались?