Последний попаданец 4 - Константин Зубов

Через двадцать минут в просвете между деревьями появилась стена Кипеня.

Разведка боем удалась. Главный вопрос: сколько монстров осталось у босса и насколько готовы защитники деревни!

—Что там за крики в лесу были?— уже хрен знает в который раз спросили меня. В этот раз Тиша.

—Не знаю!— ответил я и продолжил обход ограды.— Почему тут так низко?

—Специально сделали,— ответил Барз.— Увидят, сюда ломанутся. А тут ловушки, и наших будет больше.

Глава обороны, после того как убедился, что артефакты и расходка настоящие, а особенно увидел, что я живой возвращаюсь из леса, принял моё право задавать вопросы. Ну а я в свою очередь понял, что он реально соображает в обороне.

—Отлично,— улыбнулся я и указал на максимально приближенное к лесу место на стене.— Я буду стоять вон там. Десять метров справа и слева от меня можешь очищать и переводить людей на наиболее слабые места обороны.

—Хорошо!

До полуночи оставалось ещё два часа. Сначала я поужинал, а потом ушёл в магическую концентрацию прямо рядом со стеной.

***

Лес ожил и наполнился какофонией звуков: криками, рёвом, шелестом листвы и топотом.

—Приготовились!— крикнул Барз.

А я ещё раз обвёл взглядом крепость, в которую превратился Кипень.

Основной удар предполагался с этой стороны,— здесь и собрались основные войска. Разумеется, не забыли и о противоположной части ограды, но там и лес был дальше, и «осколка сердца не было». Так что, по всем расчётам, те бойцы, что контролировали ту сторону, должны справиться.

Передо мной же, не считая непосредственно уничтожения осколка, стояло ещё две задачи: спровоцировать на себя как можно больше монстров, чтобы облегчить жизнь остальным, и поднять боевой дух.

С последнего, едва появились первые монстры, я и начал.

К моему удовольствию, во фронте волны вылетела точно такая же обезьяна, которая совсем недавно выбивала из меня пыль. Она ломанулась к стене немного в стороне от меня. Поэтому сначала пришлось зарядить ей в рожу огненной стрелой, заодно показывая, где я.

Тварь заверещала и сделала то, что от неё ждали — побежала ко мне. Дальше уже промазать было нельзя, и в её голову влетел мощный огненный шар размером с волейбольный мяч.

Вы убили лесную обезьяну 23-го уровня.

Люди на стене радостно завопили. А могли бы продолжать стрелять, ведь нормальных луков и стрел среди прочего тоже было в достатке.

Кто им подаст пример, как не я?

Экономить на жизнях нельзя, и, зная, что большинство моих стрел цели точно достигнет, я бил огненными. Может, не так эффективно, как ядовитыми, зато эффектно: в полёте они оставляли красивый росчерк, а потом поджигали шерсть.

Откровенно говоря, первую волну «Осколок сердца» пустил на отъ. бись. В основном волки, пара десятков ночных кабанов и ещё одна обезьяна.

Ни один из противников даже не перемахнул через ограду. При этом не меньше пяти человек сообщили о том, что взяли уровень. Отлично!

Следующую волну пришлось ждать недолго; и сразу стало понятно, что она будет серьёзнее.

Те же волки и кабаны, но сразу же шесть обезьян и вдобавок к ним штук тридцать лосей.

На первый взгляд, сами по себе последние угрозу не представляли: почти четырёхметровую ограду они не могли ни перемахнуть, ни сломать. Но вот на их спинах сидели по четыре белки-летяги.

—Эти хрени на лосях летают!— заорал я.

—Какие хрени?

—На каких лосях?

Вопросы посыпались сразу со всех сторон, и я вдруг осознал, что, вероятно, единственный тут обладаю «ночным зрением».

В моей руке появился посох, и я сколдовал огненный шар диаметром в два метра. Он с гудением умчался навстречу приближающимся монстрам и поджёг обезьяну, кабанчика, лося и траву, тем самым освещая поле боя.

—Вон на тех лосях! Белки!

Собственно, все уже всё увидели, так как сидевших на спине рогатого монстра летунов тоже подпалило, и они взлетели.

Засвистели стрелы.

Я же старался комбинировать полезные действия с очень полезными. То есть огненными шарами по откату поджигать наиболее волосатых монстров, которыми являлись обезьяны, а также ядовитыми стрелами валить их же и лосей. В этом случае белки не могли добраться до стены и становились лёгкими мишенями.

Некоторое время всё шло неплохо. Но недолго!

Первым преподнёс сюрприз лось, добравшийся до ограждения метрах в пятнадцати справа от меня. Двойной сюрприз!

Находясь метрах в пяти от частокола, он, не снижая скорости, прыгнул. Высоко, сука, прыгнул.

Когда эта сволочь находилась в высшей точке своего полёта, прыгнули сидящие на его спине белки. Сам же транспорт-трамплин всей массой рогами вонзился в стену с такой силой, что вибрация дошла и до меня и послышался отчётливый треск, а за ним и крики.

Кричали люди из-за белок, напавших на них, или из-за того, что рухнули с весьма неустойчивых позиций на ограде — значения не имело. Факт в том, что иллюзии развеялись, и стало понятно, что существует реальная угроза прорыва.

—Волки!— заорал кто-то с другой стороны обороны.

Ну какие ещё волки?! Я зарядил очередной огненный шар и повернул голову.

Твою же мать!

Серые лохматые твари не могли перепрыгнуть ограду, но они стали делать подкоп! Причём сразу в нескольких местах! И их большие и мощные лапы позволяли делать это очень быстро. При этом вторая волна кончаться не собиралась, и из леса продолжали переть новые монстры.

Жопа! А точнее — п. здец!

Пришла пора плана Б!

Быстрым взглядом я расчертил поле на квадраты и одну за другой принялся метать гранаты.

Вроде как на Земле рекорд в этой дисциплине составлял метров семьдесят. У меня же получалось сильно дальше ста. Кидал в каждую сторону и к лесу.

Взрывы расцвели на огромной площади. Замёрзшие монстры замирали, убитые электрическими разрядами падали, подожжённые огнём освещали территорию и ревели, а растворённые кислотой просто исчезали…

Сто!

Метнув юбилейную гранату и мысленно заливаясь слезами по сильно просевшим запасам, я снова выхватил лук и принялся добивать ядовитыми стрелам тех гадов, кого видел в просветах застилавшего всё дыма.

Вертеть башкой времени не было, но по крикам легко было понять, что практически по всей длине стены люди бьются с прорвавшимися белками и ждут, пока выжившие волки закончат подкоп.

Должны справиться! По крайней мере я сделал всё, что смог!

Даже больше!

Порыв ветра прогнал дым, и моим глазам предстало засеянное убитыми и ранеными лесными тварями пространство.