Легионер из будущего. Перейти Рубикон! - Виктор Поротников

В то памятное для меня утро Цезарь собрался посетить местный амфитеатр и посмотреть на учебные поединки гладиаторов. Я должен был сопровождать Цезаря вместе с его слугой Флавием и еще одним телохранителем-галлом, по имени Олвикс. Меня удивило, что Цинна не составил компанию Цезарю, хотя бои на арене были и его слабостью. После завтрака Цезарь о чем-то толковал с Курионом и Марком Антонием, уединившись с ними в своей спальне. Цинна между тем оделся по-дорожному и велел своему слуге седлать коня.

На мой вопрос, куда он собрался ехать, Цинна отвел меня во двор и негромко поведал, что по приказу Цезаря первая когорта десятого легиона сегодня около полудня должна быстро и без лишнего шума перейти Рубикон и захватить италийский город Аримин. «Я же командир этой когорты, – горделиво добавил Цинна. – Мне и поручено это важное дело. Надеюсь, все обойдется без кровопролития, ведь в Аримине нет гарнизона. В этом городке даже крепостных стен нет».

Город Цезена располагался на двух холмах. Здешний амфитеатр лежал в ложбине, а его зрительские места поднимались уступами по склону одного из холмов. До реконструкции этот амфитеатр вмещал около пятисот зрителей. Теперь, когда повелением Цезаря амфитеатр был расширен и большей частью перестроен, число зрительских мест в нем увеличилось до двух тысяч. Местные городские власти, префект и эдил, из кожи вон лезли, стараясь во всем угодить Цезарю, когда тот пожаловал в амфитеатр.

Цезарь и его многочисленная свита заняли лучшие места, укрытые от дождя длинным навесом. Жена местного префекта так и льнула к Цезарю, не стесняясь присутствия мужа. Цезарь, уступая желанию Куриона и Марка Антония, этих отъявленных бабников, разрешил женам и дочерям здешней знати расположиться на трибунах вместе с приближенными Цезаря.

Для захолустной Цезены прибытие сюда Цезаря с войском и свитой стало знаменательным событием. Слава и могущество Цезаря для граждан Цезены воплотились в нечто осязаемое и материальное, когда их амфитеатр по воле последнего обрел, по сути дела, новое рождение. Гладиаторов в местной школе было немного, всего десять человек. Разбитые на пять пар, они демонстрировали на арене свои навыки по владению оружием, ловкость и быстроту движений.

Руфус Гавий, префект Цезены, стал приглашать Цезаря и его свиту к себе домой на пиршество, к которому он готовился несколько дней. Об этом же Цезаря упрашивала и супруга префекта Теренцилла. Формальным поводом для этого застолья было возрождение в новом виде местного амфитеатра, но, по сути дела, Руфус Гавий желал, чтобы его дом прославился тем, что в его стенах пировал сам Цезарь. Всякий победоносный полководец или успешный политик, по мнению римлян, несет в себе некий божественный ореол удачливости и частица этой удачливости остается везде, где бывает или ночует этот человек. Даже простое рукопожатие такого человека, как Цезарь, сулило удачу в делах тому, с кем он поздоровался. Так полагали суеверные римляне.

Цезарь недолго изображал колебания, в конце концов дав согласие Руфусу Гавию почтить своим присутствием пир в его доме.

В этой многочисленной толпе, где мужчины яркостью одежд и вычурностью причесок соперничали с женщинами, слуги и телохранители Цезаря выглядели серо и неприметно. Флавий и еще один слуга-писец постоянно находились рядом с Цезарем, записывая на табличках его срочные распоряжения и различные прошения от знатных горожан Цезены, которые пользовались случаем и милостью Цезаря, чтобы разрешить какие-то свои проблемы и давние тяжбы. Меня и Олвикса просители и друзья Цезаря то и дело оттесняли в сторону, нам приходилось прилагать немало усилий, чтобы находиться неподалеку от Цезаря, за безопасность которого мы отвечали головой.

Шумное сборище в амфитеатре пребывало там до полудня, затем Цезарь пожелал осмотреть главную площадь Цезены и расположенные вокруг нее храмы, бани, базилики и здания магистратур. Цезена, как и любая италийская муниципия, имела свое собственное внутреннее управление. Форма этого управления определялась римским сенатом применительно к обычаям и нуждам каждой местности. В греческих городах на юге Италии римляне сохранили давно действующие там местные институты власти, основанные на выборности всех чиновников при главенствующей роли народного собрания. На землях галлов, лигурийцев, бруттиев и мессапов на местах всем заправляли родовые вожди и советы старейшин. В латинских колониях, вроде Цезены, соблюдались формы суда и местной власти, какими они были в Риме. Высшие власти в Риме не занимались нуждами кварталов и трущоб, это было в ведении преторов, префектов и эдилов.

Жители муниципий имели полные права римского гражданства, то есть всякий гражданин Цезены мог свободно приехать в Рим, чтобы поучаствовать в народном собрании или в выборах магистратов. Более того, любой из граждан Цезены имел право выставить свою кандидатуру на выборах любого уровня в Риме. Правда, одного желания кандидата тут было мало. Нужна была еще моральная и денежная поддержка влиятельных лиц в столице, ибо группировки нобилей ревностно следили за тем, чтобы высшие должности в государстве занимали их выдвиженцы. В свое время таким же образом сделали политическую карьеру Помпей и Цезарь. Первый достиг высот власти и нынешнего могущества, опираясь на оптиматов, римских патрициев – поборников консервативной политики сената, стремившихся сохранить аристократическую республику. Второй выдвинулся в верхи благодаря поддержке популяров, которые стремились укрепить власть народного собрания и народных трибунов в противовес сенату. В число популяров входили обогатившиеся плебеи, разорившиеся патриции, прибывшие в столицу провинциалы и вообще авантюристы всех мастей, основной идеей которых было уничтожение крупного землевладения, ростовщичества и восстановление «республики предков».

Толкаясь возле Цезаря со своими прошениями, знатные граждане Цезены также наперебой предлагали ему свои услуги, набиваясь в клиенты. Иметь такого влиятельного патрона, как Цезарь, для любого провинциала было огромной удачей. Цезарь, понимая, что чем больше у него будет клиентов, обладающих гражданскими правами, тем вернее он станет набирать голоса в народном собрании, никому не отказывал в желании принести ему клиентскую присягу. Всех желающих заносили в особый список, дабы в определенный день и час провести над ними процедуру вступления под покровительство патрона.

Я тоже подумывал о том, чтобы стать клиентом Цезаря, но решил до поры до времени не спешить с этим. Все-таки клиентская зависимость неизбежно понизит мой социальный статус в глазах Цезаря, рассудил я. Это может помешать мне в дальнейших действиях, так как ограничит мою личную свободу.

* * *

После прогулки по городу и встреч с горожанами на здешнем форуме Цезарь отправился домой, чтобы принять горячую ванну и пообедать. На ужин Цезарь пообещал прийти в дом префекта Руфуса Гавия.

Омовение перед обедом, а точнее, перед вторым завтраком было для римлян в порядке вещей. Здешний очень теплый и влажный климат способствовал тому, что человек мог изрядно вспотеть и при незначительных физических нагрузках, даже при обычной быстрой ходьбе. Тем более люди обливались потом, пребывая в многолюдной толчее в каком-нибудь здании или в амфитеатре. В жару на потные лица и руки оседала пыль, в дождливую погоду многим приходилось шлепать в сандалиях по лужам и по грязи. К тому же любой прохожий мог угодить под ведро помоев, выплеснутое из какого-нибудь верхнего окна; у древних римлян выливать помои из окна на улицу было обычным делом.