Мы воплотим богов - Девин Мэдсон

Хотя им нечем было заняться, никто из солдат уже не спал, но некоторые еще сидели в своих палатках. Один из них, похоже, был занят дружеской перепалкой со своим напарником, бреющимся снаружи. При виде нас бреющийся солдат поспешно поднялся на ноги, натягивая рубаху, и выронил бритву. Ошар нагнулся, повертел бритву в руках и вернул хозяину. «Спасибо»– одно из немногих известных мне чилтейских слов, так что я предположила, что Ошар ответил «пожалуйста». Более удивительным мне показалось, что он продолжил говорить, указывая на бритву в руке солдата и касаясь собственного подбородка под тканью маски. Солдат рассмеялся, и они поболтали еще несколько минут, будто меня там и не было.

–Кажется, это первый чилтеец, с которым я разговаривал, не имея на то… особых причин,– заметил Ошар, когда мы пошли дальше.– И вроде бы он совершенно нормальный.

–А ты ожидал увидеть чудовище?

Ошар пожал плечами.

–Те, которые учили нас чилтейскому, были чудовищами. Наверное, разница в том, что они считали нас ниже себя, а этот человек видел равного.– Он потрогал маску.– Удобная штука этот кусок белой тряпки.

Мы шли дальше, разговаривая с солдатами, расспрашивая их и раздавая благословения. Ошар был не просто переводчиком, он стал посредником, уменьшавшим страх передо мной и облегчавшим общение, зачастую и вовсе не вовлекая меня в разговор. Он мог шутить с молодыми солдатами, пока я благословляла их снова и снова, а они один за другим становились передо мной на колени. Когда мы наконец повернули обратно к часовне, то оба были голодны, но торжествовали.

–Хорошо поработали,– сказала я.– Не то, к чему я привыкла на посту капитана, но и не так уж сильно отличается. А из тебя вышел хороший заместитель.

–Из меня? Да я просто…– Он остановился, глядя прямо перед собой.– Ладно, это должно быть неплохо.

Лео ждал нас у часовни, сцепив руки за спиной. Выражение его лица тоже скрывала маска.

–А, Дишива,– сказал он, когда мы подошли.– Вся в трудах.

Я не клюнула на наживку и остановилась, так же спрятав руки за спину.

–Я всего лишь выполняю работу, которую вы мне поручили, лорд Виллиус.

–Как мило с твоей стороны думать, что ты можешь что-то изменить. Ты не доживешь до дня, когда эти семена дадут плоды.

–Я иеромонах, а ты никто,– огрызнулась я, и сердце забилось от собственной дерзости.– И ты не можешь этого отменить, не разрушив веру в церковь и ее бога.

Он сухо и бесстрастно рассмеялся.

–Правда? Думаешь, ты за последние несколько дней стала разбираться в наших законах и обычаях, Дишива? Церковь принадлежит моей семье, а значит, мне. Я избранный богом, я Вельд, и никакие выскочки-лошадники не помешают мне построить империю.– Он подошел вплотную, угрожая мне не только словами.– Ты назовешь меня Защитником,– прошипел он,– или я покажу, кто ты есть на самом деле, сдеру все слои приличий, в которые ты завернула слабую, дикую, презренную женщину под этой маской.– Он наклонился еще ближе, наши маски почти соприкасались.– Ну, что скажешь?

–Да пошел ты,– прошипела я в ответ.– Угрожай чем хочешь, я никогда не назову тебя Защитником. Найди себе другую марионетку.

Я отступила на шаг и, жалея, что из-за маски не могу плюнуть ему под ноги, обошла его и зашагала к входу в часовню. Ошар поспешил за мной.

–Надеюсь, тебе не придется пожалеть о своих словах, Дишива,– крикнул мне вслед Лео, когда я оказалась у дверей.– Это было бы так… некстати для твоих товарищей.

Сердце заколотилось, в крови запылал пожар, и я шагнула с яркого солнечного света в сумрачный и пыльный воздух своего убежища. Я не оглянулась и не доставила Лео удовольствия лицезреть мои дрожащие руки и злые горючие слезы, застилавшие глаза. Только когда Ошар заверил меня, что доминус Виллиус ушел, я позволила себе рухнуть на пол, сорвать маску и дать волю страху и паническим рыданиям.

Несмотря на стычку с Лео, я шла на вечерний Совет гораздо увереннее, чем днем раньше. Позади меня Ошар ворчал по поводу маски. Солдаты кивали, когда мы проходили мимо, и я надеялась, что мне не показалось и голосов, произносящих «ваше святейшество» икакие-то короткие приветственные молитвы, действительно стало больше.

Войдя в шатер для собраний, я снова остановилась на пороге, чтобы привыкнуть к яркому свету ламп. Шелестела ткань, скрипели кресла, негромкие голоса выражали мне почтение, но на лицах, медленно появлявшихся из темноты, отражалась настороженная растерянность, взгляды метались между мной, Аурусом и Лео, который на этот раз не сел на мое место, а занял другое и смотрел на меня.

–Я сообщил всем, что вы просили меня присутствовать, ваше святейшество,– радостно сказал он.– Чтобы мы могли обсудить настоятельную необходимость назначить Защитника. Как вы понимаете, во время войны такие вопросы нельзя откладывать. Мало ли что может случиться.

–Действительно, мало ли что,– согласился секретарь Аурус с такой поспешностью, будто испугался, что я прикажу выволочь Лео вон.– Присоединяйтесь к нам, ваше святейшество, мы как раз собирались начать.

Ошару не нашлось места за столом, и он встал позади меня, как часто стоял позади Гидеона. К тому времени как я устроилась в кресле, Аурус начал свою речь, и мне оставалось только смотреть на Лео и гадать, что он задумал. Его ответные удары следовали быстро, и каждый приносил воспоминания о моих прошлых попытках перечить ему.

Совет едва начался, когда Лео откашлялся и заговорил на чилтейском, предоставив мне наблюдать за выражением лица секретаря Ауруса и ждать перевода от Ошара.

–Он говорит, что главный вопрос, который предстоит обсудить,– это наречение Защитника Единственного истинного Бога, поскольку в самом ближайшем времени иеромонах намерен повести армию Чилтея в бой.

Я не успела ответить, как заговорил Аурус, и Ошар продолжил шептать мне на ухо.

–Секретарь говорит, что этот вопрос находится в ведении иеромонаха, а не легатов армии или секретаря Девятки.

–Я назову Защитника Единственного истинного Бога, когда буду готова,– произнесла я, перебив ответ Лео.– Когда милостью Божьей мне откроется его имя.

Сидевшие за столом потянулись к своим бокалам с вином, глядя куда угодно, только не на нас с Лео. За исключением одного человека в синем мундире армии купеческих наемников, который наклонился вперед.

–Нужный вам человек, вне всякого сомнения, присутствует за этим столом, ваше святейшество,– сказал он.– Лорд Виллиус самоотверженно служит вере уже много лет, как прежде служил его отец.

–Бог никогда не руководствовался этим в своем выборе,– возразил секретарь Аурус.– И я вынужден повторить: как бы ни было важно назвать Защитника в ближайшее время, не дело Совета выбирать от имени доминуса Яровен.

Еще двое высказались в его поддержку, и я не сомневалась, что под маской доминус Виллиус самодовольно улыбается. Каким бы ни был результат сегодняшнего Совета, Лео удалось внести раскол и доказать, что многие его поддерживают.