Дельта. Том II: Меняющий будущее - Борис Романовский

Фонтаном хлынула кровь. Две другие девушки-журналистки с распахнутыми от ужаса глазами смотрели, как тело Карин заваливается на спину.

Толпа зашумела и отхлынула, раздались крики.

— Уходим, — хмуро приказал я, готовый в любой момент взлететь.

Ребята отреагировали быстро — Думиса вышел вперёд, Лианг и Нацуко встали по бокам, окружив меня и Мирославу. И таким треугольником мы побежали на выход, игнорируя крики, призывы, вопросы.

Только когда мы углубились в лес, Нацуко заговорила:

— Ты понял, кто послал эту девушку? Она же на смерть шла.

— Нет, — бросил я. — Это неважно. Врагов у меня много, как и у всего Синдиката. Будьте всегда начеку.

Вариантов, кто мог послать убийцу, тысячи. От врагов деда и Бельгийских до Эвольвера-конкурента. Поэтому я даже не стал думать об этом.

До степи мы добрались к вечеру, по дороге изредка нападая на небольшие стаи зверей. Делали это для одной цели — забить кубы. Каждый из нас взял с собой по пять штук, и по три мы отдадим Синдикату — для новичков. А с оставшимися двумя сделаем, что посчитаем нужным — продадим, обменяем, подарим. Об этом мы договорились заранее, в переписке.

В знакомом поселении на удивление было шумно. И я быстро понял почему — все обсуждали новое заведение, которое открылось на днях и стало очень популярным. И называется оно — У дедушки Аниша.

— Это они про нашего Аниша? — неуверенно поинтересовалась Мирослава, прислушиваясь к разговорам.

— Пойдём посмотрим, — мне тоже стало интересно.

К нам уже подошли Эвольверы — заместители мэра. Двое мужчин: один — азиат, а второй — араб.

Мы тепло поздоровались, и они рассказали, что Аниш открыл забегаловку, где готовит мясо монстров. И его блюда настолько популярны, что даже люди из других посёлков стекаются сюда, попробовать знаменитые деликатесы.

Чем ближе мы подходили к импровизированному кафе, тем больше людей становилось. Вскоре я смог увидеть Аниша — он стоял за столом и резал овощи, позади него пылал самодельный мангал, а за ним — покосившаяся серая палатка. Одетый в новые брюки, туфли, рубашку, с золотой цепью на шее и золотыми кольцами на каждом пальце — он выглядел очень непривычно. Нитья тоже была здесь — разносила готовые блюда в деревянных тарелках. Люди ели стоя, руками. Кроме Нитьи в заведении работало ещё несколько индусов, которые помогали Анишу готовить и разносить еду.

— Подходить! Подходить! Я Аниш из Синдикят! — бойко кричал индиец. — Ви знать Лиянг? Я его жёпа пинать! Мой еда самый вкусный! Даже Дельтя так говорить!

Внезапно я уловил знакомый голос:

— Боже, я съел уже десять порций. Никогда не пробовал ничего вкуснее! Но у меня ничего не осталось для обмена, а как же хочется…

Я с удивлением уставился на донельзя жирного парня, который жадно смотрел на тарелку в руках своего собеседника. Ван Болай! Глава группы Адонис, в которой я провёл почти год. Но в прошлой жизни он позже вошёл в Изначальный Мир.

— Подходить, подходить! — разорялся Аниш. — Я хозяйка Лиянг, пробуйте мой блюдя!

Нацуко не выдержала и засмеялась. А за ней — Мирослава. Джао улыбалась, Думиса скалился. Один Лианг выглядел хмуро. Но отреагировал он спокойно — не бросился разбираться с наглым индийцем, который вовсю использовал его для привлечения внимания.

— Ладно, пора заканчивать, — я пошёл к индийцу. Нитья увидела меня и замерла. Сразу же поклонилась в пояс. Аниш тоже заметил меня и призывно помахал рукой.

— Дельтя Синдикят! Идти кушять! Вкусня очинь! Все остальные уходить! Ми закрити уже, уходить!

Аниш начал суетливо разгонять толпу, размахивая руками, как мельница. Через несколько минут все отошли подальше, на небольшой площади остались только Синдикат и… Ван Болай.

— Здравствуйте! — взволнованный парень поклонился нам по очереди. — Это большая честь для меня!

— Ты кто? — Нацуко с интересом разглядывала толстяка.

— Эта мой учиник, — гордо сказал подошедший индиец. — Он жирний, будет есть мясо. Если сдохнуть — значить, нельзя есть. И будеть ишак, таскать мои вещи. Лиянга я отпускать, теперь у меня есть жирний.

— Ты решил взять человека в группу, не спросив у Босса? — Думиса грозно нахмурился.

Индиец робко улыбнулся и отступил на шаг. Единственный, кого он побаивался, — Думиса. Даже со мной себя вёл свободно, а от Думисы держался подальше.

— Если нельзя, то пусть, — сразу же начал отнекиваться Аниш. — Жирний, пошёл вён! Не хотеть видеть твой жёпа тут!

Аниш пнул Ван Болая. Но тот даже не почувствовал этого — он рухнул на колени и начал заламывать руки.

— Наставник! Не бросайте меня, наставник! Я хочу каждый день есть вашу еду, я не смогу жить без неё! Не выгоняйте меня, прошу! Я отдал вам всё ценное, что у меня было! Хотите — трусы отдам?! Я могу! Только не бросайте меня!

— Внутри твой трусы можно семья жить, жирний! Пошёл отсюда! — Аниш начал пихать Ван Болая, но тот продолжал стоять на коленях и нещадно молил о милосердии. По его сальному лицу бежали крупные, размером с фасолинки, слёзы.

Думиса растерянно посмотрел на меня.

— Мне его стукнуть?

— Нет. Как тебя зовут? — я подошёл к толстяку.

— Ван Болай! — во всю глотку заорал тот и ударился головой о землю. — Прошу меня простить!

— Какой у тебя базовый навык? — продолжил я допрос, поморщившись от его крика.

— Утяжеление Тела! Я могу увеличивать вес своего тела! Это очень могущественная способность! Я могу прыгнуть на спину монстру и сломать ему хребет!

— Хватит орать, — буркнул я. — Ладно. Можешь идти с нами, но не отставай. Если сработаемся, то подумаю над тем, чтобы включить тебя в группу.

— Спасибо!

У меня уши заложило от его ора. Ван Болай встал с колен. Он плакал и хныкал, размазывая руками сопли по лицу.

— Мы и правда его возьмём? — удивилась Нацуко. — Этого жирдяя?

— У него хорошая способность, — кивнул я. — Взгляни на его татуировку.

— Ой. Она серая. Но масса… Это же прерогатива Гравитосов Земли, — Нацуко непонимающе нахмурилась.

Я ничего не ответил и слегка улыбнулся. Ван Болай не просто так стал главой Адониса. Его сила ещё раскроется, нужно только время. Сейчас Ван Болай даже не Слабый и сам не понимает, чего стоит. Да и парень он неплохой — в меру жадный, в меру эгоистичный, в меру трусоватый. Жестокий, правда, чрезмерно. И иногда из себя выходит, становится больше похож на зверя, нежели на человека. Но он неплохой, всегда был справедлив к каждому члену Адониса и развивал группу в целом, а не только себя и своих приближённых, как это часто делали.

Пока мы говорили с Нацуко, к Мирославе подошёл странный мужик.

— У твоего отца проблемы, девочка. Пока ты тут в игрушки играешь, он может в тюрьму сесть из-за тебя!