Властелин Сонхи - Ирина Коблова

Все случилось очень быстро, и Кемурт не сразу понял, что события пошли совсем не так, как задумал Незапятнанный.

– Боги показали, что им неугодны такие деяния! – выкрикнул, надрывая голос, жрец Тавше, подобравший рупор. – Боги даровали приговоренному мгновенную смерть и покарали тех, кто осмелился вершить неправый суд!

То ли на него набросился кто-то из охраны, то ли он сам отшвырнул рупор и смешался с народом – Кем не видел, но от всей души пожелал ему удачи. Главное он сказал, и вся площадь его услышала.

Людская масса потекла в переулки, словно разорванная на куски морская звезда, уползающая в разные стороны. Кемурт двигался вместе со всеми. Руки он согнул в локтях и прижал к бокам, стиснутые кулаки держал перед грудью, защищая ребра – однажды прочитал в приключенческой книжке, что именно так надо вести себя в толпе во время давки. Спасибо Ланки, его больше не тошнило, и колени не дрожали.

Вокруг стоял гомон, кто-то молился, кто-то ругался, кто-то плакал. Кто-то говорил, что это была саламандра – он ее разглядел, потому что смотрел в бинокль, куда же делся его бинокль, может, кто-то подобрал?.. Ага, попробуй что-нибудь подобрать в таком столпотворении – повезет, если всего лишь пальцы оттопчут, а то ведь можешь и не встать.

Оказавшись неподалеку от стены, Кем глянул на водосточную трубу – кажись, добротная, должна выдержать… Не поддался искушению: на крыше можно отсидеться, но там наверняка дежурят подчиненные Дирвену амулетчики.

Дальше по улицам стояли заслоны с фонарями и факелами, всех подозрительных шмонали, пришлось дожидаться своей очереди часа три, если не четыре. Он откинул капюшон – затруднительно принять его за Эдмара или Хантре, но все равно спросили, кто такой. Назвался Келдо Барвехтом.

– Придержите руки, уроды подзаборные! А вашему Тейзургу я когда-нибудь яйца оторву!

Он решил бы, что этот вопль вырвался из луженой глотки разъяренной рыночной торговки – если б не овдейский акцент. Оглянувшись, увидел в свете факелов баронессу Лимгеду Тарликенц и свою бывшую подельницу Гренту, которую в прошлом году сцапали во время облавы и отдали баронессе под опеку. Поскорей натянул капюшон и отступил в тень. Ругань баронессы в адрес «государственного врага» послужила для овдеек наилучшим пропуском, и они благополучно миновали кордон.

Кемурт пристроился за ними – в толкучке это не вызывало подозрений, в крайнем случае примут за обычного вора, который охотится за кошельками – и в течение некоторого времени тащился следом. Понял из разговора, что в Аленде они проездом, возвращаются из путешествия на юг, и у них была третья спутница, которая потерялась в толпе, но они этой потерей ничуть не расстроены, и баронесса, похоже, тиранит Гренту, однако Грента тоже в долгу не остается, так что прав был Эдмар, когда говорил, что они нашли друг друга, и у них своя игра.

Наконец толпа начала редеть, растекаясь по улочкам и переулкам. Овдейки ускорили шаг, Кем отстал. Запнулся в темноте о какой-то хлам, чуть не растянулся на мостовой. Вскоре понял, что заблудился. Воняло гарью и отбросами. Казалось, эта кромешная ночь никогда не закончится: как будто Аленда провалилась в Нижний мир, а горожане так и не заметили, что с некоторых пор живут в Хиале.

Когда невесть откуда выскочила саламандра – сияющая золотая ящерка, за которой тянулся искристый шлейф – и начался переполох, Шнырь побежал в нужную сторону по головам кучно стоявшего народа. Гнупи – прирожденные акробаты, они даже по стенам бегать умеют и вовсю этим пользуются, чтобы досаждать по ночам людям своим топотом.

Перед этим Тейзург посадил его к себе на плечи, объясняя окружающим: «Иначе малое дитё ничего не увидит!» Окружающие ругались: «Нашла, что ребенку показывать, дура полоумная!»

Благодаря зачарованному мешочку с рыжей прядью и клочком кошачьей шерсти Шнырь живо нашел Крысиного Вора. Тот стоял у загаженной щербатой стенки – вот растяпа, нельзя в такой сутолоке ошиваться возле стен, могут притиснуть и задавить! – и выглядел пришибленным, будто у него стряслась беда. Мудрый господин предвидел, что он таким и будет: мол-де это упрощает твою задачу.

Прыгнув ему на плечи, маленький посланец содрал с него тюрбан и взамен нахлобучил лохматый парик, который принес за пазухой. В тот же миг парик намертво прилип. Это колдовство доступно не всякому, но Шнырь благодаря жертвоприношению нынче еще не то мог сделать! Продержится до рассвета следующего дня, за это время им нужно уйти от погони.

Теперь на глаза Крысиному Вору падали темные патлы, а физиономию была перемазана сажей. Люди, которые находились рядом, смотрели в сторону помоста и ничего не заметили.

Жалко, напугать ворюгу не удалось. Нет бы завопил или вздрогнул – а он ухватил за полу маскировочного девчоночьего пальтишка и спросил безразличным голосом:

– Шнырь, чего тебе надо?

– Мне надо, чтоб ты за крыску мою поплатился! – сварливо прошептал гнупи ему в ухо. – А еще надобно тебя спасти, господин велел, у него к тебе серьезный разговор.

На всякий случай изо всех сил вцепился в ворот, чтобы собеседник не сдернул его на землю.

– Где он?

– Здесь, да ты к нему не подойдешь – зенки разуй, народу же как яблок в лукошке! Ты вот чего, главное, не давайся тем, кто тебя ловит. Я из тебя натурального трубочиста сделал – ха-ха, никто не узнает, потом в зеркало посмотришься! Как все отсюда двинут, мы до тебя сами доберемся, мы с господином до кого хошь доберемся!

– Уж это точно, – процедил рыжий.

– И не стой здесь как дурак. Глянь, вон там угол и водосточная труба с загогулинами – самая гиблая штуковина, держись от нее подальше. Жалко, тропка на изнанку дома не рядом, а то б я тебя спрятал. Ты нужен, чтобы вы с господином победили супостатов, поэтому позаботься о себе. А крыску я тебе не простил, не надейся!

Шнырь помчался обратно, словно по кочкам – только вместо кочек были шляпы и береты, тюрбаны и капоры, вязаные шапочки и суконные капюшоны, женские прически и стриженые мужские макушки. Толпа волновалась, ругалась, пахла страхом, потом, разочарованием, перегаром и мочой, а над головами витал запах горелого тряпья и паленого мяса.

Разыскав Тейзурга, посланец устроился у него на плечах и шепнул:

– Я все сделал, как велено. Идемте в ту сторону!

Легко сказать – «идемте». Они начали мало-помалу смещаться по направлению к Крысиному Вору, Шнырь как умел плел чары, чтобы помочь господину протиснуться и защитить его от толкотни.

Вокруг колыхалось море человеческой плоти, и разило все сильнее – такая крепкая и тошнотворная смесь, что даже Шнырь под маской морщил нос, а уж каково было господину Тейзургу! Тот двигался к цели, словно через болотную трясину, а оседлавший его шею верный помощник подсказывал дорогу. Порой толпу охватывало паническое брожение, тогда становилось еще страшнее, но благодаря шнырёвым чарам господина прикрывали будто бы навешанные со всех сторон щиты. Маленький гнупи нипочем не смог бы их наколдовать, если б не вчерашняя жертва. Кое-кому в толпе не повезло: вместе с живыми перемещались мертвецы с разинутыми ртами и выпученными глазами – не падали только потому, что некуда падать. Глядя на толчею сверху, Шнырь радовался своему превосходству над бестолковыми смертными.