Романов. Том 3 - Владимир Кощеев

— Тогда я не понимаю, почему вы бездействуете.

Щелкнув замком на ящике с броней, я вытащил шлем и поставил его на стол перед генералом.

— Как, по-вашему, Василий Павлович, что это значит? — я ткнул пальцем в трещину на стекле. — Даже для меня это был серьезный вызов.

Он остался невозмутим, просто отодвинул шлем в сторону.

— Я знал, что вы справитесь, Дмитрий Алексеевич, — сказал Марков, глядя на меня. — Вы стали тем неучтенным фактором, который смешал карты нашим противникам. И это заставило врага совершать ошибки, а его резидентуру, в том числе в наших рядах, бежать сломя голову.

— Если бы я медлил, ваши люди погибли бы без всякой пользы.

— Рисковать собой — это мой долг, и долг тех, кто дал присягу служить в нашей армии, — возразил Василий Павлович. — Вы не солдат, княжич, вам не понять этого. Просто поверьте мне на слово. Нам с вами предстоит долгое сотрудничество, и я надеюсь, что между нами будет определенное доверие.

Настала моя очередь хмыкать.

— Работа военной разведки не только в том, чтобы отлавливать чужих людей и подготавливать операции на чужой земле, — сказал Марков. — Вам кажется, что вы умнее нас, но это не так. Еще до того, как государь приказал мне взять вас под крыло, я знал, что мне предстоит чистить ряды от предателей. И ваше участие в обеих операциях с группой Головы — один из способов вывести предателя на чистую воду.

— Он уже пойман? — спросил я, глядя в невозмутимое лицо генерала.

— Сам — еще нет, — ответил генерал. — Поняв, что его раскрыли, предатель бросился в бега, оставив семью в Русском царстве. По нашим данным, он сейчас двигается к границе с Османской империей.

Я помолчал, обдумывая слова генерала.

Мне повезло, что этот разговор проходит прямо посреди операции по захвату и устранению предателя, или Марков разыгрывает меня, демонстрируя, что у него все в порядке? Но не идиот же он, в самом деле, так подставляться перед ставленником самого Михаила II. Государь в любой момент может потребовать меня на разговор, после которого обязательно начнется проверка. В общем, что предателя не нашли, неизбежно вскроется. Так что словам Василия Павловича стоит верить.

— Хорошо, значит, вы знаете, кто он и где. Может быть, вы назовете мне имя? — сказал я, и Марков кивнул.

Генерал вытащил из стола планшет, открыл страницу с личным делом и передал мне.

Сперва я не поверил собственным глазам. Уж слишком это не вязалось с моими ожиданиями. С экрана планшета на меня смотрело лицо человека, которого я уже неоднократно видел, в том числе на московских приемах. Великий княжич Хабаровский, Андрей Николаевич Толстой.

— Не знал, что на вас даже великие княжичи работают, — сказал я, кладя планшет обратно на стол.

— Теперь понимаете, зачем мне нужно было заставить его пуститься в бега? — спросил генерал, внимательно отслеживая мою реакцию.

— Рюриковичей нельзя убивать просто так, все должно быть по закону, — кивнул я. — Нужны железные доказательства, что он виновен.

— Все именно так, — подтвердил Василий Павлович. — В этом и будет состоять ваша новая задача. Толстой Андрей Николаевич должен быть захвачен и доставлен живым на допрос, после которого отправится на суд. Живым, Дмитрий Алексеевич. Вы сможете это сделать?

— Если ваши аналитики смогут его найти, и вы доставите меня на место — смогу, — ответил я.

— В таком случае вам пора возвращаться домой, — сказал генерал. — Самолет вылетает через три часа. Вас подберут в новом месте, будьте готовы.

Он поднялся и прошел к противоположной входу стене. Приложил карту к ней, и панель отодвинулась. Вытащив точно такой же комплект, как тот, что принес я, Марков вручил его мне.

— Это тебе пригодится, Зверь.

Я помедлил, прежде чем подняться.

— А если бы я не назначил эту встречу? — спросил я, решив прояснить для себя последний момент.

Василий Павлович улыбнулся.

— Я бы все равно вас туда послал, — ответил он. — Это не спонтанное решение.

Кивнув, я прихватил ящик и пошел к выходу. Как говорил Чингисхан, путешествие — это возможность посмотреть мир и познакомиться с новыми людьми. Вот и будем смотреть и знакомиться.

* * *

Меня подобрали в новом месте и быстро доставили вместе с остальными разведчиками на военный аэродром. Самолет резко взял курс на юг, направляясь в сторону Владикавказа — это была ближайшая точка с границей Османской империи. До самой границы мы должны были долететь быстро, а на месте сразу бросаться в бой.

Гул турбин давил на уши. Под ногами вибрировал пол самолета. Бойцы военной разведки в количестве десяти человек сидели, пристегнутые к стенам уже в полной готовности. Оставалось совсем немного времени, прежде чем начнется очередной бой, и на этот раз я был практически уверен, что кто-то из приданного мне отряда не вернется домой.

Я не смогу защитить их всех.

— Напоминаю еще раз, — проговорил Голова в наших шлемах. — Текущая задача взять цель живьем. Стрелять аккуратно. Зверь, мы прикроем тебя, но это чужая земля. Будь осторожен и предельно внимателен. Одаренных там будет полно, и они не станут размениваться на честные дуэли.

— Буду, — ответил я, внутренне соглашаясь с командиром.

Княжич Хабаровский. Сын человека, практически враждующего с Ефремовыми. Амурские князья несколько раз сумели обойти Рюриковича и даже свадьбы с Поднебесной устраивают две из трех. Не знаю, в каких он отношениях с государем, однако в моих глазах это далеко не самый благородный человек.

Я знал его поверхностно — встречались на мероприятиях на Дальнем Востоке, где я периодически появлялся в гостях у Ефремовых. И третьего сына великого князя тоже видел неоднократно, но близко никогда не общался.

Сбывалась мечта царского клана. Сегодня в лице Андрея Николаевича Рюриковичи будут драться с Романовыми. Эта мысль заставила меня усмехнуться. Вновь Михаил II делает так, чтобы я убирал его родню с доски. Сын-изменник — за такое можно и из совета клана вылететь. Не удивлюсь, если только ради этого и была затеяна царем игра в ликвидатора.

Но Голова был прав, и легкомысленно относиться к операции было нельзя.

Во-первых, тюрки будут встречать великого княжича вооруженные до зубов, обеспечив прикрытие одаренными. А как я уже успел убедиться, свое дело османские бойцы знают отлично.

Во-вторых, нельзя списывать со счетов самого Толстого. Он входит в род, а значит, и силы будут при нем. А это серьезная угроза даже для моих способностей. Рюриковичи не просто так держали власть в своих руках на протяжении столетий. Андрей Николаевич способен дать бой наверняка ничуть не хуже всего отряда, идущего ему навстречу.

Дар Толстых — огонь. И в степи, где укрываться практически негде, это будет очень сложный противник.