Псы войны. Пробуждение Ареса - Грег Бир

— Мы живем тут! — восклицает старик. — Кормим своих людей. Скитаемся, строим дома, бежим от сражений, и все равно теряем людей и землю! Из-за вас! Ваша война разрушила наш легер! — он яростно буравит нас взглядом. — Мы ждали годами, пока вода спадет. И мы вернемся, отстроим трубку, будем растить урожай, добывать металлы.

— И сульфиды, — чуть слышно шепчу я полковнику. — Они засыпали в шахты оксифор.

Бойцовый Петух хмурится — биология для него темный лес. Я перехожу к более важному:

— Внизу достаточно воды, чтобы запустить старый генератор. Кроме того, тут есть принтер и «чернила» — металлические и керамические порошки. Лекарства, еда.

— Сколько? — спрашивает Бойцовый Петух.

— Трудно сказать, сэр. Много. Форы почти закончили работы, когда хобо… когда началось наводнение.

— Штольня. Трубка. Хобо, — Бойцовый Петух старается постичь значение новых слов.

— А почему вы не хотите выкачивать отсюда воду и продавать ее? — спрашивает Тек.

— Кому нужна вода? — фыркает Рейф. — Ее и так хватает.

— Из воды мы получаем зуурстоф — кислород — и водород. Но не хватает стикстоф — азота, и мало метаал, а тут его в избытке — добывай, плавь! Эта трубка для нас все — хаус, кос, еда — жизнь! А что теперь? Она стала нутелоос! Бесполезная!

Де Трут не притворяется — он действительно в отчаянии. Глаза старика наполняются слезами. Все вокруг притихают, форы явно смущены. Рейф заламывает руки, пластиковые шнуры впиваются ему в запястья. Действительно тяжелые времена.

— Я этого не х’тела, — оправдывается Тил.

— Ты привела их прямо сюда! — Рейф удерживается от крика, но в его голосе слышится глубокое возмущение.

— Вы сделали то же самое, — напоминает ему Койл.

— Не по своей воле.

Бойцовый Петух чувствует витающее в воздухе напряжение. Остальные тоже. Острее всех его ощущает Тил — мы единственные, кто стоит между ней и местью де Грута. Эти гномы-рудокопы ждут не дождутся, когда мы свалим из их шахты, и они смогут возобновить работы.

— Хватит искать крайних, — обрывает спор Бойцовый Петух. — Есть дела поважнее. Сколько форов отказалось ехать с вами?

— Трекбуров, — поправляет его Рейф. — Много.

— Братья пошли туда, где раньше был дом, — выдавливает де Грут сквозь стиснутые зубы.

Все форы никак не могли поместиться в один автобус.

— Разве им под силу дойти до лагеря пешком? — спрашивает Койл.

— Они умрут, — отвечает старик. — Когда надежды не остается, мы трогаемся в путь. Делаем трек^[20], как наши предки. Голландцы притесняли их — они ушли из Кейптауна. Отправились в Большое Карру и Малое Карру.

— Копи царя Соломона, — говорю я.

— Именно, — горько подтверждает Рейф. — Мы сейчас в самом сердце Офира^[21]. Но мы не опасны. Отпустите нас!

Бойцовый Петух хмурит брови. Койл качает головой.

Из северного гаража возвращаются Ви-Деф и Казах. Они отводят в сторону Бойцового Петуха и Койл и шепчутся с ними о чем-то. Спустя пару минут полковник подзывает нас с Теком. Казах докладывает:

— Подозрительная активность на северо-западе. Огромное облако неизвестного происхождения. Венн заметил его еще по приземлении, но теперь оно больше и ближе. А еще в этой пещере полно туннелей и закоулков. Нам нужна карта или проводник из местных.

Я рассказываю о южной смотровой башне и панели управления. Бойцовый Петух тут же посылает на разведку Диджея.

— Не уверен, что форы хоть раз приходили сюда за все эти годы, — замечает полковник.

— Тил должна знать наверняка. Но она напугана, — отвечаю я.

— Форы почему-то называют пещеру трубкой, — говорит Казах, придвигаясь ближе. — Что это на хрен значит?

— Кимберлитовая трубка. Алмазное месторождение, — предполагает Тек.

— Когда мы с Тил были наверху, в смотровой башне, я видел на экране какую-то комнату — все блестит и кристаллы кругом, — рассказываю я.

— Алмазы? Тут? — недоверчиво переспрашивает Бойцовый Петух.

— Не знаю наверняка, сэр. Может, эта комната находится не здесь, а в какой-нибудь другой шахте.

— Здоровяк заметно оживился, услышав про Копи царя Соломона, — говорит Койл.

Потом указывает на меня.

— Кажется, у мастер-сержанта Венна роман с фермерской женушкой. Она ведь показала вам пещеру, так?

— Она напугана, — отвечаю я.

— Ну и что, — говорит Койл.

Бойцовый Петух пристально смотрит на меня. Не самое приятное ощущение.

— Сомневаюсь, чтобы Тил доверяла кому-то из нас, — замечаю я.

— Она одинока, — говорит полковник. — Убежала из своего лагеря, не хотела никого сюда приводить… но подобрала нас. А поселенцы нас явно недолюбливают…

Бойцовый Петух чует какой-то подвох. Я тоже. Слишком много белых пятен в каждой из этих историй.

Мы с Теком обмениваемся покорными взглядами.

Облако пыли снаружи — почти наверняка антаги. Либо идут сюда с целью прикончить нас, либо мы случайно оказались у них на пути. Если антаги засекли с орбиты, как багги один за другим съезжаются к шахте и исчезают внутри, точно жуки в навозной куче, у них наверняка возникнут вопросы.

Похоже, что раньше антаги игнорировали штольню по той же причине, что и мы: и без того дел по горло. А сейчас они добились явного перевеса, и их тяжелые загребущие лапы тянутся все дальше — почему бы не провести разведку?

— Соберите всю доступную информацию про это место, и поскорее, — командует Бойцовый Петух. — Ставки могут быть чертовски высоки. Тут не просто мы против них — все куда серьезней. Пусть Тил думает, что наш отрад на ее стороне. И мы действительно можем занять ее сторону. Капитан Койл, ваша задача — приглядывать за поселенцами. Возьмите с собой этого здоровяка, Рейфа — покажем форам, что считаемся с ними.

— А что со стариком? — спрашивает Койл. — Он у них за главного. Настоящий отморозок, — капитан имеет в виду, что старик — прирожденный убийца, расчетливый и беспощадный. — Может знать гораздо больше других. К тому же форы без его приказа даже пикнуть не смеют.