Черная кровь войны - Ингвар Эйферзухт

По утру к нашей базе подъехал обещанный БРДМ с экипажем из трех человек. Сухощавый и мелкий чернявый командир в камуфляже выпрыгнул из машины и подошел к нам представиться.

– Привет буровикам и передовикам производства. Все готовы к командировке?

– Готовы, ты хоть представься, а то как черт из табакерки выпрыгнул, – осадил я резвого военного. – нам с тобой может неделю, а может и больше по саванне ездить.

– Старшина Захар Карташов, водитель Николай Владимирский, пулеметчик Борис Шабанов прибыли в ваше распоряжение.

– Я Потапов, можете звать Потапычем, это Лёха, это Михаил, а вот тот парнишка Стас, его можете совсем не запоминать, – пошутил я. – он на хозяйстве остается. Мы в принципе готовы, сел и поехал, вас только ждали.

– Тогда по коням и вперед.

– Воды холодненькой попейте, а мы пока присядем на дорожку.

– Коля, тащи канистру, – заорал старшина, отпив из ковшика нашей воды. – набери у них холодненькой и свежей.

Минут через пятнадцать, пройдя контроль на КПП, мы пылили в сторону первой фермы, благо она была недалеко, километрах в сорока от Москвы. Доехали туда быстро и без приключений. Встречало нас все семейство, человек двадцать, прямо как космонавтов, за исключением пары человек на сторожевых вышках с пулеметами. Для людей живущих обособленно любые гости представляют массу интереса, а если эти люди еще и приехали делать доброе дело, то принимают их очень радушно. К нашему приезду семья, вставшая очень рано, уже переделала всю утреннюю фермерскую работу и заранее предупрежденная по рации ждала у ворот. Система безопасности у фермеров налажена хорошо, колючка, за ней целое поле вкопанных заостренных кольев, мощные ворота и забор, по диагонали две сторожевые вышки и пяток звероподобных псов.

– Здоров, Захар, я смотрю вы вовремя, без задержек, – поприветствовал хозяин.

– Как обещали, Петр Семенович, – вежливо и учтиво поприветствовал наш старшина.

– Ну заезжайте, нечего снаружи стоять, а то неровен час набегут гиены, хоть четвероногие, хоть двуногие.

Мы, оглядываясь по сторонам, заехали в ворота и, повинуясь движению руки хозяина, заехали под высокий навес. Тут хоть какая-то защита от солнца и жары, но бурилка зашла с трудом. Потрепавшись немного с хозяином и домочадцами, мы вежливо отказались от обеда и, наметив место под скважину, приступили к работе. На копку зумпфа Петр Семеныч отрядил двоих сыновей погодок лет пятнадцати-шестнадцати, которые отрыли яму раньше, чем мы расставили все оборудование.

Дальше пошло по накатанной схеме, воду нашли на 30 метрах, вместо 114-й трубы спустили 73-ю и погружной насос спускать не стали, электричество у фермера присутствовало, но в крайне ограниченном количестве и не постоянно. Маломощного ветрогенератора едва хватало на зарядку аккумуляторов рации и ночное освещение. Из всех развлечений фермерам оставалось послушать радио Москвы, которое передавало музыку и новости Нового мира. Вот поэтому мы приделали к скважине ручной насос с длинной ручкой, дешево и сердито. Освоение скважины сделали на своем насосе, его и делать особо не пришлось, вода изливалась из скважины сама. Взяли за работу семьсот экю. Потом немного передохнули в доме, а заодно перекусили простой, но от этого не менее вкусной крестьянской пищей. Солнце стояло в зените и после обеда все завалились спать. Сиеста, блин.

Если вы думаете, что на этом наша работа была закончена, вы глубоко ошибаетесь. В этот день пробурили еще три скважины, чтобы поить скот вода тоже нужна. Там особо чистая вода не требуется, бурили шнеком, на верховодку, всего на 10–15 метров. Быстро спускали трубы, накручивали ручной насос и переезжали на новое место километрах в десяти. Получилось, что пробурив четыре скважины, мы охватили территорию почти в сто квадратных километров. С трудом успели до темноты вернуться. Усталыми и пропотевшими, но настоящими героями. Семеныч устроил для нас настоящий праздник, забил барана, приготовил плов и шашлык и от всей души, расстаравшись, угостил всю нашу честную компанию. Да и судя по всему для его семьи это тоже стало настоящим праздником. Самогонка лилась рекой, песни, танцы и хороводы. Глубокой ночью я уполз спать в отведенный для нас сарай, а ребята еще минимум пару часов куролесили с местными. Лёшка и Михаил активно ухлестывали за молодками, родственницами и дочерями Семеныча. Нравы у селян, хоть и патриархальные, но девки пошалить не прочь. Да и Семеныч, судя по всему, к этому относился спокойно. Как еще в семью работников затащишь или мужа найдешь?

С утра ополоснувшись холодной скважинной водой, похмелившись и позавтракав, мы с ленцой тронулись в путь до следующей фермы. Предвижу, тяжелая будет командировка, не только в плане работы, но и удара по печени.

На блуждающих бандитов мы нарвались на шестой день, рано утром. Когда отупев от тяжелой работы, ежевечерних пьянок и бессонных ночей на сеновале, не торопясь ехали в направлении очередной фермы. Передовой багги проморгал наше появление и наш бардак переехав холм увидел картину маслом: четыре багги и грузовичок Engesa EE-25. Не знаю, как бандиты, а наш пулеметчик Боря среагировал в момент и из КПВТ вмазал по грузовику практически в упор. Если кто в кузове и был, то умер сразу, щепки и части машины летели во все стороны.

– Берегись, грузовик и четыре багги! – орал в рацию Захар, предупреждая нас – уходите правее. Но нам ехавшим за ними и без его криков с первой же очередью все стало понятно. Лёшка тут же свернул в небольшой овражек и остановил там машину.

– Миха, дуй к пулемету, Лёха за мной, – подхватив СВД и автомат, я вывалился из машины. Если противник перевалит через холм, Михаил из «Максима» устроит им превосходный удар во фланг. А мы с Лёшкой рванули наверх, так-как до сих пор не видели противника. Когда мы добежали до вершины, наш БРДМ пятясь задом перевалил вершину и, съехав в сторону развернул башенку в сторону возможного появления противника, начал медленно двигаться вдоль гребня.

Открывшаяся нам с Лёшкой картина несколько обнадеживала, грузовик потихоньку разгорался, Боря бил бронебойно-зажигательными и никакого шевеления вокруг не наблюдалось. Два багги охватывали холм с левой стороны, одна с правой, а еще одна осталась рядом с грузовиком. Видать и одного попадания ей хватило с избытком, водитель был убит и двигатель был поврежден, но вот пулеметчик был на своем месте и водил стволом во все стороны. До него было всего метров сто пятьдесят и я, бросив калаш на землю, встал на колено и не дожидаясь, пока ствол пулемета, продолжая свое движение нацелится на нас, выпустил из СВД пол-обоймы. Пулеметчик обвис на своем месте, задрав вверх ствол М2.

– Лёха, назад к Михаилу, надо его усилить и предупредить наших. Захар! – вспомнив о рации, заорал я в динамик. – В вашу сторону идут два багги с крупняком, еще один сейчас выйдет на нас, грузовик и багги выведены из строя, шевеления нет.

– Понял, поддержите огнем Михаила. С этими разберусь. Что с четвертой машиной?

– Боря его зацепил, а мы пулеметчика сняли, – на бегу и запыхавшись доложил я.

– Держитесь там, особо не высовывайтесь.