Зачарованные - Алисон Ноэль

Жаль, что она не может ответить на его восхищенный взгляд. Большинство девушек лишь мечтают о том, чтобы парни так на них смотрели. Но улыбка Сочиль и то, как она подается к своему бойфренду, подтверждают, что она не шутила насчет своей проницательности. Она запросто считывает ауру Одена, которая действительно очень и очень сильна.

— Давно вы вместе? — интересуюсь я, когда Оден съезжает с обочины, направляя неповоротливый драндулет на дорогу.

— Всю жизнь, — отвечает он. — Не могу вспомнить ни дня без нее.

— Мы встретились в прошлом году, — заявляет Сочиль, игриво толкая Одена в плечо. — Любовь поразила нас с самой первой секунды. Но моя мама этого не одобряет.

Странно. Оден — милый, симпатичный и готов пылинки сдувать с Сочиль. В чем же дело?

— У меня есть музыкальная группа. Я рано закончил среднюю школу, а колледж бросил, — поясняет Оден.

— А сколько тебе лет? — выпаливаю я.

Похоже, Сочиль младше меня. А может, и старше. Как и Оден. Очарование наполнено иллюзиями.

— Семнадцать.

Собирается что-то добавить, но его перебивает Сочиль:

— Для справки, Оден у нас — вундеркинд. Закончил Милагро в пятнадцать, потом поступил в университет. Иногда его скромность доходит до смешного.

Она ерошит ему волосы.

— Отучился семестр и понял, что это — не мое. Я люблю музыку, — он ерзает в кресле, поглядывая на меня. — Хочу не изучать искусство, а творить. Музыка и Сочиль — вот что мне нужно.

Он обнимает Сочиль и притягивает к себе.

— Вообще-то он предпочитает именно музыку, — говорит Сочиль и визжит от восторга, когда Оден намеревается поцеловать ее, из-за чего универсал заносит вправо.

Оден быстро выравнивает ход и восклицает:

— Неправда! А ну-ка, забери свои слова назад!

Они затевают шутливую перепалку, а мне остается молча таращиться в окно. Слишком много любви в отдельно взятой машине. Или в городе. У меня выдался тяжелый день, но осознание того, что не все люди несчастны, позволяет забыть о своих проблемах.

— Оден, Дайра — новичок, — с укором произносит Сочиль, — успокойся, имей хоть немного уважения к ее чувствам. Она уже столкнулась со Свирепой Командой.

— А… Три Лика Зла, — усмехается Оден. — Они мне не нравятся. Надеюсь, ты дала кому-нибудь из Свирепых под зад? Наверняка ты на это способна.

Я не отвечаю, а он снова подает голос:

— Ну, по крайней мере, приспешницам Литы. Ей самой пожалуй что нет. Ты чересчур худенькая. Палома и тебя посадила на диету, как и мой Цветочек?

Почему Палома распоряжается питанием Сочиль? Я считала, подобная судьба уготована лишь мне.

— Я иногда встречаюсь с Паломой, — щебечет Сочиль. — Она — чудо, тебе с ней повезло.

Молча киваю, не соглашаясь, но и не отрицая ничего. Я успела полюбить Палому. Она помогла мне, вылечила меня от галлюцинаций, дала мне ключи от мира, о существовании которого я даже не подозревала. Впрочем, не знаю, насколько это хорошо. Если честно, я была более уверенной до инициации и до того, как втянулась в дикую историю с участием чудовищ.

Минуту спустя Оден тормозит у высоких голубых ворот, и Сочиль, повернувшись ко мне, объявляет:

— Группа Одена, «Эпитафия», выступает вечером в «Кроличьей норе». Я, вернее, мы хотим, чтобы ты пришла на концерт.

Палома сказала бы, можно ли мне вернуться туда. А мне самой как-то тревожно и думать о «Норе». И мне предстоит еще долгий путь, прежде чем я смогу бросить вызов темным силам, которые скрываются в баре. Однако ребята ждут моего решения. Если я не отвечу Сочиль, они не сдвинутся с места. В итоге я мямлю:

— Ну, мне надо посоветоваться с Паломой.

— Конечно, — соглашается Сочиль. — Начало в восемь. До скорого, Дайра.