В бездне времен. Игра на опережение - Алексей Рюриков

– Понятых еще, – сварливо напомнил сыщикам Ежевский.

– Не извольте беспокоиться, – немедленно откликнулся один из клерков, – процедуру знаем-с! Вот-с, я – первый, контролер зала сейфов – второй, Никон Порфирьевич, – тут он показал на вице-директора, – представитель банка. Желаете фамилии перед вскрытием записать?

– Всенепременно, – согласился Петр Николаевич, немедленно набросал протокол, после чего, ублаготворенный обходительным подходом, попросил: – Никон Порфирьевич, не распорядитесь о вскрытии?

* * *

Аккуратно достав из сейфа пакет из плотной, коричневого колера бумаги, Ежевский старательно обработал конверт каким-то порошком, потом, этаким ласковым на вид движением, наложил на видимые только ему отпечатки особливую бумагу, посмотрел ее на свет и от удовольствия даже хрюкнул.

– Я, конечно, не специалист, – возгласил он, – но на мой непросвещенный взгляд, пальчики на итальянские смахивают. Да-с!

Упаковав лист с отпечатками, он точным движением вскрыл пакет, пробежал глазами извлеченные оттуда документы и заулыбался:

– Вот они, платежки-то! Теперь господину Коттоне трудненько отвертеться будет. Жаль только, что… гм, еще одну фигурантку оберегают.

* * *

Петр Николаевич ошибался. Защищать Брасову в Зимнем дворце не собирались, и в это самое время разговор там шел как раз об этом.

– Papá, – спокойно сказал Дмитрий Павлович, – я полагаю, мы можем назвать предателя. Вернее, предательницу.

Император поднял бровь в вопросительном жесте.

– Брасова.

– Жена Михаила? Но… что она может знать?

– Все, что знал Михаил. И оказывать действенную помощь британскому разведчику. Кроме того, по материалам Охранного Департамента, она замешана в распространении фальшивых фунтов.

– Есть доказательства?

– По фальшивомонетчеству Охранный Департамент вместе с полицией все потребные доказательства предоставил, даже смогли от немцев подтверждение получить. Вот, я подготовил папочку. Взглянешь?

– Посмотрю. – Потрясенный император взял новенькую картонную папку с реквизитами Охранного Департамента, полистал, отложил в сторону и уточнил: – А по измене?

– Пока только информация. Брасова – любовница Локкарта. Это начальник русского отдела в Intelligence Service, служил раньше в России вторым секретарем посольства. Связь их тянется с тех времен, она уже тогда помогала ему в шпионаже. Доказательства слабые, только показания Рейли. Мы их проверили, насколько смогли, по всей вероятности, он не врет. И возникла такая мысль – предложить Локкарту лично проинспектировать готовность «Академии» к перевороту. Естественно, нелегально. Думаю, он должен на это пойти, путч англичане ждут давно, даже излагали мнение, что у нас присутствует «досадная нерешительность». Вот и пусть приедет, подтолкнет.

– Что нам это даст?

– Локкарт уедет из Британии и пропадет. Перейдет на нелегальное положение. В России мы его возьмем, допросим, потом… – сделав секундную паузу, Дмитрий жестко закончил: – Потом он исчезнет. Это будет лучшим решением, Брасова его, так сказать, приватный агент, в Intelligence Service о ней не знают. Таким образом, мы получим доказательства и в то же время ликвидируем источник возможной утечки.

– Действуйте.