Анабиоз. Вернуться в небо - Роман Куликов

— Там! — неопределенно махнул рукой пацан.

— Да говори толком, откуда идут? Со стороны центра, от Бригадирского моста или еще откуда?

— От центра!

Руслан с Алексеем переглянулись.

Если хотя бы часть из рассказанного вчера беглецами правда, то это могли быть люди полковника Юрасова, преследовавшие беглецов.

— Сколько их? — спросил Руслан.

— Пятеро.

Алексей хлопнул парня по плечу:

— Молодец. Дуй на крышу и не выпускай их из виду. Руслан, давай ко мне за оружием. Толян, Петрович — тоже. Остальным приготовить луки и стрелы.

У себя в отделе бывший тренер открыл сейф и один за другим вытащил четыре автомата.

— Мы с Русланом на крышу, а вы прикрывайте вход, — распорядился Алексей.

Макс растянулся на краю и, приподнявшись на руках, высматривал «гостей».

— Где они? Показывай, — спросил бывший тренер.

— Не знаю.

— Что значит «не знаю»?

— Когда я поднялся, их нигде не было, — виновато проговорил пацан.

— Тогда покажи, где видел последний раз.

Все трое привстали. Макс вытянул руку, указывая направление. Руслан краем глаза заметил движение.

— Ложись! — крикнул он, почему-то решив, что по ним сейчас откроют огонь. Но никто не стрелял.

— Эй, — донеслось снизу. — Это полиция!

— Извини, шериф, значка не вижу! — крикнул в ответ бывший тренер и предупредил: — Макс, голову не поднимай!

— Кто у вас за главного? Выходи, поговорим!

Руслан посмотрел на Алексея.

— Ну, пошли, поговорим, — сказал тот.

Спустились вниз, а на крышу отправили Толяна и Петровича. Остальным приказали не высовываться, хотя большинство мужчин собрались в холле.

Алексей отдал свой автомат доктору Васильеву, решив пойти без оружия.

Вдвоем отправились к стене. Бывший тренер убрал засов и крикнул:

— Ну, кто там хотел поговорить? Заходи!

Руслан держал проем на прицеле. Створки дрогнули и стали со скрипом открываться. Осторожно, бочком, удерживая автомат в одной руке, в проходе показался человек и тут же отпрянул назад.

— Ты, долговязый, ствол опусти! — крикнул он.

— Никто ничего опускать не будет! — ответил Алексей. — Хочешь говорить, сам убирай оружие, показывай руки и заходи. А нет — проваливай на хрен!

— Ладно, — решил полицейский после паузы. — Но смотрите, если со мной что-то случится, мои люди здесь все в щепки разнесут.

Выставив перед собой руки, он прошел стену, сделал пару шагов и остановился, чтобы оставаться недалеко от проема. Форма на нем была настоящая, хотя и изрядно полинялая, даже фуражка имелась.

— Ну что, — не спеша проговорил он и стал цепким взглядом обшаривать территорию. Видимо, удовлетворенный тем, что увидел, снова посмотрел на Алексея. Продолжил: — Ты, что ли, здесь командуешь?

— Предположим.

— Как звать? — с напором начал полицейский.

Алексей усмехнулся и покачал головой:

— Всё! Вали отсюда!

Развернулся и пошел назад.

Руслан тоже попятился, продолжая держать полицейского на мушке. Тот сначала смотрел на них с обескураженным видом, потом, видимо, осознал, что ошибся с тоном разговора.

— Эй, чо, блин, за ерунда! Завязывай! — Он развел руками. — Привычка у меня уже просто. Со всякой швалью наобщаешься, потом на нормальных людей кидаешься.

Бывший тренер остановился, повернулся к полицейскому и молча ждал. Тот догадался, что от него требуется, поднес руку к фуражке и представился:

— Старший лейтенант Макеев.

— Алексей Бальзанников. Так что вы хотели, лейтенант Макеев?

— Ну, вообще-то мы преследовали преступников. Мародеров и убийц. Насколько нам известно, они скрываются в этом торговом комплексе, и вы как законопослушный гражданин должны оказать нам помощь и содействие…

— Кто вами командует? — перебил его Алексей.

— Приказом правительства России на время чрезвычайного положения руководителем Пензенской области назначен полковник полиции Юрасов, — заученно ответил лейтенант, потом посмотрел на автомат Руслана и сурово спросил: — У вас имеется разрешение на ношение оружия?

Лейтенант Руслану решительно не нравился. В первую очередь из-за того, что считал себя самым умным, а остальных идиотами.

— Слышь, лейтенант, — проговорил Алексей, — хватит дурака валять. Ты хотел поговорить, вот и говори, только по существу.

— Это и есть по существу! Закон запрещает хранить и носить оружие без разрешения, а значит, вы обязаны сдать его представителям власти, каким я и являюсь.

Бывший тренер потряс головой, словно прогоняя дурман, потом уставился на полицейского:

— Лейтенант, ты что, белены объелся? Какое разрешение? Какой закон? Какую власть ты представляешь?

— Единственную законную власть! — резко ответил Макеев. — Полковник Юрасов назначен…

— Да кем он назначен? Ему приказ по факсу прислали или голубиной почтой?

— У нас есть связь с Москвой…

— И что там в Москве? Все нормально? — спросил Руслан. Он вдруг вспомнил, что один из лучей, которые он видел из космоса, исходил как раз с территории Москвы, едва ли не из центра.

Лейтенант понял, что вопрос с подвохом, и постарался отделаться общими фразами:

— Точно не знаю, но лучше, чем у нас. Правительство принимает все меры по ликвидации последствий катастрофы. Во все города рассылаются директивы и гуманитарная помощь.

— Это мы уже по радио слышали. Ничего нового. Значит, ты обвиняешь моих людей в воровстве и убийстве?

— Так и есть. Твои люди украли еду, а когда их попытались задержать, убили двоих полицейских и скрылись. Мы вели преследование до этого торгового центра. Если они там, вы обязаны нам их выдать…

Алексей остановил его взмахом руки.

— Это тоже уже слышали. Только вот они мне рассказали другую историю. И им я почему-то больше верю, чем тебе.

— Да ты можешь верить чему хочешь, но должен выдать их нам и сдать все имеющееся оружие…

— Ничего я тебе не должен, лейтенант, — оборвал его бывший тренер. — Вот когда придешь сюда, чтобы не требовать того, что тебе надо, а наоборот предлагать защиту, помощь, еду — тогда и поговорим. А сейчас у меня уже достаточно лапши на ушах. Свободен.

Руслан думал, что полицейский сейчас снова начнет грозить, но тот пожал плечами и сказал:

— Как хотите. Это вам с убийцами под одной крышей находиться, а мне и других забот хватает, кроме как тебя уговаривать или убеждать в чем-то. Пять минут на раздумье. Не выдадите преступников — хрен с вами, мы уйдем, но пеняйте потом на себя.