Лабиринт зла - Джеймс Лучено

Оби-Ван внимательно осмотрел дисплеи:

— Нас подбили?

— Нет.

— Мы врезались в астероид?

— Тоже нет.

— Только не говори, что пришел в чувство и решил сдаться.

Энакин с несчастным видом посмотрел на наставника:

— Луч захвата.

— С Эскарта? Не может быть. Мы слишком далеко.

— Я тоже так думал.

Руки Энакина заметались над панелью управления, отключая одни системы и активируя другие.

— Не пытайся с ним бороться, Энакин. А то корабль развалится.

Слова подтвердились, когда суденышко внезапно содрогнулось. Энакин стиснул зубы и опустил руки на колени.

— Взгляни на это под другим углом, — сказал Оби-Ван, когда луч потянул барк к висящему в отдалении заводу. — По крайней мере, ты заставил их потрудиться.

* * *

Луч захвата аккуратно опустил барк в искусственный кратер, ныне служивший ангаром. Оби-Ван и Энакин получили приказ выйти из корабля и встали у подножия трапа, заложив руки за голову. Барк окружали одетые в униформу неймодианцы и госсамы, к которым направлялась группа охранников, состоявшая из людей, джеонозианцев и боевых дроидов.

— Встреча совсем не такая теплая, как на Чарросе-4, — заметил Оби-Ван.

Энакин едва заметно кивнул:

— Ага, чувствую, сейчас начнется ностальгия по кси-чарам.

— Держите руки на виду! — крикнул командир группы охранников, выйдя на посадочную платформу. — Не делайте резких движений!

— Какая трагедия! — сказал Энакин.

— Никаких ментальных уловок, — предостерег Оби-Ван.

— Вечно вы портите все удовольствие.

Тощий светловолосый офицер человеческой расы был так же высок, как и Энакин, но шире в плечах. Судя по эмблеме Гильдии коммерции на воротнике серой униформы, он являлся капитаном службы охраны «Эскарта». Охранник остановил отряд в трех метрах от трапа, и по его сигналу джеонозианцы разошлись в стороны, выставив широкоствольные акустические бластеры.

Капитан осмотрел Оби-Вана и Энакина с головы до ног, затем обошел кругом, заложив руки за спину. Взглянув на корабль, он сказал:

— Таких я еще не видел. Но, судя по наличию пушек, вы не послы доброй воли.

— Времена нелегкие — всем нужно как-то выживать, — ответил Оби-Ван.

Охранник бросил на него хмурый взгляд:

— Какие у вас дела в этом секторе?

— Мы надеялись найти временную работу, — ответил Энакин.

— Вам было сказано, что вакансий нет. Зачем создавать себе проблемы, нападая на наш корвет?

— Нам показалось, что вы ведете себя невежливо. Ведь мы лишь хотели представиться…

Капитан чуть не рассмеялся:

— Так произошло недоразумение?

— Вот именно, — подтвердил Оби-Ван.

Офицер охраны изумленно покачал головой:

— В таком случае попробуем завязать знакомство заново. Предлагаю небольшой осмотр достопримечательностей. Начать можно с тюремного уровня! — Он повернулся к двоим подчиненным. — Наденьте на этих клоунов браслеты и обыщите — не припрятали бы оружие!

— А может, мы просто штраф заплатим — и тихо-мирно разойдемся? — спросил Оби-Ван, когда на его запястьях защелкнулись магнитные наручники.

— Скажите это суду.

Охранники закончили обыск и отступили в сторону:

— Они чисты.

Капитан кивнул:

— Это говорит в их пользу. Обыщите корабль и конфискуйте все ценное. Предупредите тюремную охрану, что у нас двое задержанных.

Вытащив из кобуры бластер, он жестом приказал Оби-Вану и Энакину идти к турболифтам.

Многие коридоры, ведущие в ангар, не претерпели никаких изменений с тех пор, как служили штреками горных разработок, другие были укреплены пластальными балками и обшиты дюракритовыми панелями. Некоторые турболифты на поверку оказались расположены в бывших рудничных стволах.

Капитан указал на свободный лифт и сам вошел внутрь вслед за арестованными. Туда же поспешили два госсама, но он кивком отослал их. Как только двери закрылись, он опустил оружие и с неожиданной энергией сказал:

— Нам надо действовать быстро.

— Вы Тревейл. — Оби-Ван произнес кодовое имя, которое ему сообщили.

— С этим битом все очень сложно. Его приговорили к смерти.

Брови Энакина сошлись на переносице.

— Что ж он натворил? Убил кого-то?

— Сделал ошибку в бухгалтерских расчетах.

— Суровое наказание для такого проступка.

— Суд Эскарта заявил, что хочет сделать его примером для других. Но ясно, что обвинение сфабриковано. — Разведчик помолчал. — Возможно, все это как-то связано с вами.

Тревейл не мог знать деталей их задания, но Оби-Ван согласно кивнул:

— Если он ожидает казни, то вряд ли будет расположен говорить с нами.

— Я тоже так думаю, — сказал Тревейл. — Но возможно, если вы сумеете его вызволить…

— Вы можете это организовать? — спросил Энакин.

— Я могу попытаться.

Кабина турболифта остановилась, и двери раздвинулись.

— Добро пожаловать на тюремный уровень. — Тревейл вернулся к своей роли и вытолкнул Оби-Вана в караульное помещение.

Место за полукружьем компьютерных пультов занимали пять угрюмых инородцев — лысых клыкастых аквалишей-куара, — одетых в униформу Гильдии коммерции и щеголяющих тяжелыми пистолетами.

— Проводите гостей в камеру сорок восемь шестнадцать, — приказал Тревейл сержанту.

— Уже занята. Там этот бит — К’сар.

— Для страданий нужно общество, — философски заметил Тревейл.

Развернувшись кругом, он пошел обратно к турболифту. Вышедший из-за стойки с экранами четырехглазый аквалиш повел Оби-Вана и Энакина по узкому коридору, в который выходили двери тюремных камер. Пройдя метров тридцать, он остановился, ввел код на вмонтированной в стену сенсорной панели и открыл забрызганную кровью дверь камеры 4816.

В жалкой квадратной каморке не было ни коек, ни санузла.

Запах экскрементов был почти невыносим.

— Предупреждаю, — проскрипел аквалиш на общегалактическом, — только чистота номеров превосходит качество здешней кормежки.

— Тогда будем надеяться, что нас выпустят до обеда, — сказал Оби-Ван.

Тал К’сар, тощий даже для бита, забился в угол камеры, его длиннопалые руки были скованы на животе. Он был хорошо одет и, казалось, невредим. Оби-Ван вспомнил, что арестовали его только вчера.