Темный дом - Максим Хорсун

…Туманов давно не бывал в Зоне, и сейчас, перейдя окутанную мглой границу, он почувствовал каким-то необъяснимым образом, что этот смертельно опасный, измененный нечеловеческой волей мирок узнал его и принял. Кабул бросил первую гайку. Кусочек металла засеребрился в луче фонаря. Туманов толкнул Ирину вперед. Поводок он намотал на ладонь, а руку держал у затылка покойницы. Несколько бесцветный прядей выпавших волос прилипли к рукаву брезентовой куртки.

Вторая гайка зашуршала по пожухлой траве газона, Кабул вел их дворами через Морозово. Сталкеру Туману бывать здесь еще не доводилось. Но Кабул заверил, что он больше года работает в этом селе и даже доходит до западной границы.

Пятиэтажки пялились на них черными зрачками оконных стекол. Вкрадчиво шуршал ветер в проводах, обросших «ржавым мочалом».

– Лезть вглубь резона нет, – сказал Кабул кидая очередную гайку в сторону искореженного БТРа, встрявшего носом в пункт приема стеклотары. Из пролома в стене лилось едва заметное холодное свечение «ведьминого студня», притаившегося внутри строения.

– Местами здесь просто, местами – сложно. – Кабул прошел между еще не успевшим разложиться сталкером, которому не повезло, и грудой гнилого тряпья, некогда бывшей десантником Советской армии.

– Знаю одно местечко, она никогда оттуда не выберется. – Кабул подобрал с земли покрытую заскорузлой грязью бусину «черных брызг». Протер находку рукавом и бросил в сумку.

Туманов повел фонарем, освещая стройку, которой никогда уже не суждено быть завершенной. Обросшая «мочалом» арматура выглядела неприятно, словно прикрытые высохшей плотью кости. Что-то бросало красноватый отсвет на балки, наводя на мысль о невыключенных автомобильных стоп-сигналах.

– Нам туда. – Кабул указал щетинистым подбородком на недострой.

Туманов пожал плечами и поудобнее перехватил поводок.

– Не-не. – Кабул положил влажную ладонь Туманову на запястье. – Зомби поведу я, там дорожку знать надо и сноровка особая нужна. А ты – за нами след в след.

– Ладно. – Туманов еще раз пожал плечами и переложил поводок в мокрую Кабулову лапу.

Кабул сперва швырнул гайку, проследил за ней взглядом, насупив кустистые брови, затем пихнул Ирину между лопаток.

– Полегче там, – не удержался Туманов.

– Как скажешь, браток, – согласился Кабул.

Он и в самом деле повел покойницу аккуратнее, поглядывая то на гайку, то на известные лишь ему приметы. Туманов сосредоточенно шел за Кабулом, как и договаривались. Ему не давало покоя красноватое свечение, которое по мере приближения к недострою становилось все более интенсивным. Словно за кучами гравия багровели угли разведенного кем-то костра.

Покосившаяся бетономешалка на щебенистом склоне выглядела подозрительно, но гайка пропорхнула мимо механизма, не выявив аномалий. Кабул двинул вперед, Туманов поспешил за ним.

Под ногами захрустело. Туманов посветил вниз и увидел множество присыпанных мусором костей. Едва он собрался поделиться своей тревогой, как Кабул с силой толкнул Ирину к бетономешалке.

Какая-то сила подхватила покойницу и подняла в воздух. Тошнотворный треск смешался со звуком рвущейся ткани. Капли черной крови густо забарабанили по земле. Унизительный поводок заметался, словно живой, а потом, внезапно освободившись, отлетел за гравиевую кучу.

– Какого?.. Что за?..

Туманов опешил, Кабул схватил его за грудки, чтобы тот сдуру не рванул к активной «мясорубке».

– Сейчас-сейчас, братуха… – с придыханием проговорил Кабул. – Сейчас все закончится, потерпи.

То, что осталось от Ирины, упало влажным кулем. Бесцветные волосы все еще кружились в токе воздуха, не торопясь на грязную землю.

– Давай бегом! – Кабул потянул Туманова за собой. – У нас – пара минут!

Он перемахнул через изувеченное тело покойницы, взбежал по гравиевому склону. Туманов по инерции последовал за Кабулом.

Возле фундамента недостроя как будто вывалили содержимое пиратского сундука с сокровищами. Глаза рябило от множества артефактов, это был самый жирный хабар из всего, что доводилось видеть Туманову за свою жизнь.

Кабул, не теряя времени даром, стал набивать сумку. Не глядя, горстями он засовывал вперемежку и «абсолютно черные брызги», и «рачьи глаза», которые продолжали светиться в сумке красными огнями, и двойные «этаки», и гроздья «сучьих погремушек». «Прото-иголки», способные к самовоспроизведению вне Зоны, недовольно искрили. Сверху отправилась ужасающая «смерть-лампа», продав которую, можно было бы безбедно жить до второго пришествия, если, конечно, удастся вырваться из-под колпака дельцов черного рынка.

– Чего пялишься? – Кабул лишь на миг оторвался от сбора артефактов. – Что сможешь унести – все твое!

Туманову хотелось сказать, что Кабул – сволочь. Ведь тот предложил эту авантюру, чтоб принести удачно подвернувшуюся живую покойницу в жертву беспощадной «мясорубке». Кабул обвел его вокруг пальца, как пацана, и теперь снимает пенки с залежи артефактов.

Но в следующую секунду он уже сидел на корточках рядом с Кабулом и запихивал в худой рюкзак все, что попадалось в загребущие руки.

– …странный он у тебя, – пожаловался по телефону Кабул Анне. – Малахольный. Но сработало.

– Хорошо, – отозвалась Анна, протянув последнюю «о».

– Что бы вы без меня делали! – самодовольно ухмыльнулся Кабул, похлопывая пузатую от хабара сумку. – Решаю ваши проблемы, как собственные! Если по дому помочь надо – проводку починить или полку повесить – я тоже примчусь и все сделаю.

– Можешь заехать послезавтра. Джек оклемается, и я отправлю его на работу.

– Ага-ага, – довольно проговорил Кабул. – С прошлой недели не виделись, заскучал. И все-таки непонятно, – продолжил он, посерьезнев, – чего это «мясорубка» сработала, ведь зомби, который выходит из Зоны, – он как бы неживой… Ай, ладно! – Кабул снова похлопал по сумке. – Да какая теперь разница! Пока-пока!

– М-ррр, мяу, – отозвалась Анна и сбросила вызов. – Не только Зона умеет поднимать мертвецов из могил, – сказала она и бросила телефон на сундук со своими шаманскими причиндалами.

Потом она осмотрела квартиру, словно в первый раз. Так, всю мебель прошлого века – на помойку, поставить на окна стеклопакеты, сделать пол с подогревом и обязательно купить двухметровый телевизор, чтоб как у Дарьи дома! А потом – куда-нибудь к морю! Подальше от слякоти и гнуса.

Обычно нерасторопный рохля Джек этой ночью принес щедрый хабар…

* * *

22 августа 2015 г. (18:49)

Искитим

Смеркалось. Сигареты закончились, и пришлось потрошить бычки из переполненной пепельницы, чтобы набрать табака для самокрутки. Садовников все еще сидел перед компьютером. Писать книгу – это вам не хабар из Зоны на горбу переть. Ничего так работенка, не пыльная. Если бы еще платили хотя бы по цене «пустышек», то вообще можно было уйти на покой и зарабатывать на хлеб, перерабатывая быль и небылицы Искитима в годное приключалово со смыслом и моралью. Стать этаким современным Хемингуэем, который на своей шкуре прочувствовал, о чем пишет.