Все дороги мира - Зоя Ласкина

– Если вы столько лет магией не пользуетесь, откуда тогда про клеймо знаете? – продолжил расспросы Винде. – Я вот даже в Арденне про такое не слышал. А уж если подобное нашим магам неизвестно, остальным и подавно.

Дирнах глубоко вздохнул и ненадолго задумался.

– Винде ар-Таари, друг мой, мне очень не хочется обижать тебя, говоря не самое лестное о твоей стране, но, поистине, ты зря восхищаешься мастерством ваших магов. Я много читал и еще больше слышал о временах наивысшего расцвета Нихаммарской империи. У нас, правда, уничтожили все книги, в которых упоминалась магия, но я-то по всему миру странствовал, видал и места, где они еще сохранились. Так вот, в те времена детям про магию рассказывали с рождения. Ребенок растет, его учат ходить, потом самому ложку держать, читать, огонь из воздуха добывать… Если родители почти не владеют даром, так сверстники научат, просто во время игры. Детишки друг друга поливали водой с изнанки, ветром в воздухе листья кружили. Кто еще не умел, быстро понимал, что к чему. Сейчас кажется, что это опасно, ведь и поранить друг друга могли или дом поджечь, но пожар и от простого факела бывает, а большинство детей все же понимает, где простая шалость, а где серьезная угроза, так что бед они устраивали не больше обычного. Магов, конечно, и в Арденне тогда было немало, но тут, у нас, люди магией не занимались, они ей жили. Однако главное даже не это. Со временем маги обнаружили, что управлять стихиями можно не только с помощью нитей, они научились рисовать знаки. Нанесешь определенный рисунок на пластинку металла – рядом с ней стихия на изнанке соберется сама, останется лишь ее высвободить по желанию. В Арденне такие вещи есть, вы их называете зачарованными предметами, только это не очень удобно. Нужно время, чтобы пластинка зарядилась вновь, зарядить ее сможет только маг, и обычному человеку она не пригодится. Но позже выяснилось, что можно не собирать стихию с той стороны, а перекидывать ее с одного места в другое через изнанку почти мгновенно. Надо только две такие пластинки взять и на второй обратный знак начертить. Назывались такие предметы антаны. Бросаешь один такой в колодец, а второй оставляешь у себя дома – и всегда под рукой источник воды. Провел по пластинке пальцем – льется вода, прямо из колодца от одного антана к другому через изнанку попадает; провел еще раз, вода течь перестанет. Удобно? Впрочем, это не обязательно пластинки, они могли быть любой формы, лишь бы одинаковыми или очень похожими. Вешаешь несколько антанов возле горящей лампы, а их двойники – по соседним комнатам, и одна лампа чуть не весь дом тебе освещает. Если сделать два одинаковых меча и один положить в костер, то, пока огонь горит, второй сможет извергать пламя.

Винде недоверчиво прищурился.

– Ты же всего этого сам не видел и от очевидцев слышать не мог. У вас магию уже тысячу лет назад запретили, если не больше. Мало ли что в книгах пишут. Ясно же, что выдумки!

– Может, в этих историях и приукрашено что-то, – пожал плечами его собеседник. – Вот только скажи мне, почему Арденна с ее армией, Сехавия с ее конницей и даже Бьёрлунд с его знаменитым флотом между собой воевали не раз, а сюда сунуться не смели? Антаны тут были у каждого. Для своих-то почти даром их делали, а чужакам если и продавали, то весьма недешево. Представляешь, какие возможности были у любого нихаммарского воина? Куда там арденнским магам, разве что самые сильные сравнятся. А еще с помощью антанов люди могли общаться, находясь в соседних городах. Слова, правда, не передашь, изнанка сильно их искажает, одни неразборчивые звуки выходят, но, если о несложных условных сигналах договориться, весть послать можно. Если на твой город напали, соседний о том почти мгновенно узнает и пришлет помощь.

– Но если так, достаточно одну такую пару купить, просто чтобы знак увидеть, и потом сам их делать сможешь, сколько захочешь! – У Айнери блестели глаза.

– Покупали, смотрели, пытались, только не выходило ни у кого, видать, нихаммарцы знали секрет. Ну а к нынешнему времени, конечно, антанов не осталось, за семьсот лет все сгинули. Про знаки все тоже благополучно забыли, книги-то сожгли. Зато про другой знак все знают, тот, который магией пользоваться не дает; вот о нем, как считается, писать можно и нужно, из поколения в поколение рассказывать, так, чтобы каждый знал. Будто мало их по стенам нарисовано. Я в детстве думал, раз в Арденне магия по-прежнему есть, так вы там за столько лет стали едва ли не богами, а оказалось, у вас магическая академия одна всего, и та не столько для обучения, сколько для контроля магов устроена. А тем, кто не учился, и вовсе этим даром пользоваться нельзя. Ты только не злись, я ведь не принизить вас пытаюсь и не из зависти так говорю, мне, наоборот, приятней было бы знать, что где-то люди до сих пор вольны использовать дар Фабиры-Создательницы для собственного блага, как пожелают. У нас, сами видите, как дела обстоят, и то нашлись те, кто не смог жить без магии. Их называют отступниками, пиратами, преследуют и по суше, и по морю… но они все равно появляются.

В дверь нетерпеливо постучали. Винде бросился ко входу, опередив слуг, и впустил в дом запыхавшегося Дина.

– Уф, кажется, ушел, – облегченно выдохнул тот.

Не успел Винде рта раскрыть – Айнери оказалась рядом. Она сжала кулаки, разрываясь между желанием крепко обнять парня и не менее крепко ему врезать. Наконец она вполсилы толкнула его, ударив о стену.

– Ты зачем это сотворил? – прошипела она так, чтобы Дирнах не услышал. – Знал ведь, что так нельзя!

– Ладно, обошлось ведь, – улыбнулся ей парень. – Не стоило переживать, я всегда выкручусь. Ох, просто умираю с голоду после всей этой беготни. Ничего пожевать не осталось?

Он попытался было пройти мимо Айнери, но та загородила ему путь.

– Сперва послушай. – Она буквально прожигала его взглядом. – Я знаю одного недоумка, который сперва творит что попало, а потом думает, да и то не всегда. Так вот, из-за него один очень хороший человек находится между жизнью и смертью, и именно потому я здесь. Там, куда мы направляемся, судя по всему, опасностей хватает, и что мне точно не нужно, так это чтобы ты еще своих трудностей добавлял.

– Да прекрати ты, в самом деле, я уже сказал, обо мне беспокоиться не стоит, справлюсь сам. – На его лице сияла беззаботная улыбка. Иную девушку его обаяние могло бы и сразить, но Айнери в этот миг чувствовала только злость. Она бы встряхнула его хорошенько, заставила себя услышать, но ей не хотелось устраивать подобных сцен в чужом доме.

– Мы еще… – начала было она, но в дверь снова заколотили.

– Почтенный Дирнах ар-Халим, я десятник Ханрут, откройте!

Улыбка с лица Дина тут же пропала, сменившись тревогой.

– Похоже, ваш друг плохо замел следы, – прошептал хозяин дома и ответил стражнику громче: – Что случилось? Чем могу быть вам полезен?

– Есть разговор к вашим гостям.

– Уже слишком поздно. Разве дела не могут подождать до утра?

– Очень жаль, что приходится вас беспокоить среди ночи, но речь об использовании магии, а такое, сами понимаете, отлагательств не терпит.