Чужие здесь не ходят - Андрей Посняков

Последнюю строку аж кричали – нравилось!

Ах девы, девы – красавицы! Рубахи беленого холста, с красной вышивкой – затейливыми узорами-оберегами. И по вороту, и по подолу, и по рукавам… От всякой нечистой силы! Поверх рубаха – запоны алые, кушаками разноцветными подпоясаны. Вроде бы и не дорогая одежка, самая что ни на есть обыденная – для леса вот в самый раз… А красиво – не оторвать глаз! Да и девы тоже… Еще и браслетики стеклянные – дешевую девичью красу – в лес надели. Славные браслетики – желтенькие, киевские – у каждой девчонки такие, а у Маши – так еще и синенький! Братец родной у новгородских купцов купил – подарил.

–Ой! Малины-то сколько, подруженьки!– замедлив шаг, ахнула Яря.– А пособираем-ко! Поедим!

–Стойте, девы!– Звенислава резко остановилась.– Никакой малины мы сейчас есть не будем. Если только на обратном пути. Дело-то важное ныне у нас – забыли? Вот грибы заготовим, тогда и малина… Место только запомните.

–Ага…

Оглянулись девы – запомнили. Вон березки, целая рощица, вот липы с золотистыми кронами, тут орешник и – ровно посередине – малина.

–Я дорогу всегда помню, ни разу не заплутаю, не заблужусь!– похвалилась Ярослава. Оглянулась еще раз – покрепче запомнить… А то как же! Подружка-то, Маша, и в трех соснах заблудится, знаем. А Звеня… Бог ее ведает, как… На себя одну надежа!

Значит, орешник, березы… липы… Тут налево от солнышка три лаптя…

Чу! Показалось – скользнула в орешнике чья-то темная тень. Медведь, что ли? Да хоть и медведь. Чего его бояться-то? Август на дворе. Зверь сейчас сытый, людям худого не сделает. Ежели не дразнить…

* * *

И что теперь делать?– лихорадочно соображал сотник, глядя, как мертвую голову Преслава с хохотом водрузили на воткнутое в землю копье… Затем рядом воткнули еще две сулицы, так же – наконечником вверх. Для кого предназначались они – догадаться несложно.

«Спокойно! Спокойно, сэр Майкл…»

Три раза подряд Михайла глубоко вдохнул… выдохнул… Сейчас не до ярости – соображать требовалось быстро, и голова должна быть холодной. Тупая ярость – делу не подмога, наоборот…

Преславу и Лудьке, увы, уже ничем не помочь. За них можно только отомстить – позже… Но есть еще девчонки – вот их-то нужно выручить. Любой ценой…

«Соображай, сэр Майкл! Быстрее!

Да что тут соображать! Во-первых, подобраться поближе… Скоро рассвет – край неба уже наливался пожаром. Светало. С одной стороны, хорошо, с другой – не очень: желтые отблески костра терялись в светлеющем небе. Однако Ермил не дурак – наверняка все уже вышли на поиски, рыщут вдоль реки. Надо дать им сигнал! Жаль, что сволочи эти быстро так успокоились… Больше не вопят… Надо, чтоб завопили – резко, яростно, громко! И тут способ есть – правда, весьма опасный… Впрочем, река здесь рядом – вот она… Еще бы какой-нибудь камень… или корягу… ага, вот эту… подойдет…»

–Хо-о-рс!– воздев руки к небу, вновь заорал главарь. Яромир… так его звали. Ярый – охочий – до мира… Ну да, ну да – ярый… Только не до мира – до смерти!

–Хо-орс! Прими наши жертвы, отче!

–Прими наши жертвы!– выкрикнули остальные.

Кто-то поднес атаману секиру… Гнусно ухмыляясь, главарь поправил закинутую за плечо бороду и, подойдя к распятой на песке Костомаре, с глумливым хохотом занес топор…

Но вот теперь уж точно ждать нечего!

Михайла с детства (с этого детства) метал ножи не хуже любого циркового. Вот и сейчас метнул – очень даже ловко…

Приподнялся в траве… Оп!

Пронеслось, сверкнуло отблесками костра острое лезвие. Стремительное и неотвратимое, как внезапная атака ядовитой змеи!

Словно прыгнувшая змея, брошенный нож ударил атаману в шею! Прямо в кадык…

Потоком хлынула кровь. Лиходей дернулся, застыл… выронил секиру, захрипел… и, схватившись за горло, мешком повалился наземь.

Остальные разбойники на миг впали в ступор… И тотчас же завопили, завыли, забегали…